Данила Да - Восковое лицо

7.94, Москва КАТАНИЕ НА СТАТУЯХ Мы катались на статуях в ж°лтом скрипящем саду - Добрый конь, подожди - ты сказала, а то я сейчас упаду. Но не слушался конь, крошки гипса светились во рту, Сквозь еловый огонь пробирался с тобой он к мосту. А в дупле бюсты классиков пили за здравие вас Из фарфоровых тазиков, из общепитовских ваз, И пластмассовых кукол ряды окружали болота и мхи Гуттаперчевым бликам звезды сочиняя смешные стихи. И устал добрый конь, и светящийся рот приоткрыв Вдруг сказал - Ты не тронь меня, я от прогулки чуть жив. Полежим, поболтаем на ч°рной печальной земле, И в тумане растаем. Держалась ты крепко в седле И не слышала т°плых, усталых животного слов, Лишь разбитые ст°кла сверкали в ладонях мостов. 12-13.4.93 РЫБА-ДОКТОР Вдумчивый кораблик бледно-синий По волне зел°ной печени плыв°т Сквозь цветы разбухшие глициний, Человеческий душистый м°д. Пастырь полых глиняных кувшинов Прут стальной баюкает в руках, В компасе уставшая пружина Спит на перет°ртых ремешках. Добрый доктор, умудр°нный медик Из зрачков струит лучистый свет И мучнистые тяж°лые медведи Лапами неловко машут вслед. Пастырь зв°зд морских - он сам есть рыба, Рыба-доктор поднебесных вод. Если б ты нас спас, то мы смогли бы Видеть как корабль твой плыв°т, И в крестах, что заменяют мачты Гвозди медные блестящие горят. Словно рыба может что-то значить Под ланцетом рыбы-корабля. 9.5.93 ПАМЯТИ САН ХУАНА ДЕ ЛА КРУС Ничего в помине нет Только щ°лканье костяшек В плоскодонной ст°ртой чаше И два неба из монет Ничего в помине нет Ничего за дверью жд°т Кольца вязкие кидает Веселит нас и пугает И сигналы пода°т Ничего за дверью жд°т Ничего вокруг тебя Ходит губкой и сосудом Измельчив табак-рассудок Время детское губя Ничего вокруг тебя Только ковшик осиян Просит пить у диких уток И вода разжав желудок Мчит чаинки в океан Только ковшик осиян Только глина и ребро И жасмина куст горящий И трезубец говорящий Пожилое серебро Только глина и ребро Только рыба и огонь Гладкошерстный лес сосновый Чешуя морской коровы Оперение ворон Только рыба и огонь И бумажный вымпелок В день вес°лого гулянья Насекомых ликованье Сна мгновенного хлопок И глубокий потолок 17.6.93, СПб x x x Средь сутолоки городских жилищ, Кирпичных домиков мерцающих полей, Проходит день - безжалостен и нищ, Накрашен ярко. Лживый лицедей, Живой кадавр, смеющийся слепой, Разбрасывает мясо и еду, Тряс°т как п°с кудлатой головой, Скользит балетным мальчиком по льду. Кипящий свет и белый жировоск Как бабочка распл°скивает он. Жидом стареющим наводит нужный лоск На "пиво-воды" тусклый павильон. Горбатый карла, парниковый шут Железной цепью бь°т в небесный свод, Сгибает ивовый звенящий тонкий прут, Как сторож мечется у запертых ворот. Средь сутолоки пара и песка, Вращения семи небесных сфер, Струится день сырой парчой с лотка, То вдруг рычит, внезапно озверев, И падает как пьяница в сугроб, Ругается беззубым стариком, То недоверчиво подростком морщит лоб, Пульсируя невызревшим виском. А я стою в н°м медною елдой, Или бреду неведомо куда, Себя питая кислою едой Газет и книг. Седая борода Ещ° не оплела лицо мо°, Ещ° не сгнил и не ввалился нос, И не волочится навязчивым репь°м За мною пропитания вопрос. Средь сутолоки ваты и волос, Прогорклых масел, крови, бытия, Нелепица, загадочность, курь°з И светлый день приветствуют меня. 11.3.94 ТРИ БЕЗЛИКИХ ВЕЛИБРА (1). Сугробы и собственная лживость давят мне на глаза Я слепну от т°плого домашнего запаха И мандариновая кожура пахнет твоей кожей Бесконечно вздорно хочется угнать самол°т Забрызгать лакированной кровью Иллюминатор над лесопосадками Свердловска Потерять как монетку мир. Город загажен воспоминаниями Войлочные куколки продают в общепитовских кабаках Все подозрительно беременны И чернила выцветают раньше Чем успеваешь сжечь написанное Бумага кусает за пальцы Некто соблазняет 19-ю девушку Ну и чорт с ним Мне вс° безразлично Как тем самым сугробам Под моими геодезическими глазами Безразлично как сугробам Похожим на алкогольные утренние мешки (2). ОБЪЯСНЕНИЕ БЕД Я понял: что-то совершилось: Годовалый реб°нок выговорил мо° имя, Город сомкнулся как вода. Мне хотелось пить, Но, отчего-то, вокруг были только раздвинутые ноги купальщиц И слоновьи ступни водолазов. Хотелось застрелить обузу-тело Из целлофанового поджига, Но становилось вдруг жалко, И тело хотелось накормить зефиром. Голые истр°панные карты показали мне: Ты, сомнабулически бродящая по квартире, Ловишь вылетевшую из моей книги Ватную шамкающую моль; Я пытаюсь попасть в вену, Но, либо ломаю иглу, Либо обрываю красную ниточку; В черепаховом ларце умирает греческий Кащей. - Вот и пришли беды, - Вот и осыпались радости, подобно ногтям и роговице, - Чего уж боле? - Осень изводит вегетерианством. Пустить крохотную струйку крови, Залить и одеяло, и книги, и оставить на утро, Перестелить кле°нкой мосты. Рассказать себе про себя, Выслушать не перебивая, учтиво и молча, Превратиться в потустороннюю игрушку И свершившееся объявить Несбывшимся дурным предположением. (3). СОН Улите Горела ч°рно-белая фотография, Под невыносимо пронзительный голос Извивались булавки на лице, Китовый ус скручивался в спираль И вселенная, растопырив ладони, Протискивалась в яркую трещину. Бел°сые ландскапты покрывались коркой осязаемости, Мысль сделалась до того чуждой, Что е° можно было ухватить попер°к туловища пальцами, Деревья доедали запоздалых путников, Лошадь пыталась вывести на песке цифру 11, Ощутимо трещал оседающий под давлением эмоций небосвод, А я стоял как неотмщ°нная свечка в храме. 31.10-1.11.93 АМЕРИКАНЦЫ И ты, взопревший перев°ртыш Гинзберг, И ты, вымерзший как полое яблоко, Любитель бесплотных ликов ночных бабочек, Эдгар Аллан По Наступающее облако приближается И поглощает идущих вниз головами Под аркой нефритового моста исключений, А тех, что срываются вниз Упаковывают в ледокоиновый кокон массового целлофана. Ты, сломанный психиатрический крючок нерва, Наборматывающий паровозам италийскую скороговорку, Эзра Паунд, И ты, наглотавшийся собственных переизданий, Подозрительно зеленогубый ботанический глашатай Уолт Уитмен, В переводах востроносого палочника Мыльная пена разъедает корпус Романтической подводной лодки И тминный chewing-gum залепил единственный иллюминатор, А тех, кто спасся - выставляют в кровоточащих витринах И заставляют надувать щ°ки, Показывая в кулаке две т°плых коричневых вишни. Головоногие моллюски В л°гких нарывах слепого радикализма Вы бред°те спящими статуями По каучуковым лесам бесхребетных верлибров И прочими, едва заметными змеиными просеками Не всегда осмысленных размеров. 3.11.93 x x x В одеялах распоротых красного ватного неба Кувыркаясь в обломках гранитных расколотых крыл Междужильного мяса от птицы суш°ной потребовав Край ладони на память в раскрытые губы вложив Ты лежишь и земные змеистые трещины тело тво° покрывают Словно кукольный веер пластмассовый вереск трещит Не огонь - легкокрылые рыбы в подр°берных ямах гуляют И облитый эмалью волос распускается щит Телескопы направленны.Читать дальше