Эндрю Робертс - Смерч войны

Ямамото разбил силы вторжения на три соединения, и это была ошибка, так как эскадры шли далеко друг от друга и не могли взаимодействовать. Помимо 1-го воздушного флота Нагумо и главных сил самого Ямамото в составе одного авианосца, четырех крейсеров, семи линкоров, двенадцати эскадренных миноносцев и восемнадцати подводных лодок, в операции участвовали корабли соединения вторжения на остров Мидуэй, имевшие на борту войска численностью 51 000 человек. Ямамото преследовал две цели: захватить Мидуэй и втянуть Тихоокеанский флот американцев в морское сражение, которое они не смогут выиграть. 1-й воздушный флот Нагумо подошел к атоллу под покровом сплошной облачности, не позволявшей авиаразведке Мидуэя обнаружить эскадру противника, и на рассвете Нагумо нанес первый удар, подняв в воздух 108 из 201 самолета. Нападение было успешным, взлетно-посадочную полосу японцы не бомбили, планируя воспользоваться ею после захвата острова. На остальных резервных девяноста трех самолетах спешно подвешивались торпеды — на случай появления американского флота (ожидалось пятьдесят кораблей). Этот, по выражению Футиды и Окумии, «фантастический просчет» стал роковым для японцев [559] ed. Young, Decisive Battles, p. 152. .

В 7.00 контр-адмирал Реймонд Спрюэнс, командующий ударной авианосной группой, в которую входили «Энтерпрайз» и «Хорнет», наконец обнаружил флотилию Нагумо и отправил в атаку 116 самолетов с расстояния 175 миль. (Как и в Коралловом море, корабли вступали в бой, не видя друг друга в этом новом типе морских сражений, которые теперь вели в основном авианосцы.) Примерно тогда же Нагумо приказал заменить торпеды на резервных девяноста трех самолетах зажигательными и осколочными бомбами: из района Мидуэя ему сообщили о необходимости выслать вторую волну бомбардировщиков, и у него не было никаких сведений об американском флоте, который, как он полагал, должен был идти на север, чтобы отразить отвлекающее нападение японцев на Алеутские острова. На переоснащение авиагруппы требовался час времени, но уже через пятнадцать минут разведывательный самолет запеленговал на северо-востоке десять американских кораблей. Пережив mauvais quart d'heure (неприятную минуту), Нагумо распорядился снова вооружить резервную авиагруппу торпедами. «Приказ, контрприказ, кавардак» [560] Ibid., p. 153. . Тем временем первая волна бомбардировщиков и торпедоносцев возвращалась с Мидуэя. Наступал поворотный момент в войне на Тихом океане. Половина самолетов вооружена бомбами для удара по Мидуэю, другая половина снаряжена торпедами для атаки на американские авианосцы, и Нагумо принимает фатальное решение посадить вначале самолеты первой волны, а не поднять в воздух резервные самолеты, стоявшие со смертоносным грузом на полетных палубах.

Летные экипажи все еще возились у своих машин, заменяя осколочные и зажигательные бомбы торпедами, и в 9.05 Нагумо развернул свою флотилию на девяносто градусов, направив ее курсом на восток-северо-восток, чтобы встретить американскую оперативную группу кораблей. Это позволило ему уйти на какое-то время от удара американских пикирующих бомбардировщиков и истребителей, взлетевших с авианосца «Хорнет» в 7.00. Половина самолетов «Йорктауна», находившегося восточнее, поднялась в воздух в 7.30. Пятнадцать торпедоносцев-бомбардировщиков с «Хорнета», заметив соединение Нагумо, сразу же пошли в атаку. Много писалось о фанатичной отваге японских камикадзе, но надо было обладать не меньшим мужеством, чтобы пробиться без охранения сквозь огонь зениток и истребителей «зеке», взлетевших с кораблей Нагумо. Из пятнадцати вернулся лишь один самолет: понеся столь значительные потери, американские торпедоносцы не поразили ни одной цели. Безрезультатно, но с потерями, закончились и рейды торпедоносцев «Энтерпрайза» (прозванного «большим Э») и «Йорктауна». В 10.24 атака была прекращена. В воздухе осталось только восемь торпедоносцев-бомбардировщиков «девастейтор» из сорока одного. «Приблизительно сто секунд японцы радовались тому, что выиграли сражение у Мидуэя, — писал историк американского военно-морского флота контр-адмирал Сэмюэл Элиот Морисон, — и войну» [561] ed. Young, Decisive Battles, p. 152. .

В 10.26, прежде чем истребители «зеке» смогли набрать высоту после расправы с «девастейторами», над четырьмя авианосцами Нагумо появилось тридцать семь пикирующих бомбардировщиков, прилетевших с «Энтерпрайза». Облачность скрыла приближение американских самолетов, но под ней была превосходная видимость. Японские истребители не успели набрать высоту, увлекшись сбиванием американских торпедоносцев, на что Футида заметил: «Успех американских пикирующих бомбардировщиков обеспечило жертвоприношение торпедоносцев» [562] ed. Young, Decisive Battles, p. 156. . Вскоре после атаки пикирующих бомбардировщиков «Энтерпрайза» прибыли самолеты с «Хорнета» и «Йорктауна». Внизу экипажи все еще суетились с заменой бомб на торпеды, и нападение застало их в самый неподходящий момент, когда на палубе скопилось множество боевых средств, не говоря уже о самолетах, топливных баках и цистернах. Когда пикирующие бомбардировщики «Энтерпрайза» приступили к бойне, на флагманском корабле Нагумо «Акаги» истребители «зеро» только готовились к взлету [563] По свидетельству Мицуо Футиды, американские бомбардировщики опередили японцев на пять минут. Это обстоятельство и отмечено автором в заглавии «Пять минуту Мидуэя». . Герой Пёрл-Харбора Мицуо Футида, не летавший в бою у Мидуэя после удаления аппендицита (а позднее его еще и ранили), вспоминал:

«Как только первый истребитель «зеро», набрав скорость, со свистом оторвался с палубы, раздался крик впередсмотрящего: «Хеллдайверс!» («Пикирующие бомбардировщики!») Я посмотрел вверх и увидел три черных самолета, гирями низвергающиеся на наш корабль. Наши пулеметчики открыли огонь, но было поздно. Тучные силуэты американских пикирующих бомбардировщиков «донтлесс» быстро увеличивались, и затем от крыльев вдруг начали отплывать жуткие черные предметы. Бомбы! Они падают на меня!».

«Акаги» получил два прямых попадания: в кормовой край среднего подъемника и в левый борт полетной палубы. В этом не было бы большой беды, если бы палуба не была заполнена крылом к крылу горящими самолетами с грузом взрывающихся торпед. «Вся ангарная зона, — писал Футида, — превратилась в пылающий ад, и огонь подбирался все ближе к мостику». В 10.46 Нагумо, виновника одного из самых неудачных решений в истории войн, с трудом уговорили перенести свой флаг на легкий крейсер «Нагара». А на горящем авианосце «Акаги» безостановочно работали ручные помпы, и моряки пытались спасти и корабль, и себя: