Александр Маркин - Дневник 2002–2006

8 июня

Сегодня, спустившись в метро и стоя на пустой платформе, подумал о том, что я, конечно, почти осуществил так называемый идеал неприметной жизни. Осталось только купить и установить у себя в комнате аквариум, поместить в него большой кусок дерева с дуплом и заселить его колонией Isopteria technomyrmex , потом плотно задернуть шторы (термиты не выносят дневного света), провести остаток жизни, наблюдая за жизнью термитов.

Когда я почувствую приближение смерти, то разобью аквариум, чтобы термиты вылезли из дупла и обглодали мое тело. Кости завещаю переработать в желатин и продать, расфасовав по маленьким пакетикам.

Читал Шопенгауэра.

Американские масс-медия в последнее время сосредоточились на карликах. Карлики, говорят нам, такие же люди, как и все остальные, только маленькие. Давайте признаем это; давайте будем относиться к карликам по-человечески, будем их любить. Но как же тогда быть со всей той мифологией, связанной с карликами и складывавшейся вокруг них на протяжении тысячи лет? Что же, получается, в Средние века карликов просто так, ни за что отправляли жгли на кострах и считали злобными, гнусными тварями? (Особенно, кстати, карликов-мавров.)

Очень часто получается так, что приходится общаться с теми, к кому равнодушен; те же, к кому испытываешь привязанность, живут жизнью, в которой тебя нет. Вроде как каждый вплетен в свою сеть социальных связей.

Заметил: когда я знаю, что у меня появляется перспектива рандеву, то в метро, когда я сижу, я держу свой зонт справа, с внешней стороны ноги. А в дни сексуальных фрустраций я ставлю зонт между ног. Фрейд, конечно, сразу бы меня раскусил.

Так странно: идешь по улице, смотришь на новые джинсы, и благодаришь за них незнакомых тебе, далеких, прекрасных (и не очень) писателей прошлого.

12 июня

Вышел на балкон и смотрю на предрассветное небо, которое уже розовеет на востоке, на близкие дома и темные силуэты домов вдалеке на фоне розового и грязно-голубого, еще темного неба. Слышно, как вдалеке грохочет поезд. За свою жизнь я мог бы 10690 раз встретить рассвет, но, думаю, я видел ничтожно мало, по сравнению с этой цифрой рассветов, ну, может, 40–50, не больше. Да и вообще, человеку, кажется, привычней наблюдать закаты.

16 июня

Назовите меня конченным пидорасом: я ненавижу футбол и никогда не досмотрел до конца ни один футбольный матч, хотя, говорят, в самом конце иногда показывают футболистов без футболок; кроме того, судя по фотографиям в газете, главный тренер нашей сборной — хронический алкоголик.

17 июня

Пришло время снова рассказать о репетиторе. Второй муж его тетки, массивный лысый мужчина средних лет с золотыми печатками на толстых пальцах, продававший раньше запчасти для автомобилей, стал риэлтором и занялся фэн-шуй . Теперь он продает квартиры, а за дополнительную плату помогает еще и расставить в этих квартирах мебель по всем мудреным китайским правилам. О них он прочитал в двух очень, очень толстых книжках. Это очень трудные правила. Когда теткин муж помогает расставлять мебель, он ходит по комнате с особыми китайскими палочками в руках, которые позволяют ему чувствовать нехорошие энергии, еще он взглядом развязывает узлы и составляет китайский гороскоп. Репетитору, сказал он, обязательно нужно дружить с женщиной-огнем или носить красный кошелек, и тогда у него всегда будет много денег. Репетитор тоже хочет прочитать толстые книги про фэн-шуй и составлять гороскопы. Каждой гороскоп стоит 200 у. е.

Еще репетитор влюбился в свою ученицу. Он написал ей признание в любви и вложил его между страниц в учебник по высшей математике. Если ученица когда-нибудь откроет этот учебник, то она найдет там объяснение репетитора в любви, написанное мелким почерком, а если не откроет — то никогда не узнает, что репетитор ее любит; ну что же, значит, не судьба.

Когда он отвозил своей ученице учебник с вложенным в него признанием, то узнал, что бабушка ученицы тяжело больна; он видел, как она лежала в постели, словно бы мертвая, а рядом с ней сидела мать ученицы, практикующий экстрасенс из нефтяной компании. Она была погружена словно бы в транс, делала загадочные пассы руками, что-то бормотала и не замечала репетитора, который пришел с ней попрощаться. Репетитор мучается в безбрачии, ему поскорей нужна жена, обязательно фотомодель, желательно, женщина-огонь.

18 июня

В метро громко разговаривают три девушки, одна говорит: Катя сказала, что Алена не хочет, чтобы кто-нибудь знал, что у нее гепатит.

Если в метро какой-нибудь сидящий напротив мол. человек, которого ты пристально разглядываешь, хоть и стараешься делать это как можно более деликатно, начинает понимать причину твоего к нему интереса, то происходят крайне забавные вещи: ты осознаешь, что он понимает, у тебя потеют ладони, не знаешь, что делать, потому что хочется разглядывать его дальше, но теперь уже неудобно, а он сперва тоже разглядывает тебя, но ты оказываешься, например, не в его вкусе — допустим, ты слишком старый и потрепанный, — и тогда его взгляд становится надменным или вообще переключается на кого-нибудь другого, или же он краснеет и демонстративно начинает разглядывать девушек, иногда все же поглядывая на тебя. Короче, вариантов много.

22 июня

Когда я писал дипломную работу, мне надо было прочитать четыре книги Канта. Я читал их очень усердно, и от этого у меня ухудшалось настроение, и в конце концов началась депрессия, как если бы я был безнадежно влюблен и сильно страдал. Я плохо спал, мало ел и потому начал худеть. Пришлось даже пойти к врачу, и врач сказала, что мне надо бы поменьше читать Канта. Нужно ли говорить о том, что в философии Канта я тогда так и не разобрался?

23 июня

Иногда хочется написать сюда что-нибудь неприятное — например, о том, каким беспомощным и бесполезным я, порой, себя чувствую. Но это мало кого заинтересует. Поэтому я, пожалуй, напишу о том, что сегодня за день я видел двенадцать беременных женщин и пятерых накачанных мужиков, двоих из этих пятерых я видел, когда ждал маршрутку. Один был рыжеволосый и с очень благородными чертами лица, а второй был блондином, и я не знал, кого из них мне рассматривать подробней, потому что они шли в противоположные стороны.

Когда привыкаешь к ежедневным катастрофам — всего лишь один безмятежный день начинает казаться чудовищной несправедливостью.

Вальтер Шульц-Фадемрехт

Новеллы из цикла «Мои львы»

1. Felis leo L. = лев

В июне и июле 1949 г. я работал смотрителем в вольерах с птицами в Берлинском зоопарке. Но ввиду моих исключительных познаний в зоологии с 1 августа меня перевели к хищникам. Львы — ужасные хищники. Огромные пасти и бесконечная жажда убивать поразили меня до самых глубин души. В нашем зоопарке живут три африканских льва (с гривой) и одна львица. Уже в половине седьмого утра я выходил из дома. Поездка на трамвае к вокзалу «Панков-Финеташтрассе». Оттуда — 40 минут на подземке до зоопарка.