Эндрю Робертс - Смерч войны

После отставки генерала фон Фрича в феврале 1938 года Манштейна — он презирал нацистов, в основном на социальной почве — убрали из штаба и послали командовать 18-й пехотной дивизией. Уже в качестве начальника штаба у генерала фон Лееба он участвовал в 1938 году в оккупации Судет, а в следующем году, тоже начальником штаба, у генерала Рундштедта организовывал вторжение в Польшу, где проявил себя превосходным стратегом. К этому времени Манштейн прекратил критику нацистов (что огорчало Бека), посчитав, что генералы должны стоять в стороне от политики, и эта позиция всегда помогала ему продвигаться по службе.

Как уже говорилось во второй главе, именно Манштейн, возглавляя штаб группы армий «А» Рундштедта, в мае 1940 года осуществлял руководство операцией «Зихельшнитт», разработанной им же самим («План Манштейна») и обеспечившей скорую победу на западе: концентрированное наступление через Арденны, форсирование реки Мёз и танковые удары по идеальным для этого равнинам Северной Франции. Гитлер в знак благодарности повысил его в звании до полного генерала и наградил Рыцарским крестом. Приняв в марте 1941 года командование LVI танковым корпусом в операции «Барбаросса», Манштейн обеспечивал быстрое продвижение немецких войск к Ленинграду, делая по пятьдесят миль в день и занимая стратегически важные плацдармы. В сентябре 1941 года он заменил командующего 11-й армией в Крыму, чей самолет упал на русское минное поле, и после длительной и упорной осады захватил Севастополь 4 июля 1942 года. Гитлер позвонил «покорителю Севастополя», как он теперь его называл, и сообщил Манштейну о присвоении звания Generalfeldmarschall (генерал-фельдмаршала).

В роли командующего группой армий «Дон» Манштейн в ноябре и декабре 1942 года безуспешно пытался высвободить армию Паулюса из-под Сталинграда, тем не менее его назначили командовать группой армий «Юг». «Он был высокомерен и временами жесток на грани солдафонства, — писал британский фельдмаршал Майкл Карвер. — Однако его всегда отличали высокий интеллект, острый и быстрый ум. За холодной и сухой внешностью скрывался очень эмоциональный человек, постоянно державший в узде свои чувства… Его уважали за способность молниеносно и четко вникать в суть проблемы, за краткость и ясность приказаний, спокойные и трезвые оценки и решения» [963] ed. Barnett, Hitler's Generals, p. 222. . Величайший из всех военных стратегов Третьего рейха, Манштейн лучше других немецких генералов за исключением, может быть, командующих танковыми соединениями понимал и значение механизированных войск. Кейтель трижды предлагал Гитлеру поставить Манштейна на место начальника штаба ОКВ [964] Ibid.,р.221. , и фюрер каждый раз игнорировал его совет, наверняка самый здравый из всех, что давались нацистскому вождю.

Курск располагается в трехстах пятнадцати милях к югу от Москвы, на важнейшей железнодорожной магистрали Москва — Ростов. К весне 1943 года город оказался в центре выступа шириной сто двадцать и глубиной девяносто миль, создавшегося в результате наступления русских войск и вдававшегося в тылы немецких позиций. Курск славился соловьями, и с XIX века здесь устраивались конкурсы певчих птиц. В июле 1943 года в этих местах можно было услышать только выстрелы и взрывы. Немцы захватили Курск еще 2 ноября 1941 года, после чего вермахт 15 000 человек расстрелял, 30 000 молодых людей отправил в качестве рабов в Германию, сжег и разрушил 2000 домов, опустошив весь регион. Немцы отправили в Германию даже десятки тысяч тонн местной необычайно плодородной земли — чернозема. Русские отбили город вскоре после капитуляции Паулюса.

Манштейн не смог помочь Паулюсу, но ему удалось стабилизировать фронт группы армий «Юг», а группа армий «Центр» под командованием фельдмаршала фон Клюге, сменившего в декабре 1941 года Бока, удержала на северном фланге Орел. После тяжелых боев активность на передовых позициях поубавилась, противники подтягивали свежие силы, готовились к летнему наступлению. И теперь время работало против немцев. К лету 1943 года русские получили по ленд-лизу огромное количество боевой техники: 2400 танков, 3000 самолетов и 80 000 грузовиков [965] Dupuy and Dupuy, Encyclopedia, p. 1202. . По оценкам одного историка Восточного фронта, если в 1942 году на западную помощь приходилось пять процентов военной мощи Советского Союза, то в 1943-м и 1944-м — уже десять процентов [966] Bellamy, Absolute Wav, p. 444. . Американцы послали русским даже 15 миллионов пар обуви.

Не в пользу немцев складывалась и ситуация на местности. Достаточно одного беглого взгляда на карту, чтобы понять, где они, вероятнее всего, могут пойти в наступление. Схема простая: ударами с севера и юга взять выступ в клещи и уничтожить крупные соединения Центрального фронта Рокоссовского и Воронежского фронта генерала Николая Ватутина. Так и случилось бы в 1941 году, когда немцы еще были способны наносить такие смертельные «нокауты». 17 февраля 1943 года Гитлер специально прилетал на три дня к Манштейну в Запорожье, чтобы воодушевить и его и себя, и находился столь близко от врага, что его вполне могли достать огнем танки Т-34. [967] Clark, Barbarossa, p. 338. Но фюрер уже был совсем не тот человек, каким его видели до Сталинграда. Гудериан записал свои впечатления через четыре дня после встречи с «верховным полководцем»: «Левая рука дрожит, спина согбенная, взгляд остановившийся, глаза по-прежнему навыкате, но потеряли свой блеск, щеки покрылись красными пятнами. Он еще больше возбужден, чем прежде, легко теряет самообладание, взрывается приступами гнева и способен принимать опрометчивые решения» [968] Keegan, Second World War, p. 458. . Эта характеристика полностью совпадает с наблюдениями, сделанными Зенгером во время битвы у Монте-Кассино. Поскольку дальнейшие действия были совершенно очевидны для всех, то Манштейн хотел предпринять их как можно раньше, по возможности в начале марта, но Гитлер отложил Untemehmen Zitadelle (операцию «Цитадель») до того времени, когда просохнет земля. Цейтцлер созвал совещание в штабе ОКХ и на нем 11 апреля предложил план, по которому на Курский выступ должны одновременно пойти в наступление 9-я армия генерала Вальтера Моделя с севера и 4-я танковая армия Гота — с юга. Однако Гитлер, отнесший взятие Манштейном Харькова на счет новых танков «Тигр I» модели Е (фюрер говорил, что батальон «тигров» стоит дивизии обычных танков), приказал подождать, пока не появится множество этих «монстров». Тогда их собирали по двенадцать штук в неделю, и это стало главным препятствием для Манштейна.

Мешали делу и внутренние трения между ОКХ и ОКВ. Возражал против проведения операции Йодль, опасавшийся вторжения союзников на Средиземноморье. Не соглашалея и Гудериан, в то время бывший главным танковым инспектором, отвечавшим за перевооружение германской армии: он знал, что русским известно об операции и они готовятся к ней. Клюге, ненавидевший Гудериана и даже просивший в мае у фюрера разрешения вызвать танкового начальника на дуэль, всей душой поддерживал операцию «Цитадель». Одобрял операцию и Цейтцлер, считавший ее своим «детищем», по крайней мере до того дня, когда она пошла вразнос. Модель колебался. Цейтцлер парировал возражения оппонентов, как ему казалось, удачным аргументом. Если русские знают район наступления, это значит, что «он для них жизненно важен, они бросят туда значительные бронетанковые силы, которые мы уничтожим» [969] Clark, Barbarossa, p. 362. . Дни шли, и Манштейн постепенно тоже становился противником операции. Фридрих фон Меллентин совершенно прав в своей оценке временного фактора. Если бы операция началась раньше, то могла быть успешной, но в то время, когда немцы пошли наконец в наступление, «Цитадель» уже обрекла себя на провал [970] Mellenthin, Panzer Battles, p. 212. .