Келли Орам - Синдер & Элла

– Без комментариев, – отрезал я, и Элла расхохоталась.

– Ха! – воскликнула она. – Мистер Мажор и его шикарная женщина! Попробовал бы ты повстречаться с милой, тихой библиотекаршей. Тогда бы тебе не пришлось называть свою девушку строптивой.

– Думаю, было бы жарко. Волосы, жаждущие свободы, но затянутые в тугой пучок, красивая, толстая оправа, обтягивающая юбка и шелковая блузка на пуговицах, которую я бы разорвал прямо на ней. Думаю, я отжарил бы ее в отделе классической литературы.

Элла издала такой звук, будто сейчас задохнется, и пробормотала:

– Хм, кажется, это было слишком.

Ее смущение меня развеселило и я заговорил низким, бархатным голосом, который ей так нравился.

– Признайся, ты покраснела сейчас, Элламара?

– По-моему, даже моя бабушка покраснела в гробу от этой картины, Синдер.

От этой картины? Моя улыбка стала еще шире. Она что, представляла себя в роли библиотекарши из моих фантазий? Френдзона, так ее. Брайан Оливер не умеет дружить с женщиной. Я должен был воспользоваться этой возможностью.

– Ты никогда не хотела стать библиотекарем, Элла? У тебя могло бы неплохо получиться, с твоей-то любовью к книгам и благочестивому негодованию. Так и представляю тебя училкой в закрытой школе, которая заставляет всех писать объяснительные и шлепает озорных мальчиков линейкой.

– Шлепает озорников линейкой? – Ее голос звучал так безучастно, что я расхохотался. – Ты безнадежен, Синдер. Давай закончим уже этот сомнительный порнодиалог и вернемся к разговору о твоей мегере. Скажи, зачем ты на самом деле с ней встречаешься, если дело не только в сексе?

– Ты зануда. – Я надул щеки и тяжело вздохнул. Говорить о Кайли – значит испортить себе настроение. – Ладно, хорошо. В общем, это «Дочка босса», ясно? И, конечно, она от меня без ума.

– Ой, конечно.

– Да, конечно! Не перебивай меня, женщина.

– Не указывай мне.

Бесит эта девчонка! Мне внезапно захотелось потрясти телефон.

– Короче, у нее предки со связями, поэтому мой отец и куча других людей давят на меня, чтобы она была всем довольна.

– Как это ужасно! – Голос Эллы звучал весело, но в то же время испуганно. – Разве они могут заставить тебя с кем-то встречаться?

– Все сложно.

Сморщившись, я допил свое пиво. Понимаю, это звучит смешно, но как ей объяснить?

– Моя жизнь – сложная штука. Многие думают, что могут распоряжаться ею, как захотят. Особенно мой отец. Мне бывает сложно все это контролировать.

– А ты отстаиваешь свое мнение?

– Когда могу.

– Тебе не приходило в голову, что выбор второй половинки – тот самый случай?

– Не в этот раз. Эта цыпочка правда важна. Если я ее брошу и у нее случится истерика (а она обязательно случится), то она может многим испортить жизнь. Особенно мне. Я конкретно влип. Надеюсь, если буду вести себя, как законченный козел, ей все это надоест и она сама меня пошлет.

– Это настоящее безумие, Синдер. Ты же понимаешь?

– Да знаю.

Отгоняя грустные мысли, я направился в дом и выбросил пустую пивную банку в мусорный бак.

– Это не самое ужасное в жизни. – В конце концов, все это временно, и у меня есть Элла, благодаря которой я не слечу с катушек.

– Ну да, она же такая красотка и отлично трахается.

Я оценил сарказм.

– Хорошо. Хотя, может, и не так отлично, как я думал. Из-за тебя я зациклился на этой фантазии с библиотекаршей. Спорим, я бы…

– Так, я кладу трубку, – прервала меня Элла.

Снова смеясь, я открыл холодильник. От разговоров о горячих библиотекаршах и мыслей об Элле в этой роли я страшно проголодался.

– Почему? – спросил я, обнаружив коробочку спелой клубники. В мыслях я уже кормил этой клубникой Эллу и думал о других вещах, которыми мы бы с ней занимались. – Не хочешь поговорить о грязных фантазиях, Элла? Это ты виновата, что они у меня появились. Расскажи, во что ты сейчас одета.

– Хах! – рассмеялась Элла. – Со мной это не пройдет. Ни за что, Синдер.

– Почему бы и нет?

– Просто нет и все, извращенец.

Элла пыталась скрыть, но я знал, что смутил ее, и мне это нравилось. Хорошо, что я уговорил ее созвониться. Самое лучшее решение в моей жизни.

– Ты проиграла, – дразнящим тоном произнес я. – Мы могли бы классно оттянуться, детка.

– Ты чем, гаденыш, тут занимаешься? – внезапно завизжала Кайли, так меня напугав, что я рассыпал клубнику по всему полу.

Захлопнув холодильник, я повернулся и увидел раскрасневшееся от злости лицо своей «невесты»: очевидно, она слышала не только последнюю фразу. Мне почему-то стало очень весело, и я прикусил губу, чтобы удержаться от смеха.

– Я должен идти, – проговорил я в трубку. – Мегера поймала меня с поличным.

– КТО? – заорала Кайли.

На другом конце провода хихикала Элла.

– Поздравляю. Буду держать кулачки, чтобы она тебя бросила.

Тут уж я не смог больше сдерживать смех.

– Ты просто огонь! Я тебе перезвоню.

Я отключил телефон и посмотрел на Кайли самым невинным взглядом на свете.

– Проблемы?

Не дожидаясь ответа, я наклонился, чтобы собрать раскатившиеся ягоды. Каблуки Кайли зацокали по кафельному полу, пересекли кухню и остановились рядом с моим лицом. Правый каблук начал невыносимо постукивать.

– А ты как думаешь? – бросила она.

– Думаю, что мы не на людях, а значит, я могу делать все, что моей душеньке угодно.

– В соседней комнате полно народу. Любой из них мог тебя услышать!

– Но ведь не услышали.

– Я услышала!

Я достал из-под холодильника последнюю сбежавшую от меня ягодку и выпрямился. Выкинув коробку в мусорку, я заметил, что Кайли все еще ждет от меня ответа.

– Молодец.

Это было единственное, что пришло мне в голову. Ее так бесил этот ответ! Особенно после того, как я сказал ей так в присутствии всех ее друзей. В последнее время я использовал эту реплику все чаще.

– Почему ты такой вредный?

Фыркнув, я с вызовом посмотрел на нее:

– Возможно, потому, что меня с помощью шантажа вынудили помолвиться с главной ведьмой Голливуда.

Кайли вновь уставилась на меня и гневно топнула ногой.

– Твой отец здесь, а с ним приехал Закари Голдберг, – сказала она и молниеносно исчезла за дверью.

Ничего себе! Я вышел за ней из кухни. Там действительно был мой отец в компании одного из самых известных кинорежиссеров в Лос-Анджелесе. Они стояли за диваном, пили пиво и весело обсуждали «Грин-Бей Пэкерс».

– Привет, пап. Что ты здесь делаешь?

Меня не так шокировало его появление, как улыбка до ушей, с которой он меня поприветствовал.

– А вот и виновник торжества!

Пока я пытался скрыть свое изумление, он энергично меня обнял.

– Сынок, ты ведь знаешь Закари Голдберга?

В полном оцепенении, я пожал руку своему кумиру.

– Мы не были знакомы лично, и это большая честь для меня. Я с детских лет слежу за вашим творчеством!