Филлипс Грэхем - Александр Македонский

Справедливости ради следует отметить, что Пердикка не был единственным полководцем на том пиршестве, у которого имелись мотивы подсыпать яду в вино своему великому царю. Совсем рядом с Александром сидел другой известный полководец, ветеран македонской армии Мелеагр. И у того тоже имелся мотив для убийства Александра ради спасения, но спасения всей македонской армии. На тот момент Мелеагру было уже около шестидесяти лет, он воевал еще под началом Филиппа, отца Александра Македонского, возвысился из простых воинов и дошел до поста начальника всей македонской пехоты.

Мелеагр родился в бедной сельской глубинке, затерянной в Балканских горах, где целые поколения страдали от постоянных нашествий персов. Мелеагр и подобные ему македоняне рассматривали войну Александра с Персией как своего рода возмездие вечному врагу. На протяжении двенадцати долгих лет двадцатитысячная македонская пехота утоляла свою месть, участвовала в постоянных сражениях на огромных просторах Азии и не потерпела ни одного поражения.

Однако по мере того как продолжалась война, Мелеагр и его сторонники начинали с тревогой замечать, что их прославленный полководец начинает все больше напоминать персидских царей. А теперь, когда война наконец завершилась, Александр сделал персидский город Вавилон столицей своей обширной империи, начал одеваться в длинные, яркие, расшитые золотом одежды и возложил на свою голову корону в виде золотой диадемы. И что самое страшное, он повернулся спиной к той самой армии, которая сделала все это возможным. Всего за несколько месяцев до поминального пира в честь Гефестиона Александр распустил почти половину своих солдат и заменил их пехотинцами, набранными из числа персов и обученными по македонскому образцу. Теперь его армия почти на три четверти состояла из представителей покоренных народов, и когда македоняне вздумали протестовать против подобного положения вещей, царь просто выставил против них персов, а затем казнил как мятежников тринадцать македонских командиров. Сейчас же, готовясь к новым завоевательным походам, Александр собирался и всю свою македонскую пехоту отправить домой. Через несколько недель на смену ей должны были прийти пополнения из Южного Ирана. Отсюда вывод: если македонская армия желала продолжить свое существование, Александр должен был уйти. Не стоит даже сомневаться в том, что по крайней мере часть подчиненных Мелеагра подталкивала своего командира к тому, что царя нужно убить при первой возможности.

А последний подозреваемый вообще представляет собой чрезвычайно зловещий персонаж. Селевк, которого больше всего боялись в македонской армии, командовал элитными войсками — щитоносцами. Эти шесть тысяч тяжеловооруженных пехотинцев были царской гвардией, чем-то вроде преторианцев, охранявших римских императоров. Кроме того, они выполняли и полицейские функции, поддерживая порядок в македонской армии и в союзных войсках. Как правило, именно этих солдат Александр направлял для подавления мятежей и выступлений покоренных народов.

Происхождение Селевка окутано покровом тайны, но, кажется, он начал свою службу в македонской армии в качестве греческого наемника. Он был примерно одного возраста с Александром — около тридцати трех лет, — отличался высоким ростом и великолепным телосложением и имел какой-то по-детски ясный взгляд. Однако он был чрезвычайно молчаливым и скрытным человеком, который редко позволял втянуть себя в пустые разговоры. Можно представить, как он тихонько сидел на том пире, изредка вставляя пару вежливых реплик, и задумчиво смотрел на окружающих.

Из всех полководцев Александра Селевк лучше всего подходил на роль организатора военного переворота. Его гвардейцы располагались в самом Вавилоне, тогда как македонская пехота и конница находились в лагере за пределами города. И действительно, в последовавшей за смертью Александра гражданской войне Селевк оказался одним из наиболее успешных действующих лиц и смог подчинить своей власти практически всю территорию бывшего Персидского царства. Впоследствии его владения стали называться царством Селевкидов, которое просуществовало почти две с половиной сотни лет и в конце концов было завоевано римлянами. Что же касается рокового 1 июня, то у Селевка также имелись причины для того, чтобы хотеть смерти Александру. Не желая, чтобы в руках у его военачальников сосредоточивалась слишком большая власть, Александр имел привычку в промежутке между кампаниями сменять своих полководцев. Напомним, что завоевание Персии закончилось, и царь начал подготовку к новому походу, так что перестановки в офицерском корпусе становились практически неизбежными. И к июню 323 г. до н. э., если только Селевк действительно положил глаз на корону, вопрос для него мог стоять только так — сейчас или никогда.

Примерно в середине пиршества Александр завершил свои разглагольствования, но начал взволнованно мерить зал шагами. «Казалось, царь знал, что впереди его ждет что-то ужасное », — много лет спустя записал Птолемей, его главный телохранитель. И он оказался прав. Примерно в девять часов вечера Александр Великий выпил вина из своего кубка, вскрикнул, согнулся от боли пополам и рухнул на пол. Он что-то бессвязно бормотал, видимо, впав в беспамятство, и в таком состоянии Птолемей и Медий отнесли его в царскую опочивальню. Больше завоевавший полмира Александр Великий со своего ложа не встанет.

Ретроспективный взгляд в прошлое дает нам возможность лучше оценить ситуацию, нежели это мог сделать Александр в то время, и мы намного яснее видим ту опасность, которой он подвергался. Тем не менее кажется странным, что он по собственной воле решил пировать в кругу людей, каждый из которых был его потенциальным убийцей. В конце концов, видимо, злейшим врагом Александра стала его безумная самонадеянность. Похоже, великий завоеватель всерьез уверовал, что он бог, а бог не может умереть. Несомненно, он полагал, что никто из его свиты не сможет — нет, даже не осмелится! — хотя бы помыслить о том, чтобы его убить. Однако Александр ошибался. Кто-то из его сотрапезников не только осмелился подготовить покушение, но и сумел осуществить его. Только вот кто?

В поисках решения этой античной кровавой тайны нам необходимо будет проверить по очереди все подозрения. Любопытно, что каждый из подозреваемых в определенные моменты сыграл ключевую роль в замечательной жизни Александра Великого. И начнем мы с самого начала — с того периода, когда отец Александра Филипп Македонский готовил свою армию к будущим завоевательным походам. И тут приходится заметить, что все поразительные достижения македонского военного искусства стали возможны только благодаря одному-единственному человеку. И звали его Антипатр. Итак, наш первый подозреваемый даже не присутствовал на поминальном пире в честь Гефестиона, но если вина лежит на нем, то преступление он совершил руками Иолая, своего сына.