Курт Айхенвальд - Информатор

Страусс звонил Дуэйну каждый день. На этот раз он узнал самые свежие новости о налете ФБР на АДМ, а также о поиске адвокатов. АДМ даже выслала в Вашингтон самолет, который должен был привезти адвокатов в Декейтер. В свою очередь, Страусс предложил кандидатуру Билла Хандли, юриста его собственной фирмы «Эйкин, Гамп, Страусс, Хауэр и Фелд».

Но выяснилось, что сейчас Хандли нет в городе. Времени ждать не было, самолет АДМ через тридцать минут вылетал в Декейтер. Кем его заменить? Страусс подумал о Джоне Дауде, другом незаурядном адвокате из его фирмы. Дауд начинал как прокурор и приобрел известность, возглавив расследование главной бейсбольной лиги по обвинению Пита Роуза в мошенничестве с тотализатором. [59]

Страусс потянулся к телефону.

Кандидатов в обвиняемые по очереди приглашали в кабинет Рейзинга для беседы с юристами. Уайтекера вызвали с самого утра.

Дэниел приветливо взглянул на Уайтекера:

– Рад познакомиться. Меня зовут Обри Дэниел, я представляю в этом деле АДМ.

Юристы расспросили Уайтекера о допросе, учиненном ФБР накануне. Уайтекер дал заученные ответы. Затем его уверили в том, что ему не о чем беспокоиться и что АДМ не бросит его на произвол судьбы.

Через несколько часов один из юрисконсультов компании зашел к Уайтекеру в кабинет и сообщил, что компания подобрала команду выдающихся адвокатов. Многие из них прибудут в Декейтер уже вечером. Если Уайтекер хочет, он может встретиться с ними вечером в офисе Джима Шафтера.

Это и было то, о чем говорили агенты. Они долго вдалбливали Уайтекеру, что именно он должен отвечать.

– Хорошо, – ответил Уайтекер. – Я приду.

Услышав, что звонит Уайтекер, Херндон и Шепард сняли трубки параллельных аппаратов. {252}

– Марк, как дела? – спросил Херндон.

– Хорошо, – ответил Уайтекер. – Я хотел сказать вам, что договорился встретиться с адвокатом. Он уже вылетает в Декейтер.

– И когда он здесь будет?

– Часа через два. К вечеру увижусь с ним.

Похоже, Уайтекер прислушался к их советам и не взял адвоката, предлагаемого компанией. Агенты облегченно вздохнули.

В следующие часы Декейтер захлестнула первая волна защитников. Вечером они сошлись в кабинете Шафтера, чтобы познакомиться с подзащитными. {253}

В ожидании клиентов защитники обсудили ситуацию. Сначала Уайтекеру предложили Рейда Вайнгартена, восходящую звезду коллегии адвокатов, но поразмыслили и изменили свое решение. Вайнгартен был почти сверстником Уайтекера, а молодой бизнесмен, судя по всему, обладал довольно неустойчивой психикой. Ему требовался адвокат постарше, который отнесся бы к нему с отеческой заботой. И было решено, что лучшим выбором станет Джон Дауд, которому около шестидесяти лет.

Все прошло без сучка без задоринки. Уилсон встретился с Вайнгартеном, Коксу достался Уильям Тейлор – еще одна заметная фигура в вашингтонской команде. Шафтер предложил для встречи Уайтекера и Дауда свой кабинет. Они вошли и закрыли за собой дверь.

Усевшись за стол Шафтера, Дауд не торопясь рассказал Уайтекеру о себе. Уайтекер с подозрением уставился на Дауда и, когда тот закончил рассказ, спросил:

– Кого вы представляете – меня или компанию?

Ожидавшие в приемной Шафтер и другие адвокаты устали. Шафтер почувствовал, как выпитая кока-кола подступает к горлу.

– Хватит с меня этой чертовой коки, – объявил он.

Адвокаты засмеялись. Шафтер направился к холодильнику и вернулся с пивом.

– На обслуживание, по крайней мере, жаловаться нельзя – фирма предоставит вам все что угодно.

Но к пиву требовалась закуска, и юристы заказали ее по телефону. Вскоре доставили пиццу. Они покончили с едой раньше, чем завершились конфиденциальные беседы. Первым появился Барри Кокс со своим новым адвокатом Уильямом Тейлором.

– Барри, – обратился Тейлор к своему подзащитному, – я думаю, на сегодня достаточно. Продолжим завтра.

– Хорошо, – мрачно кивнул Кокс. – Спасибо.

После десяти вечера вышли Уилсон и Вайнгартен и тут же подсели к общему столу. Все ждали Уайтекера с Даудом.

Наконец дверь кабинета распахнулась, и вышел важный Уайтекер. Дауд был бледен.

Подойдя к Рейзингу, Уайтекер заявил:

– Рик, я должен предупредить вас, что собираюсь сотрудничать с ФБР.

Уайтекер наконец поступил в соответствии с данными ему инструкциями – с опозданием на двадцать четыре часа.

– Марк, – ответил Рейзинг, – у вас хороший адвокат. Вам нужно поступать так, как он посоветует.

Уайтекер искоса взглянул на Дауда.

– Я беру другого адвоката, – сказал он, – и Джон не возражает.

Он подошел к Рейзингу вплотную и пожал ему руку. Шафтер, стоявший поблизости, услышал, как Уайтекер пробормотал что-то о «сотнях пленок».

Уайтекер направился к выходу, а за ним Уилсон. Их сопровождал Шафтер: было так поздно, что для выхода из здания нужно было открыть запертую на ночь дверь. Перед уходом Уайтекер обернулся к Шафтеру и с чувством потряс его руку.

– Я сожалею, что так получилось, – сказал он.

Шафтер не понял, что он имеет в виду, но на всякий случай кивнул.

Вайнгартен между тем внимательно наблюдал за Даудом. Тот был расстроен. Судя по тому, что Дауд посоветовал Уайтекеру взять другого адвоката, возникла проблема. И Вайнгартен догадывался, в чем она состоит.

Поздно вечером юристы вернулись в «Декейтер Клаб», где Дауду и Вайнгартену отвели номер из нескольких комнат. Перед сном адвокаты сели выпить по стаканчику, и Вайнгартен решил проверить свое предположение.

– А знаешь, – сказал он, – очень может быть, что этот сукин сын записал ваш сегодняшний разговор тоже.

Дауд поперхнулся и пролил спиртное на брюки.

Машина взбиралась на холм. Подъезжая к своему дому, Брайан Шепард обеими руками крепко сжимал руль. Напряжение последних дней, особенно вчерашней облавы, и врожденная склонность к меланхолии обернулись каменной усталостью. Прошлой ночью поспать почти не удалось и теперь хотелось забыть о делах. Шепард свернул на подъездную дорожку. Его ждали дом, семья, отдых.

Надеждам на спокойный вечер пришел конец ровно в половине одиннадцатого, когда запищал пейджер. Звонил Уайтекер. Шепард набрал его номер. {254}

– Марк? – протянул он. – В чем дело?

– Привет, Брайан, как вы там? Я звоню сказать, что встретился с адвокатом, о котором говорил. И знаете, я не в восторге…

Шепард прервал его, напомнив, что передавать конфиденциальную информацию, которой они обменивались с адвокатом, нельзя.

– Знаю, – сказал Уайтекер. – Это известный адвокат, его зовут Джон Дауд.

Он бегло описал карьеру Дауда, подчеркнув, что раньше тот был обвинителем.