Рой Медведев - Время Путина

Город Цхинвал был почти полностью разрушен уже в ночь с 7 на 8 августа. Погибло много мирных жителей. Однако большая часть жителей города спаслась от огня в подвалах. Дома на Кавказе строят, как правило, с просторными и прочными подвалами. Здесь же в подвалах укрывались и бойцы осетинских военных подразделений, а также народного ополчения. Огонь по Цхинвалу продолжался до утра. Но утром после небольшого перерыва он снова был открыт со всех окружающих город небольших высот, опоясывающих весь Цхинвал. Эту первую ночь и первый день войны в Цхинвале описывали многие оказавшиеся здесь журналисты. Я приведу отрывки из репортажа украинского журналиста, который был направлен в Цхинвал, чтобы снимать сюжеты для канала «Интер». Этот журналист, Руслан Ярмолюк, находился вечером 7 июля на территории объединенной миротворческой части и смог укрыться в бункере вместе с миротворцами. Позднее он вспоминал: «В 11 часов вечера в четверг по городу ударили системы залпового огня “Град” и артиллерия. Первые ракеты упали на территорию объединенной миротворческой части. “Грады” били до 4 часов утра. Бои завязались и в городе: передовые части грузинское го спецназа вошли в Цхинвали. В 10 часов утра пятницы наступает затишье. Выбираемся на поверхность, чтобы немного подышать. Включаем камеру и снимаем то, что осталось от казармы миротворцев. Но тут и началось самое страшное. Всего через пять минут по городу снова ударили “Грады”. В Цхинвали ворвались грузинские танки. Все высоты вокруг города заняли грузинские войска. Под прикрытием артиллерии они завязали бои. Т-64 с грузинскими танкистами обрушили свою огневую мощь на улицы и дома. Без бронежилетов и касок лежим на полу. Головы поднять не можем — свистят пули и осколки. Рев гусениц приближается. Грузинский танк заехал на территорию миротворцев. Прямой наводкой бьет по уцелевшим зданиям. Рядом лежат еще три журналиста и оператор. Все, не сговариваясь, включили телефоны и отправили по одному SMS. Я написал жене: воспитай хорошо дочь. И — на пол. Спасли осетинские ополченцы, принявшие бой на улице и подбившие из РПГ два танка» [459] Сегодня (Киев). 2008. 8 сентября. . Весь день в пятницу грузинские войска вели огонь в Цхинвали, пытаясь уничтожить очаги сопротивления, бросая гранаты в подвалы. Грузинские штурмовики пытались уничтожить пункт радио— и телесвязи, через который журналисты передавали видео в свои редакции.

Президент и правительство Южной Осетии перебрались из Цхинвала в районный центр Джава, или Дзау, который был окружен одними лишь осетинскими селами. Грузинские войска выбросили сюда десант, пытаясь перекрыть идущую от Рокского туннеля к Цхинвалу Транскавказскую магистраль (Транскам). Они пытались взять под свой контроль и объездные дороги и максимально приблизиться к стратегически важному Рокскому туннелю, соединяющему Северную и Южную Осетии.

К моменту вторжения в Южную Осетию Грузия сосредоточила на этом направлении отборные войска численностью в 12 тысяч человек. Они располагали более чем сотней единиц тяжелой бронетехники, всеми видами артиллерии. Здесь действовали несколько эскадрилий боевых вертолетов и штурмовиков. Им противостояли в первые сутки боев около 550 российских миротворцев, не имевших тяжелого вооружения. В бой вступила также армия Южной Осетии численностью в 2,5 тысячи человек. Оборону Цхинвала и Южной Осетии держали также отряды народного ополчения и несколько сот добровольцев, уже прибывших из Северной Осетии. Силы были неравными, и правительство Южной Осетии обратилось к Российской Федерации за помощью.

Только утром 8 августа президент Грузии Михаил Саакашвили выступил с телеобращением к нации. Он заявил об «освобождении силовыми структурами Грузии Цинагарского и Знаурского районов, а также большей части Цхинвали» (в Южной Осетии Цинагарский район сохранил прежнее наименование Ленингорского). В Грузии была объявлена всеобщая мобилизация. Вскоре после этого по российскому телевидению выступил президент России Дмитрий Медведев. Он назвал действия грузинских войск «актом агрессии против российских миротворцев и мирных жителей», заявив, что не допустит «безнаказанной гибели» граждан России. Еще в ночь с 7 на 8 августа Россия потребовала срочного созыва Совета Безопасности ООН. Совбез собрался, когда в Нью-Йорке была еще ночь, но не смог принять никакого решения. Почти все мировые СМИ обошли вниманием и эти события, и заявления первой половины дня 8 августа.

Сообщение о начале массированной грузинской атаки на Цхинвал было получено в Кремле сразу же, в 10 часов 30 минут вечера, и эти сообщения шли затем непрерывным потоком из самых разных источников — от командования миротворцев, от военной разведки, от руководства Южной Осетии, от Службы внешней разведки. Такие же сообщения шли в Генеральный штаб Министерства обороны и подвергались тщательному анализу и обработке. Все эти сообщения докладывались президенту Д. А. Медведеву. Главные из них передавались и премьеру Владимиру Путину, который находился в Пекине. В столице Китая была уже середина ночи. Торжественное открытие Олимпиады было назначено на 8 августа — на 8 часов утра, 8 минут и 8 секунд.

Совещания у президента в разном составе начались сразу же после полуночи и продолжались до утра. Принятые решения немедленно передавались тем, кто должен был их исполнить.

Агрессия грузинской армии против Южной Осетии не была полностью неожиданной. И военное и политическое руководство Российской Федерации знало о концентрации грузинских военных подразделений на границах Южной Осетии, а во многих случаях и в грузинских селах на территории самой Осетии. Шла подготовка к максимально быстрой военной операции. Но, может быть, это была лишь демонстрация силы. Решится ли М. Саакашвили начать войну в день открытия Олимпиады, где собрались не только спортсмены, но и большая часть мировых лидеров?!

Ночью по тревоге были подняты части 58-й армии. Еще раньше Рокский тоннель был взят под особую охрану. И северный, и южный выходы из туннеля давно уже охранялись частями ПВО, а все машины, проходившие через туннель, подвергались тщательному осмотру. Разведка велась и вдоль Транскама. Теперь все эти системы охраны и безопасности были многократно усилены.

Позже некоторые из критиков режима пытались утверждать, что Москва «промедлила с ответом», что военная операция против агрессора могла начаться на 10 или даже на 15 часов раньше. Некоторые из отставных генералов заявляли, что российская армия должна была еще 6 или 7 августа нанести по грузинским войскам «упреждающий» удар с воздуха. Нет смысла опровергать эти упреки. Было недопустимо исходить лишь из военной логики. Проблемы были слишком сложными, и на карту было поставлено очень многое. Позднее, выступая перед группой западных экспертов и журналистов, Д. А. Медведев признался, что решение об использовании российских военных сил для защиты Южной Осетии было для него непростым. «Я вам могу сказать откровенно, я эту ночь никогда не забуду».