Бетти Нилс - Возрождённая любовь

- Пожалуйста, ни на минуту не оставляйте его одного. Я уже поговорил со старшей сестрой - если вы захотите отдохнуть, то она пришлет сменную сестру. Есть вопросы?

- Нет, спасибо, - поблагодарила Абигайль. Она обещала профессору де Биту, что останется с ним сколько нужно, и не собиралась нарушать свое слово. В конце концов, она была его личной сиделкой.

Профессор ван Вийкелен сдержанно произнес:

- Он выкарабкается - если, конечно, у него будет хороший уход, - затем резко повернулся и вышел.

Абигайль оставляла своего пациента, только чтобы перекусить. Ван Вийкелен приходил еще дважды в сопровождении маленького толстенького человечка - своего регистратора, который очень понравился Абигайль. Он говорил по-английски со множеством ошибок, но очень бегло и быстро нашел общий язык с Абигайль. Она была благодарна ему за то, что он находил минутку, чтобы заглянуть к ней и справиться о здоровье пациента, а также чтобы немного развлечь ее рассказом о своем городе. Но однажды, примерно за полчаса до того, как должна была прийти сменная медсестра, к ней зашла сестра ван Рийн и сообщила, что ее сменщица внезапно заболела ангиной и других свободных сестер нет.

- Я могу попросить кого-нибудь из медсестер задержаться до двенадцати. Но в этом случае на следующий день она выйдет на работу только в полдень. Не могли бы вы?..

- Разумеется, - сказала Абигайль. - Я уйду в восемь, поужинаю и немного отдохну, а к двенадцати вернусь в палату.

Ван Рийн вздохнула с облегчением.

- Отлично. А утром я пришлю медсестру сменить вас, чтобы днем вы смогли выспаться.

Когда профессор ван Вийкелен пришел в час ночи проведать больного, он увидел в палате все ту же Абигайль.

- Почему вы все еще на дежурстве? Где ночная сестра?

- Со мной все в порядке, сэр, - ответила Абигайль. - Сестра Тромп внезапно заболела, а найти другую ночную сестру на полную смену не было времени. Кроме того, я вечером немного отдохнула и дежурю с двенадцати.

- Когда вас сменят?

- Когда найдут замену. Сестра ван Рийн что-нибудь придумает.

- У вас есть выходные дни?

- Я бы не хотела брать выходные, пока профессору не станет лучше, сказала Абигайль неуверенно, так как профессор в упор смотрел на нее. - Я думаю, что проблем с моими выходными не будет, я ведь здесь вне штата.

- Не нужно объяснять очевидные вещи, мисс Трент. Вы вольны поступать, как вам заблагорассудится. Я думаю, сестра ван Рийн будет только рада, если вы останетесь с профессором де Витом до тех пор, пока он не почувствует себя лучше.

Ван Вийкелен произнес это таким небрежным тоном, как будто ему было в самом деле все равно, берет она выходные или нет. "А почему ему, собственно, должно быть не все равно?" - устало подумала Абигайль.

Он ушел, а Абигайль осталась в палате. Ночь оказалась очень тяжелой, потому что пациент находился в сознании и вел себя очень беспокойно. Только после укола снотворного он заснул, а Абигайль смогла сделать необходимые записи в журнале и выпить чашечку кофе. "Вот и предоставилась возможность спокойно поразмышлять о будущем", - подумала она, но у нее ничего не вышло, видимо, из-за крайней усталости мысли у нее путались. И остаток ночи она лениво листала книгу, не вникая в смысл написанного.

Профессор ван Вийкелен снова пришел в семь утра. Абигайль, с помощью другой сестры, перестелила пациенту постель, усадила его в подушках поудобнее; умыла, причесала волосы и бакенбарды и переодела в домашнюю пижаму. Конечно, годы давали себя знать, но Абигайль верила, что де Вит выкарабкается: силы воли ему было не занимать. Она набирала в шприц лекарство, когда в палату вошел профессор ван Вийкелен. Он выглядел бодрым, как будто спал всю ночь и великолепно отдохнул. Тщательно выбритый и безупречно одетый, он так уверенно вошел, будто для него не было ничего особенного в том, что он идет к больному так рано. Сухо поздоровавшись, он пожелал ей доброго утра. Абигайль ответила ему очень весело и тепло, и улыбка осветила ее слегка осунувшееся бледное лицо.

Де Виту он задал несколько вопросов и жестом пригласил ее сделать укол, а сам, сев за стол у окна, стал просматривать журнал и лист назначений. Написав новые назначения, он встал, чтобы уйти, и неожиданно заметил:

- Вам необходимо выспаться, сестра.

- Ну конечно, мисс Трент обязательно должна отдохнуть. - Голос профессора де Вита звучал ровно, хотя и слабо. - Если ты решил подорвать свое здоровье на работе, это не значит, что и другие должны делать то же самое.

- Я не собираюсь никого морить до смерти. У сестры Трент столько же работы, сколько и у других сестер, и вообще, у нее есть язык? Если она не может выполнять свои обязанности, нужно сказать об этом. Ну, я загляну попозже, - бросил он, не глядя в ее сторону, и вышел.

- Как жаль, что... - начал было профессор де Вит и, не закончив фразу, заснул, лишив Абигайль возможности узнать, о чем он так сожалел. Абигайль была уверена, что его слова касались профессора ван Вийкелена.

Последующие дни были очень напряженными. Больной поправлялся, но ему требовался тщательный уход и постоянное внимание. Абигайль очень уставала, но она ежедневно совершала прогулки, ей нужны были физические упражнения на свежем воздухе, хотя на улице было сыро, а ветер, казалось, никогда не стихал. Таким образом, выходные ее копились, и она собиралась отдохнуть, когда профессора выпишут из больницы. Но о выписке де Вита пока не было и речи, ей уже сказали, что он просил ее ухаживать за ним и дома. В больнице предстояло провести не меньше недели, а может, и две. Если бы не тревожные мысли о Боллингере, Абигайль была бы рада задержаться здесь подольше. В больнице она завела себе друзей и уже могла объясняться на голландском, в чем неоценимую помощь ей оказал де Вит, который начал чувствовать себя лучше и, когда бодрствовал, охотно помогал изучать язык, поправляя ее произношение и грамматику.

На следующий день после того, как у де Вита сняли катетер и разрешили ему сделать несколько шагов, опираясь на плечо Абигайль, в палату пришел профессор ван Вийкелен. Он обратился к Абигайль своим обычным сухим тоном:

- Сестра Трент, если завтра днем вы свободны, я за вами заеду - кое-кто хочет встретиться с вами.

- Кто? - спросила удивленная Абигайль.

- Может, вы запасетесь терпением до завтрашнего дня? - И неожиданно, как будто решил, что она собирается отказаться, широко улыбнулся ей своей неотразимой улыбкой, ради которой она готова была согласиться на что угодно. Прошу вас.

Абигайль растерянно кивнула, полностью отдавая себе отчет, что, когда он смотрит на нее вот так, она ни в чем не может ему отказать. После ухода ван Вийкелена она некоторое время пребывала в задумчивости, профессор де Вит тоже молчал. Когда она поняла, что он не собирается говорить с ней о ван Вийкелене, Абигайль решительно втянула его в обсуждение особенностей сослагательного наклонения в голландском языке, стараясь максимально сосредоточиться на лингвистических комментариях своего ученого собеседника.