Алекс Стрейн - В ожидании чуда

– Бальзаковского возраста, – подсказал Антонио и отщипнул кусочек сырого теста от стоящего на противне и готового отправиться в духовой шкаф пирога.

К сожалению, сделал он это настолько неаккуратно, что на пироге сбоку образовалась внушительная дырка, через которую проглядывала начинка. За такой проступок Антонио был с позором изгнан из кухни.

Августина велела дочери прекратить обсуждение вопросов, которые ее не касаются, и заняться ремонтом пирога.

Через час праздничный – в честь приезда Рика и Ирены – завтрак был готов, Изабель и Кристин накрывали стол, а Кристин еще и мучилась самыми ужасными предположениями, почему сладкая парочка задерживается.

Но, когда Рик приехал, стало только хуже. Он любезничал с Иреной, которая по сравнению с позапрошлым летом стала еще более «блондинистой» и утонченно-красивой, и не замечал Кристин.

– Да что с тобой? – Изабель толкнула подругу в бок. – Ты же обожаешь мамин пирог, а сейчас только раскрошила его по тарелке.

– Извини, у меня зуб болит, – сказала Кристин первое, что пришло в голову.

Августина заверила, даст ей выпить замечательный отвар, и тут Кристин поймала насмешливый взгляд Рика.

– Извините меня, – пробормотала она, выскакивая из-за стола и боясь разразиться слезами.

И в последующие несколько дней, когда Рик смотрел на Кристин, в его взгляде была лишь легкая насмешка. Он даже разговаривал с ней так, словно Кристин по-прежнему была ребенком, а не девятнадцатилетней девушкой, и относился с долей снисходительности, как старший брат – к младшей сестре. Кристин поняла, что проиграла. Ее боль была так сильна, что она стала избегать Рика. Кристин полюбила одинокие прогулки верхом, когда не перед кем было изображать спокойствие и улыбаться. Антонио уступил просьбе Кристин отпускать ее одну с огромной неохотой, но все же уступил.

Все было прекрасно, пока в один из дней на нее не наткнулся Алекс. Впрочем, Кристин не до конца была уверена, что эта встреча случайна.

– Почему ты одна, Кристин? – придерживая лошадь, осведомился он. – Одинокие прогулки – не слишком удачная идея.

– Разве я спрашивала ваше мнение по поводу моих прогулок, сеньор Мендес? – холодно поинтересовалась Кристин.

– Ты по-прежнему слишком дерзка, – как бы даже удивился Алекс.

Он показался Кристин более неприятным, чем обычно – возможно, дело было не только в личной антипатии, но и в плохом настроении девушки, – и Кристин желала оказаться на максимально большем расстоянии от него за возможно короткое время. Не дожидаясь следующей реплики Алекса, она выпалила:

– Извините, мне пора. Ласточка уже волнуется.

Кобыла и в самом деле затанцевала на месте, почувствовав нервозность наездницы. Кристин понукнула лошадь, и Ласточка сразу пустилась галопом.

Но на этом испытания не закончились: когда Кристин въехала во двор, то сразу увидела Рика. Он выглядел мрачнее тучи и нервно ударял коротким кнутом по голенищу сапога.

Кристин спешилась, настороженно наблюдая, как он широкими шагами направляется к ней. Мрачное выражение лица не предвещало ничего хорошего.

– Где ты была? – злобно спросил он.

– А в чем дело?

– Дело в том, что моя семья в ответе за тебя, и поэтому ты больше шагу со двора не сделаешь без сопровождения! Если не хочешь брать с собой Антонио, я сам найду тебе сопровождающего!

– Спасибо за предложение, я привыкла самостоятельно решать свои проблемы! – сказала Кристин, вздернув подбородок и сжав губы, чтобы не дрожали.

Несколько секунд Рик сверлил ее своими черными глазами, а потом развернулся и ушел.

– Ты поругалась с Риком? – осторожно поинтересовалась Изабель вечером.

– Да, у нас возникли некоторые разногласия. – Кристин не выдержала и шмыгнула носом.

– Ладно, Кристин, не расстраивайся, – поспешила утешить ее подруга. – Рик бывает просто невыносим, но быстро отходит.

– Конечно, – сказала Кристин, но подумала: только не в этот раз.

И оказалась права.

С этого дня Рик стал еще любезнее с Иреной и холоднее – с Кристин. Но не только ухудшение отношений с Риком беспокоило Кристин. Алекс явно пытался ухаживать за ней, причем с каждым днем изобретал новые предлоги, чтобы начать разговор, и при этом старался застать ее одну.

Ирена же следовала за Риком по пятам, как верный оруженосец за своим господином, ворковала томным голоском и беспрестанно цеплялась за руку Рика, будто ноги отказывались ее держать. Она пошла с ним даже в коровник, чем поразила всех обитателей ранчо до глубины души.

Кристин видела в этом какую-то злую и роковую иронию. У нее возникло неприятное предчувствие и ощущение, что кузены задумали какую-то рокировку, но это были лишь ничем не доказуемые подозрения. А скорее всего, ничего такого не было и в помине, а у Кристин просто началась паранойя.

Антонио, заметив телодвижения Алекса, стал мрачнее тучи и принялся выведывать у Кристин ускользнувшие от его всевидящего ока аналогичные факты. Не выдержав напряжения пристрастного допроса, Кристин раскололась, правда, сильно смягчив свое повествование. Но даже это смягчение не помогло: недовольное лицо Антонио стало еще мрачнее, а под конец он сурово сжал губы, что было вообще плохим знаком.

– Он пристает к тебе! Это так оставлять нельзя, я скажу Рику!

– Пожалуйста, не нужно! – взмолилась Кристин. – Мы и так не ладим в последнее время, а тут еще и это…

– Ну хорошо, – нехотя согласился Антонио. – Тогда предлагаю альтернативу: держись меня или Изабель.

– Столько хлопот! Может, мне лучше уехать? – жалобно сказала Кристин.

– Даже не думай! Не позволяй Алексу испортить тебе эти каникулы.

Я уже позволила это Рику, так что мне терять нечего, подумала Кристин.

– Хорошо. Скоро дойдет до того, что я одна не смогу даже шага сделать по территории ранчо, – мрачно пошутила она.

В этот же день Кристин увидела, как Антонио что-то говорит Алексу. У верного стража ее интересов было непроницаемое лицо, но Кристин догадалась о содержании разговора. Потом она увидела, что Алекс усмехнулся и ушел, и после этого разговора Кристин два дня вообще не видела Алекса.

Но оказалось, что Кристин успокоилась слишком рано. Ровно через три дня она и Антонио как всегда собрались утром на прогулку. Они уже оседлали лошадей, как вдруг одному из рабочих срочно потребовалась помощь Антонио. Ласточка была не в настроении и плохо слушалась, нервно вытанцовывая и дергая повод.

– Давай, я пока поеду, а ты меня догонишь, – предложила Кристин, и Антонио нехотя согласился.

Она успела отъехать на довольно значительное расстояние, прежде чем обнаружила догоняющего ее всадника. Но это был не Антонио.

– Привет, Кристин.

– Здравствуйте, сеньор Мендес.