Виталий Калгин - Виктор Цой. Последний герой современного мифа

10 сентября группа «КИНО» возвращается в Москву.

Четыре концерта (именно столько группа дала выступлений) «КИНО» за рубежом – очень мало. Да и прошли эти выступления в довольно непримечательной обстановке. Пожалуй, только копенгагенским концертом сами «киношники» остались довольны: была проведена грамотная рекламная работа. Статьи в прессе, интервью на радио, съемки на датском ТВ (представляете, прилетают ребята в Данию, едут на фирменном такси и в радиоприемнике слышат свой хит «Спокойная ночь»).

По возвращении из Италии «КИНО» отправляется с концертами в Калининград, отыгрывает там во Дворце спорта 16–17 сентября, после чего 21-22-го числа выступает в Харькове, где их показывают по местному ТВ.

Сохранилось несколько воспоминаний о том концерте.

Виктор Цой. Фото из архива Наталии Разлоговой

В Харьков Цой приезжал в 1989-м. На стадион «Металлист» было тяжело попасть, а когда фаны начали размахивать зажигалками и поджигать плакаты, тогда – еще советские – милиционеры растерялись, бегали по трибунам и просили прекратить.

Николай Ковальчук почти тридцать лет работает фотографом. На концерт рок-звезды пошел по собственной инициативе. Вспоминает, что самое сложное было уговорить Цоя на интервью и фотосессию.

Николай Ковальчук, фотограф:

Мы пытались выйти на сцену, но близко к ней нас не подпускали. Милиция руки выкручивала, но в конце концов нам как-то удавалось проскакивать…

Александр Девяткин, программист:

Был очень плохой звук, и на сцене вообще не было мониторов, и Цой там после каждой песни: «Ребята, ну сделайте что-нибудь, ну играть же невозможно. Дайте мониторы, ну хоть что-нибудь сделайте». Но ему так до конца концерта ничего и не сделали, то есть они вглухую и вслепую играли [468].

Из воспоминаний очевидцев:

Разок мы обидно лопухнулись, отправившись на «новое кино с В. Цоем!», в котором «В. Цой» оказался Вячеславом и ничего общего с нашим кумиром не имел. Страшные, совершенно незаслуженные проклятия в адрес подлых прокатчиков, киномехаников и самого Вячеслава прекратились, только когда мы узнали, что к нам едет настоящий Виктор Цой и группа «КИНО». А увидеть его вживую – это как посмотреть фильм «Игла» сто пятьсот раз. К встрече с кумиром в Харькове каждый фанат подготовился, как мог. Кто-то пришел с плакатом, кто-то с зажигалкой, кто-то крепко выпил. Подруга-единомышленница пришла с семилетним племянником, чтобы с детства привить ему наиболее правильные культурные ценности. Я пришла с гвоздичками, чтобы Витю порадовать. Давка на стадионе «Металлист» была такая, что племянника надо было спасать, обороняясь гвоздичками, отчего последние приобрели вид донельзя задорный. Увидеть и порадовать Витю хотелось как можно скорее, поэтому было принято решение безотлагательно отправиться в «комментаторскую», где гвозди программы традиционно дожидались, пока отработает разогрев. План с треском провалился, потому что Витя закрылся в своей кабинке и на внешние раздражители совершенно не реагировал. Оставался план «бэ», совпадавший с милиционерскими рекомендациями: «Шли бы вы, девочки, во время концерта цветочки свои дарить». Желающих вручить Цою цветы была тьма, которую милиция порционно впускала после каждой песни. Девочки без цветов за ограждения не допускались. Из девочек, желавших купить у меня цветочек, выстроилась большая очередь, так как даже после обороны подружкиного племянника у меня был довольно объемный пучочек гвоздичек. Мне предлагались страшно большие деньги: и трешка, и даже пятерка (на трешку можно было сходить на фильм «Игла» от 6 до 15 раз в зависимости от времени сеанса). Моя фанатская солидарность на неподготовленных девочек без гвоздик не распространилась. За что, признаюсь, сейчас мне весьма стыдно. Деньги были отвергнуты, и, дождавшись своей очереди, я помчалась к сцене. Увидеть ЕГО вблизи. Вблизи оказался кто-то, кто был совершенно не из кинофильмов «АССА» и «Игла». Вблизи был человек, которому было все равно. Я тогда не понимала, что это называется «устал». Я растерялась. Милиционеры поторапливали с исполнением ритуала вручения цветочков, а я растерялась. Трагичнее всего было для меня то, что этот человек – кумир всей моей жизни – обвел глаза серо-синенькими тенями. Мама моя делала так каждое утро. Избавившись от цветов (по назначению), я бесцеремонно вытерла эти неуместные мамины тени с глаз Виктора Цоя. Нет! Такой Цой мне нужен. Такой никакой. Я ушла к «комментаторской» и смотрела на море людей и на одного человека, которого я видела вблизи. На человека, с которым страна играла в игру «кому его сколько достанется», на котором кто-то заработал много-много трешек и даже пятерок, которому так хотелось отдохнуть, что на его афише с августа 90-го значится бессменное синематографическое «The end»… [469]

17 октября 1989 года Виктор Цой вновь заполняет анкету-заявление на выезд в США Планируются поездка к Джоанне Стингрей и представление фильма «Игла» на фестивале в Парк-Сити.

27–29 октября 1989 года проходят концерты «КИНО» в Москве, в УДС «Крылья Советов», где с принимающей стороны был Юрий Айзеншпис.

После ноябрьских концертов в Нижнем Тагиле (14 ноября) «КИНО» 26–28 ноября выступает в Ленинграде, в СКК, после чего группа летит в Красноярск, где с то 4 декабря дает аншлаговые концерты в ДС «Енисей».

Популярность «КИНО» с каждым днем росла, и к концу 1989 года группа, устав от проблем, связанных с организацией концертов (Белишкин просто не справлялся, поскольку группа поднялась на уровень, который был на порядок выше его возможностей), решила сменить питерского менеджера на «более профессионального» – столичного.

Юрий Каспарян:

Показательно то, что мне запомнилось, как Юра появился. Это было в Красноярске, прибыли туда с Белишкиным, стоим, значит, в гостинице. Номеров нет, в ресторане мест нет. И вдруг фейерверк – появляется Юрий Шмильевич, сразу нам номера, покушать хотите – пожалуйста. Он сразу все решил, на ходу… А нам-то что нужно, музыкантам? Не иметь бытовых проблем. И мы стали работать с ним. С Юрой было хорошо – питание, жилье… А с Белишкиным было плохо. Уровень был, конечно, пониже. Тоже все относительно, конечно… [470]

Георгий Гурьянов:

Юра Айзеншпис организовывал роскошные гастроли, у него была безупречная организаторская работа. Витя его очень любил. Кто был лучше – Белишкин или Айзеншпис? Конечно Юра. Продюсер Белишкин – это вообще юродивый, и слова ему сегодня никто не давал… А он там организовывает памятные акции. Он некромант точно. Некрофил. А Юра Айзеншпис был великолепный администратор и директор, продюсер для работы совершенно иного уровня [471].