Алисон Джерис - Любимая… на час?

Ее глаза широко раскрылись от удивления. Лицо Ричарда оставалось невозмутимым, но взгляд потеплел, и у Джесики опять медленно и тяжело забилось сердце. Он стоял так близко!..

— Ну что, готовы? — спросил фотограф, заметив, как клиенты резко отскочили друг от друга с виноватым видом.

Девушка старалась успокоить дыхание, убеждая себя в том, что Ричард — посторонний человек, который никогда не улыбается в ее присутствии. А привел ее сюда только потому, что Прайс разбил антикварную вазу. И все.

Перед съемкой Джесика начала спорить с фотографом. Она непременно желала сняться в шляпе, хотя мастер уверял, что головной убор закроет половину лица. Спор разрешил Скотт, предложив сделать несколько снимков, и Джесс успокоилась.

— Может, вы обнимете невесту? — предложил хозяин ателье, усаживая Ричарда рядом с Джесикой. — А вы, — сказал он девушке, — прижмитесь к жениху… Вот так, очень мило! Не двигайтесь!

— Расслабься, — прошептал Скотт, чувствуя, как напряжена Джесс. — Ты же влюблена в меня!

— Все не так просто. — Джесика действительно смущалась от того, что Ричард сидит совсем близко, касаясь ее тела.

— А ты постарайся. Прислонись ко мне и подумай о долге, — прошептал Ричард. — И не забывай улыбаться!

— Студийный портрет гораздо эффектнее моментальных свадебных фотографий, правда? — Возившийся с лампами фотограф вежливо поддерживал беседу.

— А у нас их вообще нет, — непринужденно заметила Джесика, уловив предупреждающий взгляд Ричарда. — Мы хотели, чтобы свадьба была особенной — только мы вдвоем, и все… правда, дорогой?

Скотт ничего не ответил, сохраняя на лице непроницаемое выражение.

— А теперь посмотрите друг на друга! — попросил фотограф, готовясь к новой композиции.

Джесика попыталась изобразить воодушевление и любовь, но не удержалась от давно сдерживаемого смеха, и Ричард, как ни старался, в конце концов тоже заулыбался.

Внезапно перед Джесс предстал совершенно иной человек. Под глазами Скотта появились милые морщинки, серые глаза смягчились. Он даже стал родным и близким.

— Великолепно! — воскликнул фотограф. — А теперь сделаем романтический снимок, например с поцелуем.

С лица Джесики исчезла улыбка. Она не осмеливалась поднять на Ричарда глаза.

— Неплохая мысль, — спокойно заметил он.

Девушка вскинула голову, но Скотт невозмутимо встретил ее взгляд.

— Или ты возражаешь, дорогая? — с легкой насмешкой спросил он.

— Ну-у, я не знаю… — протянула она, однако Ричард притянул Джесс к себе.

— Так? — спросил он фотографа, не сводя с Джесики глаз.

— Превосходно!

Скотт убрал с ее лица волосы, потом теплые руки забрались под темную пушистую массу, слегка лаская затылок, прошлись по подбородку. Наконец Ричард пристально посмотрел на яркие соблазнительные губы.

Джесика задрожала. Она со страхом ожидала поцелуя и в то же время сама желала прикоснуться к мужскому рту. Сердце медленно билось, стучало в груди, дыхание остановилось. Она забыла обо всем на свете, кроме Ричарда.

Глаза Джесики расширились, став темно-фиолетового цвета. Она не отрываясь смотрела на Скотта, а тот медленно, очень медленно нагнул голову и прижался к ее губам. Под Джесс вдруг начал проваливаться стул, студия стала вращаться, а тело содрогнулось, словно от электрического импульса.

Почему она считала его губы холодными? Они оказались горячими и уверенными. На них моментально сконцентрировались неведомые доселе ощущения Джесики, погрузившейся в дурманящее наслаждение. Ее руки сами поднялись к мужским запястьям, плотно сжались, и Ричард, угадав молчаливую просьбу, впился в дрожащие от наслаждения губы.

Потом он отстранился, легко погладив нежную шею. Еще несколько долгих мгновений Скотт не отпускал Джесс, всматриваясь в глубину ее глаз, потом улыбнулся и разжал руки.

— Снимок получится сногсшибательным, — с удовлетворением констатировал фотограф.

Сквозь пелену Джесика слышала, как Ричард обсуждал какие-то детали, удивляясь, что он говорит обыденным тоном, тогда как она до сих пор не могла прийти в себя от поцелуя.

Джесс огляделась. Обстановка студии, ее хозяин, Скотт — все казалось нереальным. В действительности существовали только его губы, трепетное прикосновение рук и потрясающее наслаждение. Тело Джесики еще дрожало, лицо горело, пальцы ощущали короткие волоски на мужских запястьях.

Видимо, они попрощались, потому что Джесс вдруг обнаружила, что стоит рядом с Ричардом на тротуаре. Мигая от солнечного света, она пыталась удержать охапку роз и шляпу. Свежий ветерок спутал пушистые пряди, но руки Джесики были заняты, и она не могла поправить прическу. Взглянув на нее, Ричард заметил беспорядок и вздохнул.

— Ну вот, стоит тебе тридцать секунд побыть на улице, и ты опять становишься растрепой!..

— Трудно выглядеть аккуратной на таком ветру, — возразила Джесика, с удивлением обнаружив, что Ричарду это прекрасно удается. Он, как всегда, солидный, уверенный. Если вокруг возникал хаос, то Скотт постоянно контролировал ситуацию, о чем свидетельствовали его манеры — двигаться, разговаривать, смотреть на часы. Целоваться.

Джесика любовалась розами и радовалась, что волосы скрывают ее лицо.

— Давай где-нибудь перекусим, — предложил Ричард.

Ожидая, пока официант принесет заказ, Джесика неуверенно сказала:

— Поскольку мне предстоит быть твоей женой, пусть даже на сутки, я хотела бы побольше узнать о тебе. Например, когда у тебя день рождения, есть ли у тебя братья или сестры, бывает ли у тебя плохое настроение…

— Я всегда в прекрасном расположении духа, — сердито перебил ее Скотт. — Во всяком случае был, пока не обнаружил на полу осколки разбитой вазы.

— Я так и предполагала, что ты опять вспомнишь об этом! — фыркнула Джесика.

— Ну хорошо, был до тех пор, пока не стал хозяином поместья, — смягчился Скотт, глядя в тарелку, которую поставил официант.

Джесс взяла приборы.

— Большинство людей чувствовали бы себя счастливыми, если бы получили в наследство такой прекрасный дом.

— Но я же не намерен здесь жить, — возразил Скотт. — К тому же поместье великовато для одного человека.

Джесика сосредоточенно разделывала цыпленка.

— Да, но у тебя может появиться семья.

— Нет, — почти грубо отрезал Ричард. Джесс поняла, что лучше оставить эту тему в покое. Какая ей разница, в конце концов?

— И тем не менее, особняк великолепный, — сказала Джесс, вспоминая старинное строение, овеянное романтикой. — Он так и дышит историей.

— И сыростью, — прозаически добавил Ричард. — Ты хотя бы представляешь себе, во сколько обойдется реставрация?

— В тридцать тысяч долларов?