Алексей Сергиенко - Чистка

Юрий скептически хмыкнул и залпом выпил очередную порцию ледяной водки «Tovarishch» из запотевшего shkalikа. Стюарды обеспечивали его бесконечной чередой этих крохотных традиционно русских рюмок весь вечер, заставляя меня думать, что у босса есть какое-то специально встроенное устройство для очистки организма от алкогольных токсинов. В том числе и потому, что Юрий не выказывал никаких признаков опьянения, кроме, разве что, постоянно растущего раздражения.

Алик, казалось, обладал такой же природной стойкостью к алкоголю. Ну, или таким же устройством. Он сидел, покачиваясь на стуле, и держал в руках уже третий стакан бурбона. Его веки были прикрыты, но это не обмануло меня — он внимательно следил за противостоянием.

Кандара, напротив, сидела во время рассказа с прямой спиной, словно лом проглотила, впитывая и пропуская через себя каждое сказанное Юрием слово.

— Я понятия не имела, что Загрея — это «чёрный» проект спецслужб, — произнесла она.

— Была чёрным проектом при старте, — ворчливо поправил её Альстер. — Астероид Конестога обнародовал факт существования исправительной колонии на Загрее три года спустя. Как и следовало по первоначальному плану организаторов. А поскольку Конестога является независимым государством, имеющим международное признание, то она не может нести ответственность за случившееся, так как это не противоречит законам Конестоги.

— Международно признанное государство Конестога! — язвительно прокричал Каллум. — Ебать его в сраку! Звучит так, будто это не кусок обледенелого дерьма за орбитой Юпитера, где в экстренном порядке смонтировали общежитие, в которое прописались пятьдесят корпоративных юристов, чисто чтоб обойти закон о минимально возможной численности поселения. Знаете, как это выглядит на самом деле? — На этих словах он внимательно обвёл взглядом присутствующих. — Что Корпорации срать на ваше мнение с высокой колокольни. Они даже не стали утруждать себя минимальным соблюдением норм закона, слепив никчёмную отговорку.

— И это сработало! — расплылся в улыбке Юрий. — А знаешь почему? Потому что Конестога предложила правительствам Солнечной системы то, в чём они остро нуждались. Место для изгнания нежелательных людей.

Единственной поправкой, которую пришлось внести, было улучшение комплектации «пакета для выживания» — набор вещей, который выбрасывают вместе с заключёнными. И вуаля — Загрея стала популярна словно какой-то курорт. Сейчас места на высылку расписаны на полгода вперёд. Да, выживать на Загрее непросто. Но это лучше, чем гнить годами в камере или колонии. Не говоря уже о могиле.

Спутники наблюдения показывают, что их цивилизация расширяется. Теперь они даже выходят за пределы каньона, создавая герметичные купола на поверхности. Мы научили этих ублюдков созидательному труду.

— Урежьте свой слащавый оптимизм, Юрий, — вздохнул Каллум. — Вы видите купола на поверхности, но спутники не расскажут вам о том, сколько человек погибло при их строительстве.

— Ой, — продолжал язвить Альстер, — но вас это тоже не волнует, на самом-то деле. Волновало бы — вы б уступили им один из своих, более пригодных для терраформирования миров. Или вообще пустили бы их к себе в утопию? Почему-то вы этого не сделали. Вам тоже эта «соль земли» даром не нужна, верно?

— Загрея вовсе не решила ваши социальные проблемы, — сказал Кэл, вставая. — Она их усугубила. Лучшее средство против экстремизма — это образование и повышение уровня жизни. А вы вместо борьбы с причиной предпочитаете избавляться от последствий социального расслоения, пряча их на Загрее. Да, у нас, в Утопии, тоже есть люди, противопоставляющие себя обществу, и даже мы вынуждены ограждать от них остальное население. Но мы не лишаем их заботы и поддержки. Они часть нашего общества, и мы надеемся, что они смогут, рано или поздно, жить в нём без наложенных для общественной безопасности ограничений. Это всего лишь небольшая победа, но мы ей гордимся. А сейчас, — он обвёл взглядом салон «Первопроходца», — позвольте мне откланяться. Не знаю, как в ваших часовых поясах, но по моим часам давно за полночь.

— На самом деле нашим судьям не нужно выписывать много ордеров на изгнание — как правило, достаточно поставить человека в очередь, чтоб его поведение волшебным образом изменилось, — произнёс Юрий, как только Каллум закрыл за собой дверь.

Луи улыбнулся и кивнул, убедившись, что его одобрение видит начальник.

— Вы гордитесь своей подлостью, — сказал (сказала?) Элдлунд, направившись вслед за Каллумом в задний отсек.

Мне даже стало немного интересно, как он (она, оно) уместится в спальник. Все они стандартного размера — небольшой косяк с нашей стороны. Длинновязому сверх всякой меры омни они примерно до коленей. Так что ему придётся высунуть свои голые ступни в проход, где все спросонья будут о них спотыкаться, вынуждая омни вновь и вновь возмущаться человеческой подлостью.

— Вы как хотите, а я тоже пасс, — вздохнула Кандара и, не стесняясь, зевнула, как огромная кошка. — Нам завтра рано вставать.

— Дело говоришь, — со вздохом признал Юрий. — А ведь так хорошо сидели…

Вслед за Кандарой к спальникам потянулись и все остальные. Перед тем, как присоединиться к большинству, я отдал приказ Санджи соединить меня с водителем. Би Джейн заверила меня, что водители не скучали, пока мы хорошо проводили время, и что наш «Первопроходец» проделал уже третью часть пути к инопланетному кораблю.

Убедившись, что всё хорошо, я залез в спальник и тут же провалился в глубокий сон.

* * *

Утром, когда я, шатаясь и позёвывая, выбрался из спальника и вышел в салон, там уже сидели занятые завтраком Луи, Элдлунд и Джессика. Мне показалось, что они успешно преодолели пропасть идеологической вражды между нашими командами — по крайней мере, я не заметил в их весёлом утреннем щебете какой-то враждебности.

Вслед за мной в салон вошёл Алик, его волосы были всё ещё влажными после душа.

— Могли бы и выделить место для пары спортивных тренажёров, — возмущённо пожаловался он.

— Наше упущение, — смиренно согласился я. — Учтём и постараемся исправить когда-нибудь в будущем.

Алик довольно заржал, после чего заказал кофе и тост у стюарда.

— Забавный вчера вышел срач между боссами, не находишь? Я чувствовал себя словно оказался возле ринга на боях без правил. Да и сама история, даже если забыть про подачу, довольно интересная. Прямо-таки срыв покровов.

— История, правда, совсем не новая, — вздохнул я. — Всё, что тут выплеснули наружу, было известно в той или иной форме. Так что боссы во время схватки разве что пару деталей уточнили. Хотя пух и перья летели знатно.