Александр Ефимов - Над полем боя

Тяжелым в тот день был разбор полетов. Командир полка детально проанализировал действия командира группы и ведомых, указал на причины, высказал свое мнение, как надо было поступать в подобной ситуации. Особое внимание он обратил на необходимость строгого выдерживания боевого порядка, дисциплины полета, четкого выполнения всех команд ведущего. Летчики молча слушали командира. Каждый чувствовал свою вину. После разбора они долго обсуждали печальный итог. Однополчане откровенно высказали свое мнение, замечания и пожелания.

Потом мы внимательно разобрали предложения опытных воздушных бойцов о взаимодействии летчика и воздушного стрелка, об огневой связи между самолетами в боевом порядке, об осмотрительности в группе, порядке открытия огня. Да, в суматохе повседневных боевых вылетов упустили мы эти вопросы в работе с молодыми экипажами.

Молодые же стрелки вообще оказались вне поля прения командиров. С ними пришлось поговорить отдельно. И опять речь шла о дисциплине, исполнительности и внешнем виде. Подтянуть отстающего или нерадивого можно не только уговорами, мерами командирского внушения, но и строгостью, повседневной требовательностью. Многие молодые летчики чувствовали себя только воздушными бойцами и в этом видели свою основную работу. А между тем у каждого из них был экипаж, подчиненные. Но летчики ими не командовали.

Однажды, например, в полку было отдано приказание - техническому составу привести в порядок обмундирование. Утром на построении я заметил, что у сержанта-механика грязная пилотка, у солдата-моториста на головном уборе нет звездочки.

- Кто ваш командир? - строго спросил я у авиационных специалистов.

- Лейтенант Курилко!

Видя это, молодой офицер заметно смутился, хотя я и не сделал ему замечания. Видимо, наши заботы о молодом пополнении все-таки принесли свои плоды. Успешно стали летать на боевые задания лейтенанты Курилко, Ключенко, Пучков. К тому времени наша молодежная эскадрилья в сравнительно короткий срок сделала около пятисот боевых вылетов. Многие молодые летчики и воздушные стрелки показали в бою примера мужества и отваги.

Постепенно я пришел к выводу, что любую работу командир может поручить своим заместителям, но заниматься обучением и воспитанием молодежи должен прежде всего сам. О силе примера командира, его методической грамотности немало слов было сказано и на партийном собрании, посвященном итогам наступательной операции и задачам коммунистов по дальнейшему укреплению боевой готовности полка.

Глава седьмая. Через Вислу

По поводу вступления советских войск на территорию Польши у нас. состоялся митинг. В коротком выступлении майор Зайцев говорил о том, что пять долгих лет на территории этого государства господствовали немецко-фашистские оккупанты. Гитлеровцы лишили страну национальной самостоятельности. В Польше был установлен фашистский режим. За годы оккупации гитлеровцы расстреляли и замучили шесть миллионов польских граждан.

Но, несмотря ни на какие зверства фашистов, польский народ вел самоотверженную борьбу против поработителей за освобождение своей страны. С приближением нашей армии эта борьба усиливалась.

Трудящиеся Польши с радостью встречали советских воинов. В городах и селах стихийно возникали митинги. Повсюду развевались советские и польские флаги. Народ ликовал, воздавая честь и славу своим освободителям. А мы, не сбавляя темпа, шли дальше на запад.

Первым нашим местом посадки на польской земле должен был стать полевой аэродром возле местечка Юхновец. Туда прибыла передовая команда. Специалисты принялись заравнивать воронки, укатывать летное поле. Вскоре к ним пришла делегация местных жителей.

- Мы хотим помочь советским жолнежам, - путая русские слова с польскими, сказал пожилой мужчина.

- За помощь, скажем спасибо, - ответили солдаты. - Вместе скорее разобьем Гитлера.

А через час на полевой аэродром пришли многие жители Юхновца. Конечно, для наших аэродромщиков это было хорошим подспорьем: требовалось срочно подготовить летное поле.

К полудню на аэродром приехала полевая кухня. Поляки деликатно отошли в сторонку, собираясь поесть кое-что принесенное с собой. Но тут запротестовали наши солдаты: "Вместе работали, из одного котла будем и обедать!" Предусмотрительными оказались и повара.

- Прошу панове до коляции! - приветливо произнес повар рядовой Иван Лазебный. - Харч у нас мощный, на всех хватит.

Польские друзья подхваливали "файный" русский борщ и "горонцу" - гречневую кашу с мясом.

Вечером в Юхновце состоялся концерт художественной самодеятельности. Полковые артисты показали весь свой репертуар. На самодельной эстраде звучали русские и украинские народные песни, песни советских композиторов. Летчик Костя Среднев играл на гитаре. Уж и не помню, кто танцевал украинского гопака и белорусскую лявониху.

Когда стемнело, начался кинофильм "Два бойца". Но досмотреть его не удалось. Прилетел немецкий самолет - то ли разведчик, то ли просто пират-блудяга. Фашист сбросил четыре бомбы. Метил по площади, но не попал. Они глухо разорвались за околицей села. Крутить картину, конечно, перестали, но и паники не было. Никто уже не боялся немцев. Все понимали, что началось изгнание фашистских оккупантов из Польши и Гитлеру скоро придет капут.

В конце лета в сводках Информбюро о действиях советских войск запестрели названия польских городов, расположенных восточное Вислы. Наш полк штурмовал опорные пункты, противника в районах Сокулко, Граево, Августово, Осовца, Замброва, Снядово, Ломжи, Остроленки...

Как-то перед очередным вылетом над территорией Польши командир предупредил нас, что в районе населенного пункта Треблинка, над которым проходили наши боевые маршруты, гитлеровцы разместили огромный лагерь смерти. В нем - узники фашизма из многих стран Европы, в том числе и из СССР.

- Смотрите, чтобы кто-нибудь не уронил там бомбы!

На своем боевом пути не раз нам приходилось видеть результаты зверства немецко-фашистских захватчиков. Жестоко расправлялись гитлеровцы с мирным населением в Советской стране, но здесь, на польской земле, нам суждено было увидеть настоящие "комбинаты смерти".

В эти дни мы проводили в подразделениях беседы о злодеяниях фашистов по материалам, опубликованным в нашей армейской газете. Там, в частности, был напечатан акт, обличающий преступления оккупантов в деревне Княжеводцы, Скидельского района, под Белостоком.

Эсэсовские войска оцепили населенный пункт с прилегающими к нему хуторами. Фашисты согнали жителей в три больших сарая и поставили своих часовых. Силой оружия гитлеровцы заставили население соседних деревень вырыть три котлована. Когда ямы были готовы, палачи стали партиями выводить из сараев ни в чем не повинных людей и расстреливать. Их жертвами были мужчины, женщины, старики, дети. Из 1383 жителей оккупанты зверски убили 922 человека. Остались в живых только те, кто успел скрыться во время облавы.