Tanza Liz - I Surrender

В это время из зала вышла Миллс.

– Карэн?! Ты что тут делаешь?

– Реджи, – девушка обняла Миллс.

– Лисичка, ты чего? Все хорошо, езжай домой, как сказала Эмма, и больше не переживай так. Поняла?!

– Да. Спокойной ночи Реджи, мисс Свон, – сказала девушка и ушла.

– Иди, я скоро.

– Я в машине, – сказала Эмма и пошла из клуба.

Миллс очень быстро переоделась и пошла к Эмме. По дороге она встретила Киру, которой уже Карэн рассказала о произошедшем.

– Миллс, мать твою, как ты здесь оказалась?!

– Это второй вопрос, а первый, почему ты мне не сказала об этом?

– Я не могла. Эмма приказала мне не говорить, – виновато говорила Майэр, – что с твоим лицом?

На этих словах к девушкам подошел Коул и как только увидел Миллс, разозлился.

– Ты откуда здесь взялась? Тебя не должно быть здесь! – прикрикнул Миллер.

– Я уже здесь и уже все знаю, – ответила серьезно Миллс.

– Коул, отец Эммы он… посмотри, что у нее с лицом, – дотрагиваясь до щеки брюнетки, сказала Кира.

– Кира, убери руки, – одернул Коул руку Майэр и отодвинул от Миллс, – она сама виновата. Зачем ты полезла на сцену? Кто тебя просил здесь вообще появляться? – говорил зло Миллер, – и почему ты вообще еще здесь?

– А что я уже должна лежать под папашей Эммы с раздвинутыми ножками? – съязвила Реджина. Кира закатила глаза, понимая, что ее подругу ничего не изменит.

– Миллс, ты понимаешь, что шутишь с огнем? – спросил Коул, – как ты сбежала от него?

– Эмма. Она вытащила меня. Коул, я знаю, что виновата, но ей просто нужно было мне сказать, – брюнетка дотронулась до своей губы, – сейчас же я все поняла.

– Что ты поняла? – спросил Коул, а сам, чтобы хоть как-то успокоиться взял в свои сильные мужские объятия Киру, прижимая к себе.

– Она рассказала про… неважно. Коул, я хочу быть с ней, а для этого нам просто нужно быть друг с другом честными, – ответила Миллс. Она посмотрела на подругу, которая была счастлива в руках Миллера, хотя в глазах виднелась грусть от осознания кто этот мужчина и что это счастье, скорее всего, будет не вечным.

– Подожди. Она рассказала? – Коул сразу понял, про что сейчас говорит Миллс, – она представила тебя отцу? – он совсем запутался.

– Стой! – остановила поток мыслей Миллера Миллс, – она рассказала, но не представила. Для ее отца я шлюха, которую трахает только она, – немного со злостью добавила брюнетка.

– И не шипи, – проговорил с не меньшей злостью Миллер, – если бы ты не заявилась сегодня сюда, то проблем бы вообще не было.

– Если бы она все сразу рассказала, их бы тоже не было, – пробубнила Миллс, – ладно, пошла я, меня Эмма ждет. А вы разв… нет, так вам говорить нельзя, поэтому хорошо проводите время, – сказала Миллс и пошла к выходу.

– Коул, как ты думаешь, они все же будут вместе?

– Кира, я не знаю. Но могу сказать одно, если Джек узнает кто для Эммы Миллс, то будет очень плохо, – протянул Коул, смотря вслед Реджине.

– А Эмма может что-нибудь сделать или переубедить отца?!

– Нет. Его не переубедит никто, – коротко и ясно ответил Коул.

Кира вздохнула, понимая, что все будет не так легко, как она думала.

Реджина села в машину и увидела, как Эмма смотрит в задумчивости в окно. Не став намеренно ее беспокоить, брюнетка сказала водителю отвезти их домой.

Эмма думала всю дорогу. Она так и ни разу не посмотрела в сторону Миллс. Она не знала, как поступить в данной ситуации. Скрывать от отца, был бы самый правильный выход, но вот только Эмма не хочет такой участи и такого звания для Реджины. Но и рассказать отцу это означает подвергнуть небывалому риску Миллс. Риску смерти от рук отца ее возлюбленной, девушки, которую она полюбила и ни при каких обстоятельствах не хочет оставлять. Свон совершенно запуталась и совсем не знает, как ей поступить и что делать.

– Дьяволенок, мы приехали, пойдем, – прошептала над ухом Эммы Миллс.

– Пошли, – отдаленно сказала Свон и вышла из машины, сразу направляясь к подъезду.

Реджина видела, что Эмму терзают разные мысли, но трогать или влезать она не хотела. Молча добравшись до квартиры, Миллс захотела оставить Эмму одну.

– Я побуду на крыше, я не буду тебе мешать. Но пожалуйста, не принимай за меня решений, я способна сама их принять. И помни, что я тебя люблю и не откажусь от тебя, – Миллс довольно страстно поцеловала Эмму и пошла сначала в спальню, чтобы взять какое-нибудь покрывало.

Эмма пошла за Реджиной в спальню. Она сейчас не хотела быть одна. Не хотела ничего решать. Не хотела даже думать о будущем.

– Малышка, побудь со мной, – совсем тихо проговорила Эмма, зайдя в спальню и видя, как Реджина уже стоит с покрывалом в руках.

– Иди ко мне, – Миллс откинула покрывало на пуф и протянула руку Эмме, – давай я помогу тебе раздеться, и мы полежим в кровати или можем подняться на крышу?

– Давай останемся здесь, – говорила Эмма и начала расстегивать свою блузку.

Брюнетка кивнула и без лишних слов начала помогать Свон. Блузку и брюки они сняли быстро, и блондинка осталась в нижнем белье. Реджина тоже уже сняла майку.

– Иди, ложись, я сейчас.

Свон сняла лифчик и, откинув его в сторону забралась в кровать. Положив голову на подушку, закрыла глаза и глубоко вздохнула.

Реджине было больно смотреть на состояние любимой, она не знала чем ей помочь и чего она хочет. Раздевшись полностью, брюнетка забралась под одеяло к Эмме и приобняв, положила ее голову себе на грудь.

– Я люблю тебя.

– Малышка, ты не представляешь, как приятно, но в тоже время больно слышать эти слова, – сейчас Эмма совсем не была похожа на себя прежнюю. Уверенную, целеустремленную, властную, жестокую. Сейчас в объятиях Реджины она была совсем другой. Ранимая, нежная, добрая. Что ей самой совсем не привычно.

– Дьяволенок, мы справимся. Мы будем вместе, не впадай в отчаяние, – протянула Миллс, – каждый день теперь буду говорить тебе, что люблю и хочу слышать это в ответ. Я понимаю, что ты переживаешь. Так что, будет все, как было. Ты хозяйка клуба, где я работаю, ты будешь вести себя, как вела. Никто не узнает про нас, а те, кто знают, будут молчать, они мои друзья.

– И ты хочешь прожить так всю жизнь? Хочешь так и остаться для всех моей шлюхой? – Эмма неосознанно, но все же сказала это вслух. Ведь именно это и крутится у нее в голове. Именно это она хочет изменить, но вот как… Она не знает.

– Посмотри на меня, – Реджина приподняла Эмму за подбородок, – утром я была не права, требуя от тебя изменения моего статуса перед всеми. Ты была готова это сделать ради меня, и от этого я счастлива. Пусть я буду… – в этот момент брюнетка переступила через себя ради своей любви, -… для всех твоей шлюхой, но я буду знать, что для тебя это не так.

– А ведь всего месяц назад я именно этого и хотела, – усмехнулась горько Эмма и притянула Миллс в свои объятия, – но сейчас. Ты не представляешь, как я хочу, чтобы все знали, что ты моя девушка. Девушка и будущая жена. Я хочу, чтобы все знали, как сильно я тебя люблю и что я все сделаю для тебя. Я готова отказаться ото всего, лишь бы ты была счастлива, лишь бы все знали, что мы любим друг друга и видели нашу любовь. Но… Но даже если я откажусь ото всего, это ничего не изменит. Он не даст этого сделать. Господи, как же ты несправедлив, – говорила Эмма, крепко сжимая Реджину в своих объятиях и утыкаясь носом ей в шею, – я люблю тебя, люблю, люблю, – шептала Эмма в шею, одновременно целуя, но без страсти. Нежно, – прости меня. Прости, что тебе приходится все это терпеть из-за меня.