Теодора Снэйк - Трудно поверить

Если бы только она была менее женственной и привлекательной, тогда ему было бы проще видеть в ней друга. Но в Стефани было нечто, заставляющее его постоянно думать об изысканном французском белье, о розовом шампанском и о кипенно-белых орхидеях с карминно-красными сердцевинками. То есть обо всем том, с чем у него всегда ассоциировалась пылкая и донельзя греховная любовная страсть.

В последнее время с ним случались странные приступы забытья. Грег отрешался от мучивших его проблем и позволял себе мечтать о том, как сложилась бы его жизнь, повстречай он Стефани несколькими годами раньше. Шон мог бы быть его сыном, а не какого-то там Рэндалла. И мальчику наверняка жилось бы много спокойнее с такими родителями, как он и Стефани. При этом Грегу и в голову не приходило, что в то время, когда он женился на Синтии, Стефани еще бегала в школу.

Вспоминая о том, что до сих пор является женатым человеком, Грег всякий раз мрачнел. Надо было разрешить эту проблему, пока его не принялась разыскивать вся полиция страны. С его жены станется обратиться туда за помощью, когда надоест ждать появления беглого мужа. Он отсутствует больше месяца. Вряд ли терпение Синтии можно испытывать так долго.

А может быть, подготовка к разводу идет полным ходом? Это был бы наилучший вариант. Пока он женат, всякое прикосновение к Стефани преступно. У него нет права нарушать ее покой. Тем более что она сама не хочет иметь никаких дел с мужчинами, от которых не ждет ничего хорошего ни для себя, ни для сынишки. А что ей может предложить человек, уже имеющий жену и массу нерешенных проблем?

Так что честнее будет перестать смотреть на нее с плохо скрываемым вожделением всякий раз, когда она наклоняется, чтобы налить ему кофе. Или тянется вверх, торопясь поправить завернувшийся воротник его рубашки, не ведая о чувствах, которые кипят в ее постояльце в этот момент.

Он должен держаться от нее на безопасном расстоянии. Ради нее же самой. Ради того момента, когда сможет высказать все, что у него на сердце.

Утром, за завтраком, Грег попытался еще раз извиниться перед Стефани. Получилось довольно сумбурно.

— Насчет вчерашнего, Стеф… Прости, я вел себя, как дикарь. Ты могла подумать… что я… ну… собирался наброситься на тебя. Мне страшно неудобно, поверь… Я бы не хотел, чтобы ты стала меня бояться…

Посуда замелькала в руках Стефани с сумасшедшей скоростью. Тарелки просто летали над столом, приземляясь в точно предназначенном для них месте.

Из тостера внезапно с резким звуком выпрыгнули поджаренные ломтики хлеба, и Грег вздрогнул от неожиданности. Он хотел произнести еще что-то в свое оправдание. Но Стефани прервала его, словно ей неприятна была сама тема разговора.

— Не надо, Грег. Я же понимаю, что все вышло случайно. Ты вовсе не имел в виду ничего предосудительного. Скорее, это я виновата: наскочила на тебя внезапно. Обещаю впредь быть осмотрительнее.

Она продолжала лихорадочно накрывать на стол, стараясь не встречаться с Грегом взглядом. Тоскливое выражение его лица совершенно выбило ее из колеи. Почему-то этим утром он казался ей особенно привлекательным. Стефани нравилось в нем решительно все: и форма носа, и прозрачная зелень глаз, и даже тонкие морщинки, разбегающиеся от них к вискам.

Стефани впервые заметила на них несколько серебристых волосков и преисполнилась щемящим душу сочувствием. В таком возрасте седина могла означать только одно: Грегу в жизни довелось пережить немало горьких или опасных минут.

— Все забыто, можешь не волноваться. — Она сумела сказать это почти спокойным тоном.

— Мне повезло, что ты такая здравомыслящая женщина, — вздохнул Грег с видимым облегчением, поскольку поначалу не знал, чего от нее можно ожидать. О чем и заявил ей напрямик, объясняя причину своего улучшившегося настроения: — Я сомневался, что мы сможем так легко в этом разобраться. Другая на твоем месте устроила бы настоящий скандал.

— С чего бы вдруг мне скандалить? Что за ерунда!

Щеки Стефани вспыхнули, когда она вспомнила, как накануне вечером жаждала его прикосновений. Так за что ей на него сердиться? Сама все и подстроила… вернее, воспользовалась выпавшим на ее долю шансом. Но ведь не говорить же ему об этом…

Тут взгляд ее упал на Шона, и Стефани воспользовалась присутствием сына, чтобы сменить тему разговора.

— Ты хорошо поел, малыш? Мама сегодня задержится и возьмет тебя из садика попозже, ладно? А ты будь умницей и не серди воспитательницу.

Мальчик промолчал, насупив светлые бровки. Ему не нравилось оставаться в группе, когда остальных детей уже забрали родители. Стефани знала об этом и всякий раз, если ей приходилось задерживаться, испытывала вину перед сыном.

На лице несчастной матери отразилось такое страдание, что Грег тут же обрадовался возможности быть ей полезным.

— Если не возражаешь, я могу забрать Шона в обычное время. Мы справимся и без тебя. Правда, парень? — И он подмигнул повеселевшему малышу.

Стефани скупо улыбнулась. Довольно щедрое и своевременное предложение. Но она собиралась его отклонить. С какой стати Грегу отказываться от привычного времяпрепровождения? Вероятно, он собирается после работы посидеть в баре с друзьями. Трехлетний мальчуган не та компания, которая ему нужна.

Если бы не крайняя необходимость в деньгах, Стефани сама охотно занялась бы сыном. Но работа в бакалейном магазинчике помогала продержаться до следующей зарплаты. И пренебрегать ею не стоило. На помощь Грега Стефани никогда не рассчитывала. Свои проблемы она привыкла решать самостоятельно.

— Спасибо, но я не думаю…

Грег не дал ей закончить фразу. Она уже привыкла к этому и не рассердилась.

— Ты не думай, а спокойно работай. А мы с Шоном найдем, чем заняться. Почитаем интересную сказку, например. Или я могу взять его с собой в кегельбан.

— Только не это! — ужаснулась Стефани. — Я не хочу, чтобы он принес домой выражения, которыми обмениваются игроки при промахах. А сколько пива они выпивают! Нет, такое общество не для Шона.

— Это я предложил, не подумав хорошенько, — признал Грег. — Просто у меня еще маловато опыта в общении с детьми. Знаешь, мы могли бы прополоть цветы перед домом.

— О нет! Мои чудесные белоснежные клематисы этого не переживут.

— Нет, так нет. Тогда мы с Шоном польем их, ладно?

Эта идея пришлась Стефани по душе.

— Ладно. Стань моему сыну второй мамой на этот вечер, если тебе не трудно.

— Договорились. Не волнуйся, твое сокровище будет со мной в целости и сохранности. — Грег встал и с высоты своих шести с лишним футов роста посмотрел на насторожившегося Шона. — Приятель, сегодня мы с тобой славно проведем время. Только, чур, никаких капризов. Это не по-мужски, понял?