Георгий Юленков - Белые перья шпиона

— Вот, прошу любить и жаловать. Звания у наших гостей — язык сломаешь, поэтому, буду назвать их европейские аналоги. Итак, знакомьтесь. Старшим по званию в абиссинской делегации является подполковник Бабичев. Он прилетел сюда в Каламату за штурвалом летающей лодки. Сейчас Михаил Иванович временный командующий ВВС Абиссинии.

Мортано в душе присвистнул. Внешне тот эфиопский пилот с русским именем и фамилией, больше походил на араба, чем на русского, хотя отвечал по-французски довольно бойко. И как потом рассказывал Майор Гауриос, по-русски он шпарил не хуже…

— Как видите, перед вами потомок русского офицера и абиссинской аристократки. Человек компанейский и очень смелый.

— Да, неужели?!

— Представьте себе, его связные самолеты летали в Абиссинии до самого конца организованного сопротивления абиссинских армий, и ни разу не были сбиты врагом. А сам подполковник в последний момент эвакуировал монарха во французские колонии.

— Не перехвалите, мсье майор. Благодарю вас…

— Кстати, мсье подполковник, а как вас отпустил со службы ваш король?

— Мы в Женеве получили известия о том, что на Устике держат в плену князя Имру и еще несколько наших офицеров. Король Селласие очень уважает генерала, поэтому, сразу же вызвал нас, и попросил оказать любую посильную помощь в освобождении князя и наших людей. Такой человек как раса Имру очень бы пригодился в дальнейшей борьбе с нашим общим врагом. И вот поэтому с согласия моего короля, и надеюсь, с вашего разрешения, я бы очень хотел принять участие в этом достойном деле. Те, кто борется против палачей Муссолини, вызывают у меня восхищение, и желание помочь. Думаю, еще один гидросамолет не будет лишним?

— Браво! Вот это по-нашему. Из командующих ВВС, и прямо в простые добровольцы!

— Господа, шутки потом, продолжим наше знакомство. Второй наш гость Майор Умвата.

— Знакомится рад… мсье.

— Мы также рады знакомству майор.

— Будьте как дома. Кофе хотите?

— После… Э-э… удовольствие…

— Может быть, расскажете о войне у вас на родине?

— Сфините, не очень… сказать франка…

— Господа помилосердствуйте, мсье Умвата, только с дороги, к тому же французский и греческий не слишком удобны для майора. Ну, а немецкий и итальянский здесь не все поймут. Если передать вкратце его опыт, о котором я его уже расспросил, то картина выйдет такая. В 20-х майор служил несколько лет в итальянских колониальных войсках, затем командовал взводом в абиссинской гвардии называемой Кебур Забанга. В декабре 35-го во время итальянского вторжения служил офицером связи, и участвовал в наступлении на Асуму. Лично знаком с князем Имру и некоторыми офицерами его штаба. После этого майора Умвату перевели в другую армию, и он воевал под командованием маршала Мулугеты под Амба-Арадом, где был ранен и эвакуирован во Французское Сомали. Это спасло его от смерти, когда через три дня после его ранения, фашисты применили ядовитые газы против армии маршала Мулугеты. Тогда погибли десятки тысяч…

— Стыдно мне… я жить… а раса Мулугета и солдата…

— Перестаньте майор, вы сражались честно! И не ваша вина, что они погибли, а вас ранило чуть раньше!

— Муссолини мерзавец!!! Применение газов — это подлое нарушение Конвенций!

— Да господа, фашисты хуже зверей. Но сейчас нам не до проклятий. Давайте продолжим знакомиться с нашими гостями, ведь скоро нам всем идти в бой с фашистами. Будем учиться взаимодействию, чтобы было легче воевать и понимать друг друга… Итак, представляю вам. Лейтенант Кимана, из первого выпуска военной школы в Холете, рядовой член союза "Черные Львы"…

Последние дни, все жили в напряжении. Майор Гауриос часто ездил в штаб гидроавиабазы. Что-то там с подготовкой операции не клеилось. Но вот, наконец, Мортано услышал команду всем прибыть на пирс, занять места на катере, и ждать посадки в бухту русской летающей лодки. Луиджи уже почти привык к дисциплине. В Чикаго и Милуоки его сержантские лычки значили немного, но там и спрос с него был невелик. Там он был скорее инструктором по парашютному спуску, и воспитателем юношей, которых присылали в "Лигу Юных Командос" со всей округи. А вот здесь он действительно почувствовал себя на армейской службе. И не сказать, чтобы ему совсем не нравилось это чувство…

Первое, что Павла увидела меж стреляющими болью веками, была спина огромного дядьки одетого я явно казачью форму. Лампасы, шашка на боку. Сбоку раздался насмешливый голос…

— О!! Очнулся, краснозадый?! Глянь Семен, какой нам живучий попался?

— Ничё, это не надолго.

— Беззубцев что там со связью?

— Помехи, ваш бродь. Следующий сеанс через три часа будет. Ждать остается…

"Неужели снова Монголия?! Как же я так? А Америка и Европа как же. Неужели все мне приснилось?".

— Чего ты там себе под нос бормочешь комуняка! Какая тебе тут Монголия?!

— С четниками свяжись, пусть у нас этих под конвой примут.

— Душан! Душан! Я Хвист… Душан…

Голова у Павлы болела, мысли перескакивали с одного на другое. В смысл происходящего вокруг вникать категорически не получалось…

— Господин хорунжий, четники тоже не слышат меня.

— Ладно, подождем. Пока новых команд не было, можно и здесь схорониться.

— Верно ваш бродь. Може еще какие краснюки тут мимо нашей лежки поскачут.

— А с этим, что делать? Кончить или ждем?

— Да шлепнуть его, нам такой дохлый язык без надобности. Тащи его еще мимо их бандитских постов.

— Погоди, Павло. Это офицер ихний, пусть пока немного подуркует в припадошного играя. У генерала Панвитца и не такие на допросах пели…

— Ваш бродь, радио!

— Что там Сенчук?!

— Их благородие господин майор, приказывают нам отсюда ночью уходить. Если не сможем этих с собой забрать, то всех кончать разрешается. Там вроде еще одних поймали. Так что будет кого Панвицу на допрос послать…

— Добре. А теперь вражин послушай. Может чего нужное узнаем…

"Значит, генерал Панвиц, казачки и четники. И что-то еще услышала но упустила… Выходит, все же где-то в Югославии мы. Но как я сюда попала! Черт побери, как!!! Мать же в детсад, ничего ведь не помню…".

— Пан, майор, как вы?

"Какой нахрен, майор?!! Капитан мое последнее звание. Да что же такое прах меня побери происходит?!!".

— Ты кто? Где мы?

— Це ж я, Рузчак. Припомнили?

— Уммм… Чем меня стукнули?

— Вот тот мордатый прикладом вас огрел…

"Угу. Опять прикладом, и опять в голову. Да сколько же можно-то?!"

— Сколько нас здесь? Кто старший?

— Семеро нас из отряда осталось вместе с вами. Старший вы…

"Этого мне еще не хватало. Да что за жизнь у меня такая. Нет бы просто пристрелили, так теперь еще за бойцов которых я совсем не помню, отвечать перед своей совестью!".