Джули Кеннер - Вечер встречи

Войдя в мотель, он пересек холл, пристально оглядывая все вокруг. На пороге столовой остановился и проверил, нет ли ее там. Он взглянул в сторону Карла, который помахал ему рукой. Гарретт поприветствовал брата кивком головы, но остался стоять, продолжая оглядывать комнату. За одним из столиков перед тарелкой с парой бисквитов, политых сливками, сидел помощник миссис Келли. В углу расположилась какая-то юная пара. Поглощенные друг другом, взявшись за руки, они не замечали никого вокруг. Лысеющий мужчина с несколькими уцелевшими прядями волос, зачесанными на лысину с боков, сидел у окна и читал газету. Но таинственной незнакомки нигде не было видно.

Гарретт с облегчением вздохнул. По каким-то причинам она хотела провести с ним, вернее с Карлом, только одну ночь. И ушла, даже не попрощавшись. Так что, если он намеревался одержать над ней победу — закончить то, что они начали, — ему был нужен план. Нужно иметь превосходство. И, прежде всего, нужно выяснить ее имя.

Карл поднял глаза, когда Гарретт поравнялся с ним.

— Привет, старший брат.

Гарретт не остановился.

— Секундочку, — сказал он, направляясь к кухне в поисках миссис Келли.

Та сидела на корточках перед открытой духовкой и засовывала в нее противень с бисквитами.

Протянув руку, он помог ей подняться.

— Не остановилась ли у вас одна молодая женщина? Темные волосы, хорошенькая. Примерно такого роста, — сказал он, проведя ладонью по воздуху под своим носом. — С ней черный Лабрадор.

— Ну, если не считать собаки, я бы сказала, что Рейчел вполне подходит под это описание.

Гарретт наклонил голову.

— Рейчел?

Он мысленно повторил ее имя. Рейчел. Это имя ей подходило.

— Рейчел Дин, — добавила миссис Келли. Ему показалось, что он уже слышал это имя, но вспомнить ничего не мог. — Она тоже спрашивала о вас. О вас и о Карле.

У него перехватило дыхание. Он старался выглядеть бесстрастным, но сердце бешено заколотилось при одной только мысли, что она думала о нем.

— Правда?

— Спросила, не ветеринар ли Карл, а потом тот же самый вопрос задала относительно вас. Я сказала ей, что Карл не ветеринар, а про вас ничего не могу сказать. — Миссис Келли замолчала, давая Гарретту шанс назвать свою профессию. Поскольку он молчал, она отвела взгляд и прокашлялась. — А почему вы подумали, что она с собакой?

— Это долгая история.

Гарретт махнул рукой, пытаясь представить, что могла Рейчел сделать с Бумом.

Миссис Келли подошла к холодильнику, открыла его и заглянула внутрь.

— Я обожаю щеночков. Очень жаль, что не могу позволить находиться этим прелестным существам здесь, но они так портят мебель.

Гарретт кивнул, неожиданно подумав, что Рейчел, без всякого сомнения, провела Бума в свою комнату тайно. Он сдержал улыбку. Интересно, вспомнила ли она, поддавшись импульсивному желанию забрать с собой собаку, что ей придется кормить и выгуливать ее? По крайней мере, теперь он знал, где найти Бума. Вероятно, завтра он выйдет на след Рейчел, но, если нет, придумает, как попасть в ее комнату, чтобы проверить, в каком состоянии повязка у собаки, и дать ей новую порцию антибиотиков. Двумя проблемами меньше.

Миссис Келли достала банку с молоком и зажала под мышкой картонную упаковку с яйцами.

— Мне сказать, что вы спрашивали о ней?

Поставив продукты на стол, она потянулась к висевшей высоко посудной полке за миской.

Гарретт покачал головой.

— Нет, спасибо. — Он подошел и снял миску. — Предоставьте это мне.

— Стало быть, в моем доме назревает многообещающий роман, не так ли? — Миссис Келли улыбнулась. — Возможно, вы и есть тот джентльмен, о котором она мечтала? Сегодня утром.

— Простите?

Пожилая дама постучала указательным пальцем по своей голове.

— Женская интуиция. — Она посмотрела в сторону кухонной двери и снова перевела взгляд на Гарретта. — Я сплетничать не люблю. Но когда женщина просит на завтрак мороженое, тому может быть только одно объяснение: проблемы с мужчиной. — Она подмигнула ему. — И, похоже, этим мужчиной можете быть вы. — Миссис Келли помолчала, слегка прищурившись. — Особенно если учесть, что ни один из вас не появился вчера в своей комнате.

Гарретт нахмурился, неожиданно ощутив себя загулявшим подростком. И тут до него дошли слова миссис Келли.

Мороженое. Пожалуй, миссис Келли права. Опыт общения с достаточным количеством женщин подсказывал ему: раз Рейчел баловала себя мороженым с утра пораньше, значит, она была в не меньшем замешательстве из-за того, что произошло между ними, чем он. Слава богу.

— Миссис Келли, вы просто прелесть.

Он чмокнул ее в щеку, а потом направился в столовую. Что ж, сегодняшний день, кажется, складывается удачно. Проблемы, которые возникли утром, казались непреодолимыми. Но то, что начиналось как катастрофа, неожиданно стало выглядеть совсем не безнадежным. В считанные часы он выяснил следующее: они остановились в одном мотеле; она в курсе, что он не Карл. И, самое главное, он теперь знает ее настоящее имя.

Естественно, ситуацию все еще не назовешь безоблачной. Мороженое не мороженое, но… Уехав, она не оставила ему записки. Не пыталась позвонить или хотя бы попросить миссис Келли сказать ему, что она здесь. Все это свидетельствовало о тщетности надежды на то, что она лежит обнаженная под одеялом и сгорает от желания снова его увидеть.

С другой стороны, миссис Келли говорила, что Рейчел влюблена в какого-то мужчину. Так сильно, что ела мороженое на завтрак. И еще миссис Келли предположила, что этим мужчиной может быть он, Гарретт. Не так много, но уже кое-что.

Почувствовав себя немного уверенней, Гарретт уселся напротив Карла. Сейчас было самое что ни на есть подходящее время заставить брата объяснить причину, по которой тот не собирался идти на встречу однокашников.

Отпив еще глоток кофе, Гарретт наблюдал за тем, как Карл размазывает вилкой по тарелке свою яичницу-болтунью. Карл не хотел говорить о Белинде, но потом, вняв настоятельной просьбе брата, кивнул и принялся рисовать узоры на своей тарелке. Гарретт терпеливо ждал, зная, что Карл не хитрит, а просто собирается с мыслями.

— До того, как мы стали старшеклассниками, на нее никто не обращал внимания, — наконец сказал Карл. — Она была умной. Отличницей. Но какой-то незаметной.

— А ты для нее что-то значил? — спросил Гарретт, не представляя, как Карл мог причинить кому-то боль даже под давлением.

— Лично я? — спросил Карл и продолжал, не дожидаясь ответа: — Наверно. Но не больше, чем кто-то еще. Ребята выкрикивали ей вслед прозвища типа Коротышка или Четырехглазка, когда она проходила мимо. Я никогда не принимал в этом участия, но и не пытался остановить их. — Он взял чашку с кофе, но не сделал ни глотка. Желваки заиграли на его скулах, он отвел взгляд и уставился в потолок. — Дело в том, что я смеялся вместе со всеми. Понимаешь? — Карл взглянул на Гарретта, нахмурился, в глазах его была настоящая боль. — Я знаю, это было совсем не смешно, но тоже смеялся.