Александр Терещенко - Быт русского народа. Часть 3
- Название:Быт русского народа. Часть 3
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Александр Терещенко - Быт русского народа. Часть 3 краткое содержание
Весьма жаль, что многие из наших с большими способностями литераторов уклонялись от своей народности; заменяли русские выражения иностранными и подражали слепо чужеземному. Старинные народные и нынешние песни убеждают нас, что можно писать без слепого подражания к другим народам. Какая сила и простота чувствований сохранились во многих наших песнях! Какой в них стройный звук и какая невыразимая приятность в оборотах и мыслях! Потому что все излито из сердца, без вымысла, натяжки и раболепной переимчивости. В них все трогает нас, потому что оно близко к нашим мыслям; потому что все это наше, русское, неподдельное; все проникнуто любовью к родине, отечеству.
В середине XIX в. вышла и почти сразу же стала библиографической редкостью книга известного ученого А.В.Терещенко «Быт русского народа» — первая попытка в России научной разработки этнографического материала. Однако до сих пор она не переиздана, хотя в свое время ею зачитывались и специалисты, и простолюдины.
Семь частей, составляющих это произведение, превосходят многие известные сочинения на аналогичную тему обстоятельностью изложения и объемом, но при этом изящно написаны и доступны восприятию любого, даже самого неискушенного любителя русской старины.
В третьей части описываются обряды крещения, похорон, поминок. Здесь мы знакомимся также с Дмитриевской субботой, о глубоком смысле которой многие сегодня уже не знают.
Печатается по изданию 1847–1848 годов.
Быт русского народа. Часть 3 - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
В Белоруссии поминальный обряд называется хавтурами [72]. Между жителями некоторых уездов Смоленской губер., (слово) хавтуры употребляется в разговорах вместо похорон [73].
В Олонецкой губ. поминовение совершается иногда целою деревней: для этого назначают день и налагают на себя пост. За два или за три дня до срока собираются к кому-нибудь из соседей, у кого побольше изба, и начинают стряпню сами гости. Хозяева выдают только припасы и ходят по углам избы с плачем и причитаньем. В назначенный день накрывают столы: один на крыльце, другой в сенях, третий в комнате, и толпою выходят навстречу воображаемым покойникам, приветствуя их: «Вы устали, родные, покушайте чего-нибудь». После угощения на крыльце идут тем же порядком в сени, и наконец в избу. Тут хозяин, обращаясь к покойникам, предполагая их присутствующими невидимо, говорит: «Чай, вы зазябли в сырой земле, да и в дороге-то, может быть, было не тепло. Погрейтесь, родные, на печке». Живые садятся между тем за стол и кушают. Перед киселем же, когда по обыкновению поют «Вечную память», хозяин открывает окно, спускает из него на улицу холст, на коей опускали покойника в могилу, и начинают провожать с печки невидимых покойников. «Теперь вам пора бы домой, да ножки у вас устали: не близко ведь было идти. Вот тут помягче, ступайте с Богом». Для такого обряда выбирают обыкновенно урожайный год. Здешние поселяне пашут еще могилы родных во время поминок, т. е. сметают с могилы сор, стелют на нее платок и потом рассказывают вслух покойникам, что случилось после их смерти [74].
В Малороссии и России есть свое мнение между простолюдинами, но там и здесь приносят кушанья и напитки, и чем побольше и повкуснее, тем, по мнению простолюдинов, приятнее покойникам, которые ниспосылают за то благословение на их дома. В иных местах Малороссии поминовения сопровождаются кутьею на медовой сыте и оканчиваются разными приправами на кореньях, закусками и водкою. В России употребительнее, в таких случаях, пироги с яйцами, печеное и тоже водка. Женщины и дети пьют тогда пиво и мед. Многие из женщин не отказываются и от крепких напитков. Из важнейших поминальных дней примечательна родительская суббота [75].
В Галиции по погребении покойника, все идут в корчму и там совершают по нему страву. Во время поминок поют жалобные песни, называемые похоронными.
Oj! umar Maciek, umar,
luz sie nic nie rusza;
Po kacie to taka sprawa,
Wyszla z Ma?ka dusza,
Oj! a wiezac go wieza,
Przez sam srodek wioski.
Oj! schodza sie do niego
Z calej wsi kumoski.
Oj! a wiezac go wieza,
W marmurowej trumnie.
Oj! a wychodzi harendarz:
«Wroc sie Macka do mnie!»
Umar Maciek, umar, juz ci go nie staje,
Odpusc jemu grzechy, milosciwy Panie.
Boc to czlek grzeczny,
Skoda ze nie wieczny.
Umial nas uciesyc, umial pieknie spiewac.
Lubial czesto takze w karczmie przesiadowac,
Piwa czesto kupil.
Kazdy sie z nich upil.
Sprawial nam ochoty i skrzypce najmowat,
Czasem do bialego dnia z nami tancowal;
Az nam wspomniert milo,
Jakto z Maikiem bilo.
Iuz teraz do karczmy niema po со spiesyc,
Macie juz nie przyjdze, kto nas bedzie ciesyc;
Juz nam nie zaspiewa,
Juz nie kupi piwa…
<���Ой! умер Мачек, умер,
Уж не шевельнется;
Такое дело:
Вышла из Мачека душа.
Ой! везут его, везут
На повозке.
Ой! идут за ним
Все его знакомые.
Ой! везут его, везут
В мраморном гробу.
Ой! выходит могильщик:
«Вручайте мне Мачека!»
Умер Мачек, умер, больше нет его,
Отпусти ему грехи,
Господи милостивый.
Хоть он человек грешный,
Не вечно же <���об этом> жалеть.
Умел нас утешить, умел красиво спеть,
Любил также часто в корчме просиживать,
Вино покупал,
Всех угощал.
Нанимал скрипачей,
Порой всю ночь с нами плясал,
Так что вспомнить мило,
Как нам с Мачеком было.
Уж теперь в корчму спешить нечего,
Мачек не придет, некому нас веселить:
Никто нам не споет,
Никто нас не напоит.>
Ojca, matki nie mam,
Przyjacieli nie znam;
Sierota ubogo,
Ken ia sie podziec mam?
A moia mamuniu,
Co ty w grobie lezysz!
Ja sie poniewiram.
A ty о tem nie wiesz!
Ja sie poniewiram.
Jak ptaszek po polu:
Nie moge zaplakal,
Od wielkiego bolu!
Od wielkiego zalu,
Padne do Dunaju;
Od wielkiej litosci,
Padne do chorosci [76].
<���Отца-матери нет у меня.
Друзей не знаю,
Сирота убогая,
Куда пойти мне?
А ты, моя маменька, в гробу лежишь!
Я пропадаю
А ты о том не знаешь!
Я пропадаю
Как пташка в поле,
Нет сил плакать,
Такая боль. От такой тоски
Прыгну в Дунай…>
V. ДМИТРИЕВСКАЯ СУББОТА
Знаменитая победа, одержанная в.к. Дмитрием Донским над татарским ханом Мамаем на Куликовом поле при р. Доне [77], (в самую субботу) (6 сент. 1380 г.), послужила основанием к установлению ежегодного поминовения, которое, по совету преподоб. Сергия, отправлялось между 18 и 26 числами октября как время всеобщего поминовения падших воинов за отечество. Импер. Екатерина II постановила (указ 1769 г. авг. 17), чтобы поминовение совершилось в день усекновения главы Ioанна Предтечи (авг. 29).
В российской истории сохранились многие примеры поминовения по усопшим. Царь Иоанн IV постановил в 1548 г. июн. 21 совершать память по воинам, падшим в неудачном походе противу Казани (в 1547 г.). В то время была ужасная зима: люди падали мертвыми от холода. Государь лично всех ободрял: обнажал сам меч и своим голосом призывал воинов к победе, но, к несчастию, сделалась оттепель, пошли сильные дожди, ломался лед на реках, и войско гибло.
Иоанн IV еще постановил синодики по умершим невинно в его царствование. По ним он велел петь панихиды и служить литургию собором в субботу сыропустную. Кирило-Белоозерской же обители предписал поминать их ежедневно. Монастыри дарил большими окладами, чтобы они молили Бога об усопших и о спасении его души. В духовном завещании он ставит в первую обязанность поминать прародителей и родителей, коим через то делается отраднее, а поминающим ниспосылается царствие небесное [78].
Царевна София, прикрывая несчастливый поход своего любимца кн. Вас. Вас. Голицына противу перекопских татар (1686 г.), который растерял около 200 000 воинов, объявила его победителем славным и никогда не слыханным и повелела внести в синодик имена всех падших воинов для поминовения в соборных церквах и монастырях. Церковным уставом 1668 г. предписывалось посылать в Покровскую субботу (октября 1) священников и архимандритов в убогие дома для совершения общей панихиды служить обедни по всем церквам и раздавать милостыню за упокой.
Дмитриевская суббота называется в иных местах Дмитрия Солунского [79], Родительскою поминальною [80]и Вселенскою [81]. В Литве поминки, известные под именем Дедин и Осенин, отправлялись в октябре месяце. У латышей они называются Божий день или Велли — обряд в честь богини вечности Веллоны; в западной Руси деды (dziady). В Ярославской, Вологодской, Вятской, Костромской и Нижегородской губер. удержалось название Дедовой, т. е. память по усопшим родителям, родственникам и друзьям. Там говорится: «На дедовой неделе, родители отдохнут», — это значит, когда первые морозы замораживают землю и потом настает оттепель; тогда простой народ думает, что покойникам делается в могиле теплее. Простолюдины уверены, что сами мертвые терпят стужу и нуждаются в поминальных пирушках.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: