Джеральд Марзорати - Блистательная Серена

До Клейстерс только две женщины, выступавшие в Открытую эру, выигрывали Шлемы после рождения ребенка. Восхитительная австралийская теннисистка Ивонн Гулагонг завоевала два титула: на Открытом чемпионате Австралии 1977 года, через семь месяцев после появления на свет дочери Келли, и в 1980 году на Уимблдоне. Маргарет Корт тоже, уже будучи матерью, взяла три Больших шлема. И все: всего три матери смогли одержать победу в финалах Открытых турниров.

Сможет ли Уильямс, вернувшаяся в игру в 2018 году, стать четвертой? Сможет ли она, будучи матерью, завоевать Шлем? Это будет непросто.

Корт и Гулагонг, как и Клейстерс, познали радость материнства, когда им не было еще и 30. Уильямс намного старше: ей уже далеко за 30, и она самая возрастная теннисистка, снова взявшая в руки ракетку.

Любое испытание, настоящее испытание, сопряжено с риском и опасностью. «Поняв, что беременна, я испугалась: боже мой, как же я буду играть?» – такой была первая мысль Уильямс, когда она узнала о ребенке. Эти слова она произнесла на камеру незадолго до начала пятисерийного документального фильма Being Serena («Быть Сереной»), снятого телеканалом HBO . Эгоистичный, но в то же время довольно откровенный, а временами и весьма трогательный сериал, был задуман самой Уильямс, а спродюсирован совместно с HBO одним из подразделений агентства талантов IMG , входящим в компанию William Morris Endeavor , где пост исполнительного директора занимает Джилл Смоллер, агент Серены Уильямс. Создатели фильма Being Serena приступили к работе почти сразу после того, как в 2017 году стало известно о беременности, а премьера состоялась весной 2018 года, когда Серена вернулась на корт. « Как же я буду играть? » Если бы вы прочли достаточно много мемуаров спортсменов, которые на закате карьеры терзаются сомнениями: а стоит ли продолжать (самой волнующей историей, посвященной этой стороне спорта, можно назвать книгу The Game Кена Драйдена, бывшего вратаря хоккейного клуба Montreal Canadiens ), если бы пообщались с бывшими звездами тенниса и если бы лучше знали Серену Уильямс, то, без сомнения, услышали бы в этих сказанных с грустью словах вот что: смогу ли я в 36 лет после перерыва на рождение ребенка снова восстановить форму 8? И еще вот это: смогу ли я после рождения ребенка и когда буду готова, уделять достаточно времени тренировкам, чтобы снова выигрывать турниры? И это: смогу ли я, имея на руках ребенка, выдержать соревновательный накал, даже если ограничиться Большими шлемами и парочкой других туров? И такое: смогу ли я завоевать еще один или два титула? А если не смогу, не смогу играть на высшем уровне, на чемпионском уровне – на моем уровне, – то как это пережить? И наконец это: если я не смогу нормально тренироваться, не смогу играть с дочкой на руках, или восстановить былую силу, или выиграть Шлем, или смириться с тем, что кто-то другой лучше меня, то что тогда мне делать?

Одним словом, то, о чем Уильямс говорит так открыто и трогательно, называется «страх». Конечно, Серена Уильямс не хочет в этом признаваться.

« Как же я буду играть? » Когда я услышал эти слова, на ум мне пришли строки из романа Джоан Дидион Play It as It Lays 9: «Происходило что-то настоящее, и это была ее жизнь. Если бы она этого не забывала, то могла бы сыграть хорошо, сделать все правильно, что бы это ни значило».

Тогда, в мае 2018 года, когда фильм Being Serena был запущен в эфир, не совсем было понятно, как сыграет Уильямс. Однако было вполне очевидно, что многие фанаты, да и те, кто никогда теннисом особо не увлекался, с нетерпением ждали, какой путь она изберет. Когда страх подкрадывается к тому, кого считают воплощением гладиаторской самоотверженности, он подталкивает вперед. Как и звездное материнство. Фанатов, как много лет назад выяснил журнал People , а позже доказал и приумножил Instagram , лихорадит от свадьбы, развода или беременности их кумира. Весной 2018 года, когда Уильямс вернулась в теннис и заговорила о материнстве в документальном фильме HBO , ее захлестнула новая волна внимания, преданного и безудержного.

Беременность, продлившаяся всю весну и лето 2017 года, омрачалась только изжогой. Серена выполняла дыхательные упражнения и готовилась к родам под присмотром специалистов. Все происходило на глазах общественности. Вот она, здоровая и беременная, почти полностью обнаженная появилась на обложке августовского номера журнала Vanity Fair за 2017 год. Вскоре стало известно, что она забронировала целый этаж в медицинском центре Святой Марии в Уэст-Палм-Бич, штат Флорида, где 1 сентября путем стимуляции родов должна была появиться на свет дочь Серены Уильямс 10.

Но потом все, что только могло пойти не так, пошло не так. Уильямс рожала почти 14 часов 11. Во время схваток сердцебиение ребенка стало учащаться. Врачи решили провести экстренное кесарево сечение. Серене пришлось отказаться от антикоагулянтов, которые она принимала после перенесенной в 2011 году тромбоэмболии. На следующий день после операции теннисистке стало сложно дышать. Испугавшись, что в легких опять образуются кровяные сгустки, она поделилась своими переживаниями с врачами, но, по ее собственному признанию, ей никто не поверил. И это документально подтвержденный факт из жизни многих рожавших женщин, особенно темнокожих. (Афроамериканки умирают во время родов в Америке в три-четыре раза чаще, чем белые.) В конце концов медики согласились провести компьютерную томографию, которая доказала правоту Уильямс: по направлению к легким двигались тромбы. Ей тут же поставили капельницу с противокоагулирующим препаратом. Антикоагулянты помогли легким, но стали причиной кровоизлияния в месте разреза. Серене пришлось перенести еще три послеродовые операции, прежде чем ее выписали из больницы, после чего она еще несколько дней восстанавливалась дома, не вставая с постели.

В ноябре 2017 года Серена и Алексис Оганян поженились. Торжество состоялось в Центре современных искусств в Новом Орлеане. Свадьба прошла по мотивам мультфильма «Красавица и чудовище» – почему, никто объяснять не стал 12. Платье невесты сшила сама Сара Бёртон для Alexander McQueen . (Та самая Бёртон, у которой заказывала платье Кейт Миддлтон, когда выходила замуж за принца Уильяма и становилась герцогиней Кембриджской, что, возможно, сыграло для Уильямс решающую роль при выборе дизайнера.) На диванах сидели гости, в том числе Ким Кардашьян, Ева Лонгория, Бейонсе и Jay-Z. Это был шоу-бизнес. А уже через месяц после рождения Олимпии Серена сыграла свой первый матч, правда, не на официальном, а на показательном турнире в Абу-Даби. Всего за пару часов участия в помпезном тренировочном или, как еще говорят, выставочном матче такие прославленные игроки, как Уильямс, зарабатывают сотни тысяч или даже миллион долларов, а то и больше – доподлинно неизвестно. В тот раз Уильямс проиграла Алёне Остапенко из Латвии, которая полугодом ранее, несеяная и почти никому неизвестная, дошла до финала «Ролан Гаррос» (Открытого чемпионата Франции) и одержала в нем победу. Уильямс поняла, что не готова играть по-настоящему, и на Открытый чемпионат Австралии, который состоялся в следующем месяце, не поехала.