Александр Андреев - Главное - воля!

— Ещё бы. Но, насколько я разобралась, это ведь не обязательно?

— Вы правы. Необязательно. Просто сильные пружины и нет времени отлаживать каждую мелочь.

Семь выстрелов — серия. "Новый стандартный" калибр револьвера обеспечивал барабану меньший диаметр, чем у сорокачетырехкалиберного, 10,67-мм (а если мерить по пуле, так и вообще 11), "Смит & Вессона", вмещая при этом больше патронов. Поскольку на ствол была одета трубка интегрированного глушителя, выбрасыватель пришлось переделать. После этого внешне "Наган" стал совсем похож на "Миротворца" — отличия заключались только в дизайне рукояти, имевшей совсем другие очертания… И — внешне — все! В мастерских АУЦ, кстати, как раз доделывали несколько образцов "Нагана" калибра 4,2 линии — который от "Миротворца" внешне вообще практически не отличался. Дурацкая идея, конечно… Но Сергей Юрьевич, отец Елены Зелениной, в детстве был без ума от "Великолепной семерки". И сумел — отчасти — заразить этим восторгом и дочь.

Пока тезки, выбивая по одной гильзе за раз, перезаряжали револьверы, дежурившая по тиру девчонка в сером с белым лацканом кителе мариинского училища фрейлинской службы сбегала сменить мишени. Её Величество уложила в девятку шесть из семи пуль. У её статс-дамы дела пока шли похуже — Александра Михайловна не поднималась выше шестерки. Впрочем, учитывая, что стрельбой она занималась меньше пяти недель, результат был впечатляющий.

— А…

— Вы что-то хотели спросить, дорогая?

— Да, Ваше Величе… Извините. Миледи. Почему "Наганы"? Ведь они же неудобные! А "Смит-Вессоны" можно вообще одной рукой разрядить. Да вы же сами это и показывали. А эти пружины ведь можно и на них установить. Ведь можно?

— Пружины? Можно, конечно. А глушители?

— А разве нельзя?

— О, дорогая!.. — императрица сочувственно покачала головой и защелкнула дверцу барабана. — Самое главное, наши генералы хотят иметь стандартное оборудование для нарезки стволов, поэтому калибр стрелкового оружия, то есть винтовок, и личного оружия должен совпадать. А поскольку любой револьвер обычной конструкции при использовании патрона калибра 7,62 будет слишком слабым… Вот, посмотрите сюда. Зазор между рамкой и передним срезом барабана видите? Здесь, в "Нагане", он значения не имеет, поскольку сам барабан имеет механизм, продвигающий его вперед. В результате устье гильзы, целиком закрывающее пулю, вдвигается в ствол и полностью перекрывает зазор. Увидели? У обычных же револьверов, такого устройства не имеющих, на прорыве пороховых газов между стволом и барабаном теряется до трети полезной энергии выстрела! Поэтому, кстати, на них нельзя и глушители устанавливать. Ведь звук выстрела создается именно расширением пороховых газов! А если исключить ту треть энергии, что тратилась на бесполезный шум… Понятно, почему в "Нагане" при меньшем импульсе отдачи и приложенной мощности эффективность сравнима с гораздо более крупными калибрами?

Александра Михайловна кивнула, озадаченно разглядывая револьвер. Казалось бы, примитивнейшая железка, смотреть не на что. А на самом деле — жутко хитрая штука, потребовавшая от конструкторов уйму воображения.

— А если взять пистолеты? Те же "Борхарды"? На них нельзя установить пружину?

Пресловутая двуперая V-образная боевая пружина, запатентованная фирмой "Братья Наган", была действительно очень ценной идеей. Ведь обычно при стрельбе из пистолета или револьвера, в тот момент, когда курок срывается с шептала, сосредоточенные на спусковом крючке килограммы усиления боевой пружины — а на моделях военного образца там сосредоточены именно килограммы: усилие спуска "самовзводом" составляет от двух до трех кг! Что считается СОВЕРШЕННО необходимым для предотвращения случайного выстрела — мгновенно пропадают и спуск "проваливается". В результате равновесие оружия резко исчезает, и пистолет или револьвер "клюет" — поскольку остальные-то пальцы руки, удерживающей оружие, продолжаютна него давить, компенсируя вес, ранее сосредоточенный на указательном пальце. Поскольку "сдергивание" оружия в сторону на миллиметр оборачивается на дистанции в 25 метров "сдергиванием" пули сантиметров на 20 — промах, вполне способный оказаться последним в жизни… по крайней мере, в ВАШЕЙ жизни — несколько поколений стрелков старались это явление как-то компенсировать. И у них получилось! Был выработан особый хват оружия, при котором оно не "клевало" при выстреле. Для того, чтобы этот хват выработать, превратив его в безусловный рефлекс, требовались сотни часов упражнений. С "наганом", или, по крайней мере, его пружиной, ничего этого было уже не нужно: при правильном прицеле промахнуться из него можно только случайно! Это Ее Величество объяснила еще днем, выкроив полчаса из своего крайне плотного расписания на вручение училищу партии закупленных в Бельгии револьверов.

Помимо пружины, глушителя и "стандартного" калибра, у "Нагана" было и ещё одно достоинство. Устаревшую на целое поколение схему извлечения стреляных гильз можно было счесть и преимуществом. С определенной точки зрения.

Гильза патрона, предназначенного для использования в револьверах должна иметь рант, он же — фланец, шляпка и закраина. Рант препятствует тому, чтобы патрон, вставленный в барабан, проскочил его насквозь и вылетел с другой стороны. И за рант зацепляется звездочка экстрактора — хоть автоматического у "Смит & Вессона" или английских "Веблей", хоть ручного у "Рыси"… и всех револьверов ХХ века.

Пистолетный патрон, фланца, как правило, не имеющий — исключения ОЧЕНЬ немногочисленны — в барабане не фиксируется и выбрасыватель за него не зац е пится. Конечно, это можно… преодолеть. И Елка даже знала, как. Но считала это знание преждевременным. Поскольку сочетание схемы "Нагана" с бутылочной гильзой патрона 7,62х25 мм — впервые появился как 7,65 мм Борхард, стал известен как 7,63 Маузер, громкую славу приобрел как 7,62 ТТ — позволяло решить проблему быстро и просто. Бутылочной формы камора легко фиксирует бутылочной формы патрон, а одиночная экстракция с помощью стержня-выбрасывателя позволяет легко выбивать из камор барабана не имеющие фланца пистолетные гильзы. И при этом можно ещё здорово упростить конструкцию револьвера — исключив механизмы надвигания барабана на ствол и подвижного казенника. Попроще, подешевле, погрубее. В результате — единый калибр и единый, и при том в высшей степени эффективный патрон.

— В пистолетах это… сложнее. Ну, на счет "раз"…

Знакомство Александры Федоровны и Александры Михайловны началось со списка военных инженеров, направленных в Царское Село Инженерной Академией. Для них проект АУЦ был, в общем-то, вторичен. Хотя тоже имел значение. Главным было участие молодых "незашоренных" умов в работе той группы молодых-талантливых, что Императрица предназначала на роль личного генштаба. Тем более что сам ГенШтаб, созданный при Милютине в качестве ещё одного стола Военного Министерства, так и не смог выбраться из навязанной ему роли — никакого Большого Генерального Штаба в России не было. А было Главное Управление Генерального Штаба — один из отделов Главного Штаба… Который и управлял всеми армейскими механизмами. И преподаватели и выпускники Академии, давным-давно попав под мертвящее воздействие обскурантизма, рутины и "плац-парадного" мышления, были не в состоянии родить ни одной свежей идеи даже под страхом немедленного расстрела всех сверху донизу. Отдельные исключения только подтверждали правило.