Дональд Спото - Мэрилин Монро

Знакомство — благодаря Казану — с Фелдменом принесло Мэрилин немедленную профессиональную пользу. Поскольку Джонни долгое время пренебрегал всеми другими клиентами агентства «Уильям Моррис», чтобы полностью посвятить себя Мэрилин, после его смерти агентство не проявляло особого желания представлять интересы актрисы. Хотя оно вроде бы упорно вело от ее имени рутинные переговоры с киностудией «Фокс», безразличие представителей агентства стало очевидным, когда в марте бумаги, уже полностью готовые к подписанию, провалялись на письменном столе Морриса целых три недели. Это в конечном итоге привело к тому, что Мэрилин (хотя агентство Морриса по-прежнему получало свою долю от ее заказов) отправилась в агентство «Знаменитые артисты». Этой компанией управлял Фелдмен — солидный и элегантный мужчина, который вместе с Хью Френчем руководил карьерой Мэрилин Монро на протяжении нескольких последующих лет [173] Понадобилось ни много ни мало три года, прежде чем договор Мэрилин с конторой Уильяма Морриса оказался расторгнутым. Агентство «Знаменитые артисты» также не представляло актрису официально вплоть до 12 марта 1953 года, а контракт с этим агентством не был ею подписан даже до марта следующего года; впрочем, вскоре и этот договор перестал действовать. — Прим. автора. .

Контракт с «Фоксом» носил стандартный характер. Оклад Мэрилин, который гарантировался ей в течение сорока недель в году независимо от того, играет она в какой-либо картине или нет, составлял пятьсот долларов в неделю, причем студия имела право по истечении года продлить контракт. Если студия действительно примет подобное решение, то Мэрилин станет получать еженедельно по семьсот пятьдесят долларов на протяжении второго года, по тысяче двести пятьдесят долларов — на третий год, по полторы тысячи — на четвертый, по две тысячи в неделю — на пятый год и, наконец, две с половиной тысячи — на шестом году. Если она к тому времени будет по-прежнему оставаться в «Фоксе», то в 1957 году — и за весь последующий период — станет получать по три с половиной тысячи долларов в неделю [174] В течение десятилетий ошибочно указывалось, что максимальная ставка Мэрилин в «Фоксе» была установлена в контракте равной полутора тысячам долларов в неделю. На самом же деле она получала именно столько в момент расторжения данного контракта в 1955 году; если бы она продолжала оставаться в указанной киностудии, то ее заработки повышались бы в соответствии с обусловленным календарным графиком. — Прим. автора. .

На протяжении семи последующих лет Мэрилин была обязана работать исключительно на киностудию «XX век — Фокс» и соглашаться на все предлагаемые ей роли. В конце каждого года студия могла в одностороннем порядке и без указания причины разорвать контракт и уволить актрису; в любой момент они могли одолжить ее другой кинокомпании и черпать извлекаемую из этого прибыль, как бы велика она ни была (в то же время сама Мэрилин продолжала бы получать всего лишь ту сумму, которая причиталась ей в соответствии с договором, заключенным ею с компанией «Фокс»), Более того, артистке не разрешалось принимать никакие предложения о работе, хотя бы и самые прибыльные (в том числе в театре, на радио или телевидении, а также с целью записи грампластинок), даже если она в данное время не снималась ни в каком фильме «Фокса». Именно так выглядели семилетние контракты, которым подчинялось большинство актеров в американском кинобизнесе. Можно назвать такой договор кабальным и рабским, поскольку он давал кинокомпаниям все мыслимые и немыслимые права, оставляя для актеров-исполнителей совсем немногое. Такова была действовавшая в ту пору процедура, и она продержалась вплоть до радикальной реорганизации всей системы кинопроизводства, которая состоялась как раз в огромной степени благодаря Мэрилин Монро.

Однако даже в тот момент, когда Мэрилин подписывала указанный контракт (вступавший в силу с 11 мая 1951 года), ей как-то удалось отстоять для себя одну важную привилегию. Даррил Занук, который по-прежнему не считал Мэрилин Монро ценным пополнением своей колоды актеров и просто поддался мягкому нажиму со стороны Шенка, Хайда, агентства Морриса и Скураса, согласился нанять Наташу Лайтесс в качестве преподавательницы драматического искусства для Мэрилин и даже по мере возможности привлекать ее к работе с другими актерами, находящимися у студии на контракте. Наташу сразу же внесли в ведомость по заработной плате для сотрудников студии «Фокс», установив ей вознаграждение в размере пятисот долларов в неделю (с возможностью ежегодных повышений), и Мэрилин дополнительно уплачивала ей еженедельно еще двести пятьдесят долларов за частные уроки. Так возникла парадоксальная ситуация, по причине которой Наташа никогда не испытывала смущения, в то время как Мэрилин могла бы страдать и даже чувствовать зависть: ведь артистка зарабатывала куда меньше, чем учительница. Но Мэрилин были безразличны заработки Наташи, как, впрочем, и собственные: «Меня не интересуют деньги, — не раз говаривала она. — Я хочу только одного: изумлять».

В соответствии с действовавшим соглашением студия «XX век — Фокс» должна была посылать своих самых красивых актрис на ежегодные киноторжества, которые проходили весной. Именно при этих обстоятельствах Мэрилин в первый и единственный раз появилась 29 марта на вручении премий Американской академии киноискусства. Она вручала «Оскар» за наилучшее достижение в области звукозаписи. На ней было темно-фиолетовое шифоновое платье без рукавов, позаимствованное из студийного гардероба. Но, готовясь к выходу на сцену, Мэрилин вдруг заметила маленькую дырочку, образовавшуюся в ткани. Разразившись рыданиями, она сетовала, что не может показаться перед юпитерами в таком состоянии. Ассистентка как-то справилась с неожиданно возникшей проблемой, а тем временем другие молоденькие актрисы со студии «Фокс» поправляли ей макияж и придавали мужества. В конце концов Мэрилин, едва не лишившаяся дара речи из-за страха перед выходом на сцену, смогла перебороть себя, подойти к подиуму и вручить статуэтку лауреату (по случайному совпадению им оказался Томас Моултон — за работу в фильме «Всё о Еве» [175] Эта картина получила еще пять «Оскаров». ).

Когда Элиа Казан описал в своих воспоминаниях день встречи с заплаканной Мэрилин Монро на съемочной площадке картины «Ты настолько молод, насколько сам считаешь», то забыл добавить, что в тот момент его сопровождал драматург Артур Миллер, автор оригинального сценария к фильму «Крюк» [176] Английское название этого фильма «Hook» (буквально — «крюк» или «скоба») имеет и переносное значение — «крючок, зацепка». В отечественных источниках указанный фильм, вышедший на экраны в 1954 гаду и получивший ряд премий на европейских кинофестивалях, называется «В порту». , в котором Казан собирался быть режиссером. Это произведение было задумано как политически острый и довольно щекотливый фильм о честных портовых докерах из Бруклина, которые бунтуют против эксплуатирующих их жуликов. Точно так же как и Казан, Миллер запомнил, что в тот январский день Мэрилин выглядела в павильоне весьма опечаленной. Помнил он и то, что в момент, когда они подали друг другу руки, из-за «неожиданного соприкосновения с ее телом меня пробрало трепетом — чувством, которое никак не сочеталось с ее печалью среди всего окружающего великолепия и изобилия техники, а также кипучей рабочей суеты, связанной с подготовкой к съемке очередной сцены» [177] Если верить Казану, то первая встреча Миллера с Мэрилин произошла в конце зимы, когда Чарлз Фелдмен пригласил драматурга к себе домой на прием. Однако Сэм Шоу и Руперт Аллан наряду с другими подтверждают информацию Миллера об их более ранней встрече. В своей забавной автобиографии, великолепно обнажающей закоулки его психики, Казан вообще меняет и полностью путает многочисленные даты и факты; например, он указывает, что в момент, когда они вместе с Миллером на следующий день забирали Мэрилин на студию «Коламбия», у нее имелся подписанный контракт с Гарри Коном. — Прим. автора. .