Федор Раззаков - Гибель советского ТВ

Эх, Владимир Семенович, видели бы вы сегодняшнее российское телевидение! Если советское, по вашим словам, было «глупым ящиком для идиота» (в единственном числе), то сегодняшнее – «глупый ящик для идиотов» (во множественном числе).

Согласно статистике, если в 1965 годуна руках у населения было 15 млн 693 тыс. телевизоров, то в 1976-м – 57,2 млн, из которых 1,7 млн были цветными. Кстати, о цветном ТВ. К концу 1976 годавсе десять останкинских АСБ (аппаратно-студийные блоки) и 4 из 8 АПБ (аппаратно-программные блоки) были переоснащены для ведения цветных передач. В 1977 годукомплекс был полностью переоборудован на цветное вещание.

Дикторский отдел ЦТ к середине 70-х насчитывал уже 54 человека. Самыми популярными дикторами и ведущими в те годы были: Валентина Леонтьева, Анна Шилова, Нонна Бодрова, Светлана Жильцова, Игорь Кириллов, Анна Шатилова, Юлия Белянчикова, Светлана Моргунова, Ангелина Вовк, Татьяна Судец, Татьяна Веденеева, Елена Коваленко и др. Не меньшей популярностью пользовались и ведущие программ: Элеонора Беляева («Музыкальный киоск»), Юрий Сенкевич («Клуб кинопутешествий»), Александр Масляков («А ну-ка, девушки!»), Юрий Николаев («Утренняя почта»), Сергей Капица («Очевидное – невероятное»), Владимир Песков («В мире животных»), Анатолий Безуглов («Человек и закон»), Валентин Зорин («9-я студия»), Владимир Севастьянов («Человек. Земля. Вселенная»), Ольга Доброхотова («Ваше мнение»), Роберт Рождественский («Документальный экран»), Александр Овсянников («Международная панорама»), Александр Каверзнев («Содружество»).

Порядки на ЦТ продолжали оставаться строгими. О бородах и брюках мы уже знаем. Еще строже карались оговорки в эфире. Никаких лишних слов дикторам произносить не разрешалось, только то должно было идти в эфир, что написано и выверено редактором, где поставлены сразу несколько подписей руководителей. Существовала даже специальная книга, в которой разъяснялось, что могут и чего не могут делать дикторы. Они должны были быть всегда в форме за 20 минут (когда ставили свет) и за 10 минут появиться в студии. Эфирную одежду дикторы поначалу покупали сами. Но затем, когда денег на это у многих стало просто не хватать (зарплата колебалась от 110 до 300 рублей, а хорошее импортное платье стоило порядка 150—200), руководство ЦТ расщедрилось и стало оплачивать из своего кармана пошив одного платья в год. Было время, когда дикторам не разрешалось надевать кофты с рюшами, серьги, броши. Считалось, что это выглядит нескромно, раздражает зрителей. Собственно, так оно и было.

В те годы огромное значение имели письма, которые приходили на ЦТ мешками (счет шел на сотни тысяч: к примеру, в 1976 годув одну Главную редакцию пропаганды ЦТ пришло 189 216 писем), и стоило какой-нибудь группе зрителей написать, что им не нравится, как одевается кто-то из дикторов, как тут же делались соответствующие выводы: провинившихся сначала строго предупреждали, а при повторении подобного и вовсе могли отстранить от работы. Известен случай, когда в 70-е годы целую группу женщин-синоптиков (те, кто рассказывал о погоде) отстранили из эфира из-за того, что женской половине семьи Брежнева не понравилось изобилие бриллиантов и всевозможных украшений, которыми дамы ослепительно сверкали в эфире. Еще один случай, тоже из разряда курьезных, произошел с Татьяной Судец. Однажды она вышла в эфир в новой полосатой кофточке и через несколько дней получила письмо: «Таня! Кофта у тебя – гармонь, да и только! Но по глазам видно: играть на ней некому».

Весьма сложно обстояли у дикторов дела с косметикой. В 60-е годы приходилось обходиться подручными средствами (на какие только ухищрения не шли дикторши, чтобы достать какую-нибудь крутую импортную косметику!). В 70-е годы стало полегче, и для эфира им стали выдавать косметику «Кристиан Диор» – тени для век, тон, пудру.

К концу 70-х на ЦТ функционировали 11 редакций, каждая из которых выпускала по десятку и более самых различных передач – от политических и научно-популярных до спортивных и детских. В отличие от нынешнего российского ТВ, советское ставило перед собой цель воспитать гармоничного, морально ответственного человека, к тому же умного. Одних образовательных и учебных телепрограмм в СССР было больше десятка. Причем они охватывали самую разную аудиторию – от самых маленьких граждан до пожилых. Так, в 1975 годусоветская детвора заполучила одну из самых своих любимых передач – «АБВГДейку».

Она родилась случайно. Начальник управления дошкольного воспитания Министерства просвещения СССР Курбатова была в служебной командировке в Америке и там, естественно, смотрела местное ТВ. И обратила внимание на детскую учебно-развлекательную передачу «Сезам-стрит». Вернувшись на родину, Курбатова дала своим подчиненным задание обдумать создание подобной передачи на советском ТВ. Спустя три месяца эти размышления вылились в «рыбу» сценария передачи под названием «АБВГДейка». Придумал этот сценарий, как и название, популярный детский писатель Эдуард Успенский.

В первых 20 выпусках передачи главными персонажами были четверо клоунов: Сеня (актер Семен Фарада), Саня (Александр Филиппенко), Таня (Татьяна Непомнящая) и Владимир Иванович (Владимир Точилин). Эти выпуски потом повторялись в течение года. В 1978 годуначался новый цикл уже с другими клоунами (это уже были не драматические актеры, а профессиональные циркачи). Среди них были: Ириска (Ирина Асмус), Клепа (Виталий Довгань), Левушка (Валерий Левушкин) и др. Самыми популярными среди детворы стали Ириска и Клепа.

Отметим, что у советского ТВ был некоторый перебор с дидактикой и назидательностью, но в целом это было доброе и социально ответственное телевидение. ТВ капиталистической России уже совсем иное, поэтому и цели ставит перед собой другие: оно практически целиком «заточено» под голую «развлекуху», которая формирует аудиторию, «берущую от жизни все». Эту аудиторию не «грузят» моралью, считая ее анахронизмом, не учат справедливости, практически не воспитывают на хороших примерах. Посредством ТВ ее готовят к той жизни, которую можно смело назвать «джунглями, где выживает сильнейший». По сути, это прямой аналог того телевидения, которое давно существует на Западе.

Взять, к примеру, такую проблему, как показ насилия на экране. На советском ТВ подобной проблемы вообще не существовало, поскольку на сцены насилия там существовало строгое табу. Даже убийства, которые фигурировали в военных фильмах или детективах, были сняты столь целомудренно, что это нисколько не грозило психике зрителей. В то же время на Западе все обстояло диаметрально противоположно. Вот почему в начале 70-х тамошняя общественность начала бить во все колокола, пытаясь набросить узду на распоясавшихся телевизионщиков. Однако из этого мало что вышло. Вот как описывал эту проблему исследователь западного ТВ Р. Галушко: