Анжела Тайхом - Пути любви

- Ну что ты, Роз! Граф наверняка очень занят, - наконец-то вмешалась миссис Вендалл, испуганная столь наглым напором. Бедняга даже покраснела от такой бестактности.

Но граф потому и пользовался репутацией "добродушного и милого джентльмена", потому как на эту бестактность, он лишь очаровательно улыбнулся и возразил:

- Отнюдь. Я лишь почту за честь показать свое скромное холостяцкое жилище. И надеюсь, мисс Монтегью и мисс Уолден, также присоединятся к нашей компании.

Селина величественно кивнула, в то время как согласие Гейл никого не интересовало.

Эти девицы Вендалл, уже начали действовать ей на нервы. Во время всего разговора с графом, они непрестанно хлопали своими ресницами, глупо улыбались и одаривали его такими взглядами, от которых Гейл становилось тошно. Это было так глупо и некрасиво с их стороны, тем более что его это очень забавляло. Но видимо кроме нее, этого никто не замечал...

Отдав распоряжение кучеру двигаться к дому и пригласив Вендаллов ехать следом за ними, Джослин улыбнулся сидящим напротив дамам, и заговорщески произнес:

- Я сильно сомневаюсь, что мисс Роз Вендалл знакома с творчеством Джона Констебля. У нее явно другой вкус.

Не ожидав от него такого признания Селина и Гейл не выдержали, и рассмеялись. Честно говоря, они так же плохо представляли, Роз Вендалл, восхищавшейся деревенскими пейзажами.

- О, да! Вряд ли мисс Вендалл вообще разбирается в художниках. - Селина заговорщески ухмыльнулась. - Я конечно тоже мало что понимаю, не то что Гейл, но не так глупа, что разглагольствовать о своих предпочтениях, даже не представляя о чем идет речь.

- А-а, значит, мисс Уолден кое-что понимает в этом деле? - граф хищно сощурился, словно внезапно обнаружил золотую жилу.

- Разве что кое-что.

- Не скромничай, Гейл. - Селина настойчиво взглянула на нее. - Она может различить да Винчи от Санцио, и сказать какая картина была написана ранее.

- А кого из них вы предпочитаете? - не смотря на то, что за нее отвечала Селина, граф не сводил своих глаз с Гейл. И та не утерпела, ответила:

- Да Винчи. Но не от того что мне больше нравится его стиль, я не настоль разборчива. Просто в свое время я увлеклась Джорджо Вазари, а он очень увлекательно писал о да Винчи. Так что после прочтения он стал мне более понятен, чем к примеру Рафаэль Санцио.

- Как все оказывается просто. - Он ей улыбнулся. - А вы откровенны, не всякий на вашем месте признался бы в этом...

- Но ведь я не хочу показаться глупой, разглагольствуя о предпочтениях, когда, не представляю о чем идет речь.

Только Селина и рассмеялась. Граф лишь печально улыбнулся.

- Ну что ж, будем считать, что вам нравится эпоха Возрождения. И надеюсь, вы не умрете со скуки, ибо у меня есть картины и да Винчи, и Санцио, и Микель-Анжело Буонарроти...

Гейл ничего не ответила. Она и так слишком забылась, раз разговаривает с этим негодяем, как ни в чем не бывало. Разглагольствует тут с ним о картинах, забыв, что решила превратить эту поездку в ад.

- Джослин, - позвала Лина, отвлекая его пристальное внимание от Гейл. Ей не понравилось как он смотрел на ее сестру - напряженно и озабоченно, словно между ними что-то существует. Что-то нехорошее. - Позвольте узнать, какую же картину Констебля вы приобрели?

Он ухмыльнулся:

- "Пейзаж со скачущей лошадью". Джон написал ее не так давно, и я тут же купил ее у него. Кстати, лорд Ричфилд так же хотел ее приобрести, но я заплатил больше. Думаю, он специально натравил на меня Вендаллов, неблагодарный негодяй!

Гейл не смотрела на Джослина, и потому первая заметила Ричфилда:

- А вот кажется и он!

Все обернулись, пожалуй, Селина более порывисто, но этого никто не заметил. Только что упомянутый сэр Энтони Ричфилд, на всем скаку мчался на огромном вороном жеребце по направлению к их экипажу. Превосходный наездник, он почти мгновенно приноровил бег своего жеребца к скорости экипажа. Поздоровавшись с присутствующими, он болезненно поморщился, когда услышал предложение Джослина присоединиться к ним, чтобы полюбоваться Констеблем.

- Негодяй! Простите дамы, но он беззастенчиво сыпет соль на мои незаживающие раны. А еще называется другом!

- Не задавайся, ты тоже не так прост, как кажешься! - Джослин слегка кивнул в сторону Вендаллов.

Как будто что-то вспомнив, лорд Ричфилд расплылся в довольной улыбке.

- Ну что ты Джос, я же знаю как тебе приятно женское общество. Я лишь оказал тебе услугу...

Силина ликовала - она не просчиталась в своих ожиданиях, принимая приглашение Джослина. Там где был один из них, рано или поздно появлялся и другой. Так что появление Энтони было делом момента.

Сегодня, тот был один, без своей нареченной. И прекрасно, ибо рядом с ней, она чувствовала себя какой-то подавленной. Как здорово, что сегодня ей удалось затянуть свою талию на один дюйм меньше, и она потратила лишние полчаса на свою прическу. Энтони должен оценить и ее новое модное платье легкий муслин делал ее фигуру более эфемерной.

И он оценил. Задержав на ней взгляд больше чем на остальных, он ей даже улыбнулся. Это был хороший знак.

Не имело смысла тут же вступать в наступление. У Энтони было прекрасное настроение, Селина не обманывалась на сей счет, зная, что он в восторге от своей скачки, от гарцующего под ним нетерпеливого жеребца, от осознания своей силы над ним, оттого что он может укротить это превосходное животное. Он весело пикировался со Стэнфордом и не имело смысла перетягивать его внимание на себя. Пока, не время. Пусть почувствует себя в безопасности...

Так что они довольно беспечно прокатились до Пикадилли. Особняк Джослина действительно был великолепен. Селине нравились такие производившие впечатление скорее дворца, чем обыкновенного дома, и больше поражающего изысканной чистотой и правильностью линей, чем вычурными и витиеватыми украшениями. В глаза бросался огромный парадный вход с многочисленными ступенями и белые величественные колонны со стрельчатыми окнами.

Да, этот дворец не шел ни в какое сравнение с их особнячком на Портмен-сквер. И впервые Селина задумалась о материальном - чтобы содержать такой дом, требовались немалые доходы...

С экипажа ей помог спуститься Энтони, Джослин тем временем снимал девиц Ведал. Селина же намеренно вышла последней, после Гейл, надеясь насладиться прикосновениями рук Энтони и по возможности задержать его. Она не дала ему и шанса, взять под руку Гейл и сопроводить ту к дому, намертво вцепившись в обшлаг его сюртука. Тот будто бы и не возражал.

Дверь им открыл дворецкий. В своей жизни она ни мало повидала дворецких, но этого можно было назвать одним из самых лучших. Но пожалуй сравнения с цербером, охранявшего вход в сокровищницу было бы достаточно, чтобы описать все его достоинства. Таким и должен быть дворецкий графа невозмутимый и высокомерный.