Рой Медведев - Время Путина

Однако западная печать была неумолима, она уже вынесла свой приговор. «Российскую журналистку Анну Политковскую, — заявляла английская газета “Индепендент”, — также хотели отравить, но когда яд не убил ее, тогда ее убили тремя выстрелами в голову в московском лифте. Еще раньше хотели отравить и Виктора Ющенко. Политковская, Литвиненко, Ющенко, — один случай отравления вашего врага мог бы считаться несчастным случаем, но три выглядят уже как продуманная стратегия, и список ее жертв растет. На первый взгляд последний случай выглядит как исключительно неэффективный метод, к которому ФСБ — наследница КГБ — прибегла для убийства диссидента. Им нужно было тайно переправить радиоактивный яд в Великобританию и в течение десятков дней использовать его так аккуратно, чтобы убить Литвиненко и больше никого. Разве не умнее было бы выбрать анонимную пулю в переулке? Но, как и в предыдущих случаях, это был способ сказать всем критикам Путина: где бы вы ни были, мы до вас доберемся, и вы умрете в мучениях, и вы будете знать, что вы умираете, и вы будете знать, что это сделали мы» [366] The Independent. 2006. 28 ноября. .

Мой брат, Жорес Медведев, биолог и историк, специалист по радиобиологии и автор книг о ядерной катастрофе на Урале и о Чернобыле, живет с 1993 года в Лондоне. История с Литвиненко очень заинтересовала его по разным причинам. Это было первое в истории использование радиоактивного полония с преступной целью. Случайные отравления полонием происходили и раньше, и токсикология этого изотопа весьма тщательно изучалась в лабораторных условиях. Но для политических или уголовных целей использовались обычно другие более «надежные» и «проверенные» яды. Жорес Медведев провел в этой связи в декабре 2006 года, а также в январе-феврале 2007 года тщательное и вполне профессиональное журналистское расследование, которое он изложил в книге «Полоний в Лондоне». Газетные версии этой книги были опубликованы в марте-мае 2007 года в газетах «Красноярский рабочий», «Тверские ведомости», «Областная газета» (Екатеринбург) и в еженедельнике «2000» (Киев). История смерти А. Литвиненко полна загадок, и следствие еще не завершилось. Более того, британская полиция не обнародовала к концу мая 2007 года результаты вскрытия тела давно уже похороненного А. Литвиненко и передала дело в прокуратуру, не объявив никого официально ни обвиняемым, ни подозреваемым. Я не стану поэтому приводить здесь все версии, которые разбирает в своем расследовании мой брат, тем более что его книга готовится к выходу в свет. Общий и наиболее вероятный вывод из всей суммы ставших уже известными фактов состоит в том, что Александр Литвиненко был кем-то сознательно избран в качестве жертвы, а его смерть также сознательно должна была послужить поводом для самой громкой пропагандистской кампании, заостренной в первую очередь против России, против «длинной руки Москвы» и лично против Владимира Путина. А. Литвиненко был еще жив, и врачи лондонской клиники еще не поставили ему точный диагноз, предполагая возможность и банального пищевого отравления, и какой-либо сложной вирусной инфекции, но газеты уже начали писать как о сенсации — об отравлении «бывшего русского шпиона» большой дозой таллия, одного из редких металлов, входивших в состав некоторых пестицидов и крысиного яда. Такой диагноз сделал по фотографии больного один из профессоров-токсикологов Джон Генри. Два года назад тот же Джон Генри по газетной фотографии определил, что Виктор Ющенко отравлен диоксином, промышленным ядом. Между тем природа и причины отравления Виктора Ющенко до сих пор не прояснились. После этого заочного диагноза, объявленного не на консилиуме врачей, а на специальной пресс-конференции, была нанята знаменитая рекламная компания для освещения и рекламы всех событий, связанных с болезнью Литвиненко. Хотя фотографирование тяжелобольных людей для коммерческих или политических целей является грубым нарушением врачебной этики, фотографии больного Литвиненко с 20 ноября 2006 года стали появляться во всех британских органах печати и на телевидении. За его болезнью следил теперь весь мир, хотя находившиеся возле него врачи все еще не имели диагноза и не проводили никакого серьезного лечения. Только за несколько часов до смерти в одном из анализов был обнаружен полоний-210, токсичный радиоизотоп, использование которого в преступных целях и для сознательного отравления ни в криминалистике, ни в истории медицины еще никогда не фиксировалось. Александр Литвиненко скончался всего лишь через три часа после объявления о полонии, но он умер не от отравления, а от инфаркта, и результаты вскрытия были тщательно засекречены. Все это само по себе выглядело крайне подозрительным. Смерть А. Литвиненко комментировали не врачи и даже не полиция, которая очень осторожно начала свое расследование, а люди из окружения Бориса Березовского, отдельные родственники Литвиненко и многочисленные журналисты. Даже распад Советского Союза или Чернобыльская катастрофа не были предметом столь большого внимания британской прессы, как смерть Литвиненко. В ноябре и декабре 2006 года в Ираке и Афганистане шли бои, происходили крупные террористические акты; в эти два месяца погибло немало британских солдат и еще больше американских военнослужащих, но печать почти не обращала внимания на события, которые развивались на Ближнем и Среднем Востоке, а продолжала комментировать малейшие подробности, связанные с «делом Литвиненко». Полоний-210 находили теперь везде — в ресторане, где бывал Литвиненко, в салонах самолетов, летавших из Лондона и в Лондон, в номерах гостиниц, где останавливались знакомые Литвиненко. Британские следователи из Скотленд-Ярда получили разрешение проводить допросы возможных свидетелей или подозреваемых в Москве а следователи из российской прокуратуры смогли допросить возможных свидетелей и подозреваемых в Лондоне — в том числе и Бориса Березовского. Эта детективная и необычная история еще не завершилась, хотя ее политический подтекст лично мне кажется вполне очевидным.

Крайнее обострение отношений между Россией и Грузией в сентябре-ноябре 2006 года это всего лишь эпизод в развитии отношений между нашими странами на протяжении всех пятнадцати лет независимого существования Грузии. Это также эпизод в развитии самой Грузии, которая прошла в эти годы не только через гражданскую войну между грузинскими кланами, но также через войну с Южной Осетией и Абхазией. Не консолидировавшись как нация, Грузия потерпела поражение в войнах с Осетией и Абхазией и утратила контроль над этими прежними автономными областями, провозгласившими свою независимость. Стремление вернуть эти территории можно понять с эмоциональной точки зрения, но оно неосуществимо и иррационально. Все национальные республики Северного Кавказа будут поддерживать Южную Осетию и Абхазию, а это предопределяет, в свою очередь, и позицию Российской Федерации, которая уже сейчас приняла в свое гражданство почти всех жителей Абхазии и Южной Осетии. Западные страны могут сочувствовать Грузии и не сочувствовать России, но они не будут ссориться с Россией из-за сомнительных по многим причинам притязаний Грузии.