Олег Мороз - Ельцин. Лебедь. Хасавюрт
- Название:Ельцин. Лебедь. Хасавюрт
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:ИПЦ Маска
- Год:2012
- Город:Москва
- ISBN:978-5-91146-779-1
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Олег Мороз - Ельцин. Лебедь. Хасавюрт краткое содержание
8 декабря 1991 года подписанием Беловежского соглашения был оформлен распад Советского Союза. Пожалуй, одним из наиболее тяжелых последствий этого распада стала чеченская война. Она началась 11 декабря 1994 года после того, как президент Ельцин подписал указ «О мерах по обеспечению законности, правопорядка и общественной безопасности на территории Чеченской Республики», в соответствии с которым на территорию «взбунтовавшейся» северокавказской автономной республики вошли федеральные войска.
И полилась кровь. Стали превращаться в руины чеченские города и села. В обратном направлении, в Россию, пошел поток грузов с присвоенным каждому зловещим обозначением «груз 200». И чем больше было этих «грузов», тем мощнее поднималась общественная волна протестов, требований закончить эту кровавую войну.
Но всякую войну легче начать, чем закончить. Тем не менее, Борис Ельцин, приняв в начале 1996 года решение идти на второй президентский срок и понимая, что с тяжким чеченским бременем на плечах ему выборы не выиграть, пообещал народу положить конец бессмысленному кровопролитию. И выполнил обещание. В августе 1996 года были заключены Хасавюртовские соглашения, а затем, в мае 1997-го, Московский договор между Россией и Чечней.
Большую помощь в прекращении чеченской войны Ельцину оказал генерал Александр Лебедь, занимавший в ту пору должность помощника президента и секретаря Совета безопасности России.
Спустя три года Путин, воспользовавшись взрывами домов в Москве и Волгодонске, а также вторжением отряда Басаева в Дагестан, разорвал мирные договоренности между Москвой и Грозным, начал вторую чеченскую войну.
В основе этой книги — две другие работы автора: «Красные больше не вернутся (2007) и «Почему он выбрал Путина (2009).
Ельцин. Лебедь. Хасавюрт - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— На мой взгляд, там, в Чернокозове, самый настоящий концлагерь — это то, что называется фильтрационным пунктом. Там бьют чеченцев… При мне там содержалось порядка 130 человек. Это 18 камер, бьют людей с утра до вечера, причем не только бьют, но и пытают. Применяют разнообразные пытки — их перечисление заняло бы очень значительное время.
— Вы говорили в вашем предыдущем интервью, что вам досталась только лишь так называемая «прописка» — какое-то количество ударов дубинками. А почему к вам относились по-другому?
— Именно потому, что выяснилось, что я журналист, а для них, это, видимо, был либо редкий, либо первый такой гость, поэтому, меня просто «прописали» и практически на третий день перевели в «блатную» камеру, где обычно содержатся проштрафившиеся российские военнослужащие, которых не бьют, и которым как-то помогают, и фактически для меня этот срок в сравнении со всеми, кто там постоянно находился, был достаточно вольготным, хотя даже по условиям, насколько я понимаю, обычной российской тюрьмы, эти условия вольготными назвать нельзя. Представьте себе, это камера-одиночка, мы меряли ее с моим сокамерником спичками — метр восемьдесят на метр, и когда нам бросили третьего человека, то мы спать фактически не могли, потому что места не было. Тем не менее, все равно, я могу сказать, что я находился в достаточно комфортных условиях. Остальные чеченцы первое время, пока я находился в Чернокозове, подвергались истязаниям и пыткам. Кормят там один — два раза в день. Два раза — когда не забывает обслуга, один раз, когда она выпивает вместе с местной охраной. Очень большая проблема, — это то, что называется «оправкой». В туалет в лучшем случае можно выйти раз в сутки, в худшем случае — в сутки с половиной и двое суток. Это иногда превращается в чудовищное мучение. Кроме того, практикуется просто элементарное издевательство, когда охрана ходит от камеры к камере и задает самые разные вопросы или заставляет выполнять действительно унизительные для людей указания. Но об унижении никто не думает — все думают о том, чтобы не пытали. Это нужно иметь в виду, потому что первые три дня, пока я там находился, пытки носили совершенно беспрецедентный характер, беспрецедентный в моем представлении, потому что никогда таких чудовищных истязаний над человеческой плотью я не видел. И никогда я не слышал таких кошмарных выражений боли, таких криков, которые выражали эту боль…
Свой рассказ Андрей Бабицкий продолжил на пресс-конференции на следующий день. Он повторил данную им накануне характеристику «фильтрационного пункта» в Чернокозове, добавив, что это вообще своего рода модель тех порядков, которые пытаются установить во всей Чечне:
— …По сути дела, Чернокозово — это концентрационный лагерь, того типа, о котором мы знаем и по фильмам про Великую Отечественную войну и по литературе о сталинских лагерях. Это такой механизм истязания тех, кто попадает туда. Я провел там фактически две недели — с 16 января по 2 февраля, — и из тех, кого называют боевиками, в этом изоляторе фактически нет никого. Туда людей просто гребенкой собирают по улицам, из чеченских сел и городов. И этих людей ломают, бьют, пытают, запугивают. Я не знаю, для чего это делается. Надо сказать, что сейчас в Чечне создается очень успешно модель полицейского управления государством. И там, в Чечне, полный, на мой взгляд, бардак, но, тем не менее, полицейская модель работает. Она полностью держится на страхе. Не так важно, эффективны ли те или иные гражданские службы — важно, чтобы работал именно аппарат подавления…
Западу неприятно на это смотреть
Запад так и не смог оказать какое-то существенное умиротворяющее, образумливающее влияние на действия московских властей в Чечне. Более того, по-видимому, и не очень хотел, по возможности брезгливо сторонился. Да, рядовые граждане, общественные деятели, журналисты — те не уставали протестовать, обличать, а вот так называемые «официальные лица», от которых, конечно, зависело гораздо больше. Они, разумеется, тоже критиковали Москву, но предпринять какие-то решительные действия, которые заставили бы ее остановиться, одуматься, — на это они так и не отважились.
Характерный случай произошел осенью 2007 года в Брюсселе. 2 октября в здании Европарламента открылась фотовыставка «Геноцид в Чечне». На ней были представлены 300 снимков, сделанных известными фотожурналистами и показывающих зверства российских военных в этой республике, их чудовищные преступления перед мирным населением. Перед зрителем предстали останки людей, погибших под бомбами (которые таким способом «утилизировали»), расстрелянных при «зачистках», замученных в «фильтрационных пунктах», то бишь в концлагерях.
По словам тех, кто успел посмотреть фотографии, они были потрясены.
Однако снимки провисели на стендах лишь несколько часов, после чего выставку поспешно закрыли: показывать такое… Европарламентарии решили поберечь свою психику, свои нервы…
Надо сказать, перед открытием выставка уже прошла своеобразную цензуру: сорок четыре снимка, на которые, по мнению «цензоров»-администраторов, вообще невозможно было смотреть без содрогания, закрыли листами черной бумаги. Однако затем, как видим, к этой же категории, были отнесены и все остальные фотографии.
Когда выставку демонтировали, настырные журналисты, не сумевшие вовремя взглянуть на экспонаты, пытались увидеть фотографии, переснять хотя бы некоторые из них, однако бдительные охранники, видимо, получившие соответствующие инструкции, запрещали им это делать, поворачивали фотографии тыльной стороной к фото- и телекамерам.
— Нельзя смотреть! Запрещено! — угрюмо твердили они.
В этом инциденте, как в капле воды, отразилось истинное отношение Запада (западных властей) к тому, что происходит в Чечне: мы, конечно, против, но. в конце концов, разбирайтесь там сами, не впутывайте нас в вашу грязь, не заставляйте нас вместе с чеченцами переживать те злодейства, которые вы там творите!
Путин — президент
Президентские выборы состоялись 26 марта. Уже в конце этого дня стало ясно, что Путин побеждает с довольно большим — более 16 процентов — отрывом от следующего за ним вечного коммунистического кандидата в президенты Зюганова.
Что могло помешать победе выбранного Ельциным наследника? Война в Чечне? Да нет, она только способствовала его триумфу. Тогда, может быть, избирателей в состоянии были насторожить такие эксцессы, как весьма подозрительные «учения» в Рязани, похищение и «обмен» журналиста Андрея Бабицкого, его рассказ о происходящем в Чернокозове (это ведь уже не война, это что-то другое)… Нет, не насторожили.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: