Евгений Белецкий - Пик Сталина

восхождения.

Вся тактика и организация попыток восхождения на Чомолунгму были

рассчитаны на всемерное сбережение сил тех альпинистов, которые были

предназначены для штурма вершины. Руководители экспедиции переложили

всю подготовительную к штурму черновую работу на носильщиков,

завербованных среди местных горцев. Число носильщиков в экспедициях на

Чомолунгму доходило до нескольких сот человек. Они доставляли на себе к

самым верхним лагерям не только продукты и снаряжение, но и личные вещи

альпинистов. Естественно, что в таком «распределении обязанностей»

сказалось и барское отношение англичан к местным жителям. Однако, судя

90

по отчетам британских экспедиций на Чомолунгму, такая тактика

отрицательно сказалась на высотной акклиматизации членов штурмовой

группы. Носильщики и отдельные альпинисты, которые были заняты

подноской грузов и вспомогательными работами, лучше приспособились к

действиям на большой высоте и с меньшими усилиями совершали подъемы в

лагери на гребне пика.

Таким образом, почти не обладая положительным опытом, участники

первого советского высотного восхождения на Памире могли только строить

предположения о целесообразной методике обеспечения высотной аккли-

матизации. Перед ними стояла задача установить новые принципы в этом

деле. Нужно сказать, что советские альпинисты с честью справились с этой

задачей: в основу плана подготовки восхождения был положен принцип

активной акклиматизации, ставший впоследствии основным для всех

советских высотных восхождений. Было решено, что все альпинисты отряда

№ 29 заблаговременно приступят к усиленной физической тренировке, а во

время подготовки к штурму пика Сталина будут принимать непосредственное

участие во всех переносках грузов. Носильщики должны были привлекаться

к работе отряда лишь в самом ограниченном числе и то только для того,

чтобы ускорить транспортировку грузов и поднять возможно выше тяжелую

автоматическую метеостанцию.

В мастерских ОПТЭ началось изготовление специального снаряжения

для экспедиции. Организаторы восхождения учитывали, что даже в июле —

августе температура на больших высотах пика Сталина будет по ночам и в

непогоду достигать 20-30° мороза. Нужно было рассчитывать также и на

возможность метелей и сильных ветров. От стужи и снежных бурь

высокогорья альпинистов должны были защитить личная одежда и бивуачное

снаряжение. Все это должно было быть возможно более легким.

Из плотной и легкой материи шились штормовые костюмы. Меховые

спальные мешки, применяемые в полярных путешествиях, для альпинистов

были непригодны: слишком тяжелы. Поэтому спальные мешки изготовляли

91

из шелковой материи с прокладкой толстого слоя гагачьего и гусиного пуха.

Низкие экспедиционные палатки нельзя было назвать комфортабельными;

когда палатка была установлена, в нее можно было забраться только ползком,

но она весила всего 3-4 кг и могла укрыть трех альпинистов от ветра и

ночной стужи. Особое внимание было уделено специальному

альпинистскому инвентарю — веревкам, ледорубам, кошкам. Чтобы облег-

чить продвижение по трудным скалам, были заготовлены в большом

количестве железные крюки, которые забивают по мере подъема в трещины

скал, и специальные веревочные лестницы.

Все снаряжение было рассортировано и упакована в вьючные сумы и

ящики, которые были к маю 1933 г. доставлены в г. Ош, где находилась база

Таджикско-Памирской экспедиции, назначенная сборным пунктом для

членов отряда № 29.

Восхождение на пик Сталина предполагалось совершить по наиболее

разведанному к тому времени пути: из верховьев ледника Бивачного по

восточному ребру массива. Из опорного лагеря, который намечалось располо-

жить у подножия пика, альпинисты должны были разведать путь по скалам

восточного ребра вершины и обеспечить проходимость этих скал для

штурмовой группы. Путь этот, как показали разведки предыдущих

экспедиций, позволял выйти на снежные поля и склоны, примыкавшие к

высшей точке пика. По пути к вершине предполагалось разбить несколько

промежуточных лагерей.

Подъем к вершине от лагеря у ее подножия должен был занять, по

первоначальным предположениям, не менее 4-5 дней.

***

Ядро отряда № 29 должны были составить лучшие альпинисты

Московской горной секции во главе с ее председателем А. Гермогеновым.

Однако А. Гермогенову не суждено было принять участие в штурме

высочайшей вершины страны: он умер зимою 1932/33 г. во время

тренировочного восхождения на западную вершину Эльбруса. В отряде его

92

заменил новый председатель секции Н.А. Николаев. Молодой альпинист и

энергичный организатор, он с увлечением взялся за подготовку к вос-

хождению и работу с основным составом альпинистской группы.

Особые надежды организаторы экспедиции возлагали та молодого

горовосходителя, студента Московского художественного училища,

скульптора Евгения Михайловича Абалакова. Во время первых же своих

спортивных восхождений он показал себя незаурядным альпинистом, с

одинаковым успехом преодолевающим трудности передвижения как по

сложным скальным, так и по ледяным склонам. Братья Е.М. и В.М.

Абалаковы впервые попали в горы Кавказа в 1931 г. В течение двух летних

спортивных сезонов (1931 и 1932 гг.) они совершили два выдающихся

восхождения: подъем по северному гребню на одну из труднейших вершин

Кавказа — Дых-тау (третий участник восхождения В.П. Чередова) и траверс

части знаменитой Безингийской стены, замыкающей цирк одноименного,

величайшего на Кавказе ледника (третий участник — А. Гермогенов).

Таким образом, уже в первые годы существования советского

альпинизма Е.М. Абалакову удалось совершить восхождения, относящиеся и

до настоящего времени к разряду труднейших. Немногословный и спокой-

ный, он соединял в себе лучшие черты, выдвинувшие его в первые ряды

наших альпинистов, в число создателей советской тактики горовосхождения.

Он прекрасно ориентировался на самых сложных маршрутах и умел из всех

возможных путей выбрать самый лучший и самый безопасный.

Осторожность и здравый расчет сочетались у Е.М. Абалакова с

исключительной настойчивостью в достижении цели.

Старшим по возрасту среди альпинистов был Д.И. Гущин,

электромонтер по специальности, способный горовосходитель и лыжник. Он

к тому времени имел уже опыт лыжных переходов через перевалы Кавказа в

суровых зимних условиях. Д.И. Гущин любил спорт и отличался большим