Журнал «Если» - «Если», 2009 № 06

Только не подумайте, что я осуждаю Сару. Вы ведь знаете о моих грехах. Людям, живущим в стеклянных домах, следует переодеваться в подвале.

Итак, я не вернулся на прежнюю работу, но не жалею об этом. Благодаря плану распределения прибылей и нашим фондовым опционам, мы с Сарой за годы работы в корпорации Маккоркиндейла стали владельцами довольно лакомого кусочка. Мы продали наши акции — вызвав панику среди прочих акционеров — и вложили деньги в создание независимой исследовательской лаборатории. Лорен и Грег отклонили заманчивые предложения нескольких корпораций и теперь работают у нас.

У компании Маккоркиндейла дела плохи. На следующий день после увольнения Сары, половина научно-исследовательского отдела его корпорации была обнаружена в лаборатории нанотехнологий, одетая лишь в… короче, камеры службы безопасности записали все. Кадры получились шокирующие! Но одно доброе дело они, по крайней мере, сделали: теперь, когда записи показали по национальному телевидению, никто уже не верит в старую байку о том, что ученые — это сухари, лишенные сексуальных желаний.

Тем временем в нашей с Сарой лаборатории дела идут прекрасно. Мы уже запатентовали новую основу для нанесения косметики на базе нанотехнологий, которая меняет тон, подстраиваясь под выражение лица дамы. Отчеты о пробном маркетинге выглядят хорошо, и мы готовы начать производство.

Разумеется, бюджет у нашей лаборатории скромный, и нам приходится экономить. Поэтому мы с Сарой живем в одной квартире. Отношения у нас сложились замечательные: счета мы оплачиваем пополам, а по рабочим дням легкую домашнюю работу Сара берет на себя. Я возглавляю лабораторию, поэтому домашней работой не занимаюсь совсем.

По выходным Сара заставляет меня надеть парик и костюм горничной. Госпожа Таша ныне понижена в должности — со «строгой госпожи» до личной прислуги Сары. Поэтому на Ташу возлагается вся уборка, стряпня и поднятие тяжестей, и еще Сара учит Ташу делать педикюр и массаж ног.

Да, все мы очень счастливы.

Перевел с английского Андрей НОВИКОВ

© F. Gwynplaine MacIntyre. Smart Fashions. 2008. Публикуется с разрешения автора.

Тряхнув головой, я восстановил ясность мысли.

В моем кабинете, разглядывая задержанного, сидели я, зам и двое рядовых в форме — они произвели задержание.

Как он проник на территорию ЦЕРНа, Европейского исследовательского центра физики элементарных частиц? Как он миновал ограждение, весьма надежную охрану? С некоторых пор здесь введена строгая пропускная система. И она периодически ужесточается — накануне, а также во время ответственных экспериментов.

Охрану возглавлял я. В ее эффективности можно было не сомневаться.

До нынешнего утра.

Необходимо узнать все, чтобы исключить подобные эксцессы в будущем.

Как несправедливо…

Благословенный край. Одно из красивейших мест на планете. Женевское озеро в двух шагах, уютные деревушки. Заснеженные горы на северо-западе и сияющий Монблан на юго-востоке… Хотя ангароподобные здания среди полей, на границе Швейцарии и Франции, наверное, портят вид окрестностей.

Штаб-квартира ЦЕРНа — в Женеве, а его главный инструмент — Большой адронный коллайдер — здесь, на территории Франции. Элементы комплекса расположились по обе стороны границы. Международный проект — в подготовке участвовали две тысячи специалистов из полусотни стран.

Кое-что о проекте мне было известно в деталях, по долгу службы.

Сам Большой адронный коллайдер размещен глубоко под землей, в двадцатисемикилометровом кольцевом туннеле. В газетах его называют «генератором миниатюрных черных дыр». Чудики в нем разгоняют и сталкивают ядра атомов водорода, атомов свинца. Я не первый год занимаю свой кабинет. Но до сих пор отношусь к этим играм с некоторой опаской. Я обыватель. По мне, чем меньше дыр — тем лучше.

Иногда меня охватывает недоумение. Ведь я бывал внизу. От циклопических размеров оборудования замирает дух. Обывателю трудно представить себе напичканный сенсорами детектор сорока шести метров длиной и двадцати пяти — высотой. Ну а весит махина двенадцать с половиной тысяч, не килограммов — тонн. В коллайдере четыре детектора, они функционируют на разных принципах, однако все — огромные. Это сколько ушло металла, электроэнергии, труда…

А теперь еще несанкционированное проникновение.

Типичный очкарик. Немолодой, уже основательно потрепанный жизнью. С брюшком, правда, не таким солидным, как у меня. С унылым и в то же время наивным выражением лица. Одинокий, судя по всему. В мятом синем комбинезоне, белой футболке, синей куртке… На комбинезоне — знак ЦЕРНа, две хвостатые окружности, наложенные друг на друга. Это похоже на кусок трубы. Или на индукционную катушку в стадии намотки.

Сидит на стуле и виновато хлопает глазами.

Из когорты высоколобых чудиков. Не от мира сего. Я тут много видел таких. Не за их работой, в которой я ничего не понимаю. Чаще — в кафетерии ЦЕРНа, или, как здесь говорят, в кантине. Высоколобые чудики, небрежно одетые и вечно углубленные в размышления о тайнах мироздания, пьют свой утренний кофе с круассаном, вряд ли замечая вкус и того, и другого. На обед съедают фирменные блюда с названиями, далековатыми от кулинарии, но близкими к физике, к науке вообще, ласкающими слух ядерщика. Вечером иногда выпивают по кружке пива. Или грезят о прорывах в неизведанное, стоя на террасе кантины и глядя на белый от снега Монблан…

Неподалеку от Сасси, в чистом поле можно увидеть огромный павильон, очень похожий на летный ангар. Там один из входов в подземелье и оборудован лифт. Перед спуском выдают цветные пластмассовые каски, на случай аварии — кислородные маски. Внизу бетонные искусственные гроты, коридоры. Длинные ряды полок, заставленные непрерывно работающими компьютерами. Объединенные в общую систему, компьютеры ведут обработку информации, полученной в ходе экспериментов. Металлическая лестница. Узкий, освещенными лампами дневного света проход. Нужно идти, минуя поворот за поворотом. И вот павильон размером с футбольное поле, до потолка — двадцать семь метров. Сплошные кабели, трубы, котлы, насосы, детекторы, высотой с многоэтажный дом. А еще камеры, всюду камеры.

Неужели чудик надеялся пройти незамеченным?

Где он, кстати, мог остановиться? В отеле ЦЕРНа все номера на месяцы вперед наглухо забронированы.

И кто перед нами? Откуда?

Ни в одной доступной базе данных это лицо не встретилось. Отпечатки пальцев тоже не решили проблемы. Наоборот, только запутали. В его пропуске, в виде карточки с микрочипом, значилось — Мирко Стефанович, постоянный сотрудник ЦЕРНа. А этого не могло быть, несмотря на отдаленное внешнее сходство.