Герман Нагаев - Дегтярев

При дальнейших предварительных испытаниях федоровской винтовки обнаружился новый серьезный дефект: при длительной стрельбе деревянное цевье сильно нагревалось, а при остывании коробилось, мешая скольжению ствола.

Над устранением этого недостатка бились долго и упорно. Цевье и ложу склеивали из различных древесных пород, клали асбестовые прокладки, — ничто не помогало. Помеху удалось устранить лишь тогда, когда деревянное цевье заменили металлическим, пустотелым.

Когда винтовка была почти совсем отлажена, специалисты заявили, что выбрасывание гильз вверх недопустимо: они могут, блестя на солнце, демаскировать стрелков. Нужно было гильзы выбрасывать вперед. Это повлекло за собой новую работу — изменение размеров отражателя.

С того дня, когда Дегтярев еще в Ораниенбауме взялся за изготовление федоровской винтовки, прошли долгие годы. Уже давно Михаил Судаков кончил службу и уехал в Тулу. У Дегтярева росли дети — сын и две дочки. А он все продолжал работать над усовершенствованием опытного образца.

Только в 1912 году, после пяти лет напряженного труда, первая русская автоматическая винтовка системы инженера Федорова, сделанная руками слесаря Дегтярева, выдержала полигонные испытания. Сестрорецкому заводу было заказано 150 таких винтовок для более широких войсковых испытаний.

Дегтярев гордился тем, что его труды не пропали даром, что в России, наконец, появилось свое отечественное автоматическое оружие.

Накануне первой мировой войны группа русских оружейников упорно работала над созданием отечественного автоматического оружия. Русские изобретатели добились серьезных успехов по сравнению с оружейными конструкторами западных стран.

Автоматическая винтовка Федорова прошла полигонные испытания. Конструктором Федором Васильевичем Токаревым было изготовлено несколько образцов его оригинальной автоматической винтовки. Серьезных успехов в конструировании добились изобретатели Рощепей, Колесников, Коновалов, Фролов и другие.

Но царское правительство даже и накануне войны не изменило своего преступно-пренебрежительного отношения к русским конструкторам.

Когда Николаю II представляли в Ораниенбауме выпускников офицерской школы, в их строю находился и подъесаул Токарев, только что закончивший разработку образца автоматической винтовки.

Начальник школы, желая похвастаться своими выпускниками, сказал царю:

— Ваше величество, вот подъесаул Токарев, он изобрел автоматическую винтовку.

— Надо подъесаулу помочь, — ответил царь и, даже не взглянув на Токарева, проследовал дальше. Его слова растаяли, как случайный звук. Никакой помощи Токарев не получил.

Даже тогда, когда русские военные агенты доносили о лихорадочной подготовке к войне немецких войск и о принятии там на вооружение новой боевой техники, правительство России не приняло никаких мер к перевооружению.

Именно в то время Николай II посетил Михайловское артиллерийское училище, где Федоров, уже будучи полковником, читал курс стрелкового оружия.

Войдя в аудиторию, царь сел с юнкерами и, дослушав лекцию, подошел к Федорову.

— Полковник, вы изобрели автоматическую винтовку?

— Так точно, ваше императорское величество.

— Я против ее применения в армии, — сказал царь.

— Осмелюсь спросить, почему?

— А... для нее не хватит патронов...

Ответ царя поразил Федорова: если накануне мировой войны так мыслил царь, какой помощи могли ждать от него русские изобретатели-оружейники?

Тем не менее все они продолжали упорно и настойчиво работать.

В 1912 году, после успешных испытаний автоматической винтовки, сделанной им под существующий (штатный) патрон, Федоров разработал новый, малокалиберный патрон (6,5 миллиметра), с улучшенной баллистикой, с гильзой без закраины. Патрон этот получил одобрение, и Федоров немедленно взялся за разработку нового, малокалиберного образца своей винтовки. Система винтовки осталась прежней, были изменены только ее размеры и конструкция магазина.

Изготовление этого образца опять было поручено Дегтяреву.

Дегтярев с увлечением взялся за дело. Он надеялся, что новая винтовка получится еще лучше: ведь теперь и у Федорова и у него был многолетний опыт конструкторской работы.

Первая в России малокалиберная винтовка была сделана, и в 1913 году она успешно выдержала комиссионные испытания.

Сестрорецкий завод получил заказ на изготовление 20 экземпляров новых винтовок, а патронные заводы — на 200 тысяч патронов к ним. Дегтярев, назначенный старшим мастером по изготовлению винтовок, успешно руководил работой.

Но вот началась первая мировая война.

Казалось бы, теперь военное министерство должно было немедленно ускорить производство новейшего оружия. Этого ждали все оружейники. Но получилось наоборот.

Приказом военного министра Сухомлинова все опытные работы по производству автоматического оружия на военных заводах были прекращены, а сами оружейники отправлены на фронт. Не избежал этой участи и Токарев, новый образец автоматической винтовки которого уже был близок к завершению.

Федоров надеялся, что образцы его винтовок, находящиеся в производстве, будут доделаны и отправлены на фронт. Но надежда эта оказалась напрасной. Недоделанные части его винтовок были упакованы в ящики и брошены в подвал, а Дегтярев назначен мастером на завод. Изобретатель же сложенного в подвал новейшего автоматического оружия Федоров в составе военной миссии был командирован в Японию, чтобы договориться о приобретении для русской армии старых японских винтовок.

Так по воле преступного министра закончилась эпопея с изобретением и производством первой русской автоматической винтовки. И это случилось в то самое время, когда русские солдаты гибли на полях сражений из-за катастрофического недостатка оружия.

Около шести лет Василий Дегтярев проработал на Сестрорецком заводе, но у него почти не было друзей. Ввиду секретности заданий работать приходилось в одиночку, избегая излишних знакомств.

Он знал, что на заводе существуют тайные революционные кружки, где читается запрещенная литература, обсуждаются политические события. Дегтярева влекли к себе революционно настроенные рабочие, но он не мог и подумать о сближении с ними.

С переходом на работу в цех Дегтярев скоро познакомился с некоторыми рабочими-революционерами. Его стали приглашать на рабочие маевки, которые устраивались в лесу на берегу Разлива. Разливом назывался огромный пруд, образовавшийся от разлива реки Сестры, запруженной около завода. Город как раз и стоял на реке Сестре, отсюда и название его — Сестрорецк.