Линдсей Армстронг - Строптивая жена

Она выбрала также несколько прекрасных ковров и была рада тому, что внутренняя обшивка стен дома была выполнена из натуральных деревянных панелей и не надо беспокоиться о том, в какие цвета красить стены. «Завтра, — сказала она себе, — придется посетить лучшие местные галереи для поиска object d`art».

Было девять часов вечера, когда Роза вернулась домой, чувствуя себя усталой и разбитой. Приняла душ, надела махровый халат, запекла несколько тостов с сыром, поставила диск Энии «Водяной знак» и уселась, скрестив ноги, на свою роскошную кушетку.

В дверь позвонили.

Роза вздохнула и некоторое время поколебалась: открывать ли? В дверь снова позвонили, более настойчиво.

— Иду! — крикнула она, вставая с кушетки и ступая на ковер.

Запыхавшись и долго провозившись с замком, она наконец открыла дверь. На пороге стоял Фрейзер, в джинсах и джемпере, волосы его были растрепаны ветром. Она увидела за ним «мерседес» с опущенным верхом.

— А, это ты! — выдохнула она.

— Да, — подтвердил он. — А кого ты ждешь?

— Никого! Это…

— Тогда тебе не помешала бы еще кое-какая одежда, — промурлыкал он с ухмылкой.

Роза опустила глаза и только тогда заметила, что халат ее распахнулся и на голом теле выделяются лишь желтые трусики.

— Дьявол! — выругалась она, запахнула халат и затянула пояс. — Я спешила, — объяснила она.

— Только не надо больше никаких травм. Разрешишь войти? Или предпочитаешь целоваться на пороге? — В его черных глазах была усмешка.

— Входи, — сказала она поспешно и отступила, позволив ему войти в прихожую. — Я не ожидала тебя, Фрейзер…

Но не успела сказать больше ни слова. А когда смогла продолжить разговор, они уже сидели на кушетке обнявшись, ее голова лежала у него на плече. Голос Энии пел «Течение Ориноко», что соответствовало состоянию Розы — она тоже как бы парила в экстазе.

— Как он себя чувствует? — спросила Роза.

— Вполне сносно. Врачи обещали, если все будет хорошо, эта операция сделает его совершенно другим человеком.

— Я очень рада.

— Ммм… ненавижу больницы. — Фрейзер потер подбородок. — Сейчас с ним Диана. Но я должен вернуться в больницу на ночь. — Он огляделся вокруг. — Вот она — настоящая мисс Шоу.

— Да, это все моя работа, — ответила она гордо и встала. — Что тебе предложить? Что-нибудь поесть или выпить?

— А что у тебя на ужин?

— Тосты с сыром. Они еще не остыли. — И Роза откусила кусочек.

— И это ужин?

— Да! Так как, будешь?

— Нет, спасибо. — Он улыбнулся. — Не то чтобы мне не нравились холодные тосты с сыром, просто не хочется лишать тебя даже такой скудной пищи. Но я мог бы чего-нибудь выпить. Оставайся здесь. Скажи только, что и где лежит, я сам возьму.

Роза наморщила нос.

— Хорошо, там на кухне, в холодильнике, бутылка красного вина.

Фрейзер рассмеялся, взъерошил ей волосы и пошел на кухню. Когда он вернулся, то принес на подносе не только вино и два стакана, но и нарезанный сыр, салями, маринованный чеснок, оливки и огурцы.

— А я-то думала, что ты там делаешь?

— Грабил твою кухню. Ты не возражаешь?

— Нет, конечно. Только я чувствую себя виноватой — ты ведь ничего не ел, правда? Мне надо было что-нибудь приготовить, но я не слишком хорошая…

— Внимание! — прервал он и откупорил вино. — Основательная закуска. Если я правильно понимаю, ты любишь поесть. А как поживает Делия? — Он присел рядом с ней и вытянул ноги.

— Беспокоится и… — Роза закусила губу.

— Я собирался предложить ей повидаться с отцом послезавтра. Ему еще предстоит масса процедур и анализов, но, я знаю, он хочет ее увидеть.

— О! — Лицо Розы посветлело. — Она может? Она очень волновалась. Но… — Роза помрачнела, — Диана…

— Предоставь Диану мне. Роджер, что бы там ни было, возвращается к ней. Это ей на пользу. Они вроде бы помирились.

— Понятно.

Фрейзер внимательно посмотрел на Розу:

— Что тебе понятно?

Она замялась, раздумывая, говорить ли.

— Да ничего.

— Теперь, Роза, я изучил тебя достаточно хорошо и знаю, что ты что-то не договариваешь, — поддразнил Росс. — Выкладывай.

— Тебе может не понравиться.

— Когда это останавливало тебя? — спросил он с иронией.

— Ну, тогда я скажу от имени всех женщин, в общем… в общем… я больше не обижусь на утверждение, будто без мужчин все женщины становятся ведьмами.

— Я не обобщал, — сказал он после небольшой паузы.

— Разве? — Она бросила на него быстрый взгляд.

— Не думаю, что тебе нравится моя сестра.

— Это я не нравлюсь ей. И даже знаю точно, почему не нравлюсь. Она уверена, что я весьма неподходящая кандидатура для тебя, Фрейзер, как жена. Разве я не права, предполагая, что, по ее мнению, у тебя критический возраст для женитьбы?

— Что ты хочешь этим сказать? — спросил он нетерпеливо. — Это у девушек бывает критический возраст для замужества.

В этот момент раздался щелчок отключившегося проигрывателя, и воцарилась тишина. Они пристально посмотрели друг другу в глаза: он в ее — потемневшие от обиды, а она в его — холодные и бесстрастные.

— У меня нет такой проблемы относительно тебя, Фрейзер. — Роза произносила слова четко и отрывисто. — Я всегда осознавала, что брак для нас невозможен. Но интересно, из чистой любознательности, что у тебя на уме относительно моей персоны? Кем ты меня видишь? Экономкой, любовницей? До тех пор, пока не появится настоящая жена? А может, даже и после этого?

— Ладно, чертовка, а может, ты зря так далеко заглядываешь? — выдавил он. — Или из озорства самой хочется залезть в постель на законном основании? О, нет, — добавил он грубо, предотвратив пощечину у самого своего лица. — Держите свои пальчики при себе, мисс Шоу. Если только не собираетесь сбросить одежду и заняться любовью прямо на полу! Между прочим, не так уж много одежды надо сбрасывать…

Она посмотрела вниз и, увидев, что халат ее распахнулся, пока они боролись, в отчаянии закрыла глаза.

— Отпусти меня, — сердито сказала Роза.

Фрейзер запахнул ее халат до подбородка и сказал, улыбаясь ей прямо в глаза:

— Ни одна разумная особа не станет предъявлять список условий для брачного контракта, да и с твоей стороны, Роза, это не слишком ли преждевременно?

Она закрыла лицо руками, проклиная себя за то, что сама из ничего раздула этот конфликт. И эти рассуждения о неудачном браке его сестры, и сравнение со своим возможным будущим — к чему все это? Но почему только мужчины считают, что все женские проблемы решает исключительно секс?

— Роза!

Она опустила руки и глубоко вздохнула.

— Фрейзер, ты считаешь, я преждевременно начала этот разговор? Нет, — сказала она печально. — Я только хотела объясниться…

— До того, как снова соблазнить меня? — прервал он с неподдельным интересом.