Анатолий Патман - Человек с танком

— Товарищи, а как же их война с немцами? — тут уже не выдержал ‘всесоюзный староста’, товарищ Калинин. — Неужели они готовятся воевать одновременно и с нами, и с ними?

— Ну, товарищ Калинин, они никак не собираются воевать с нэмцами. Ми имеем достоверные данные, что вся эта ‘странная война’ — только для вида. Изначально, товарищи, и англичане, и французы хотели направить фашистов на нас. Но пока у них это не получилось. Вот они и решили попробовать самим. Следовательно, нам слэдует ожидать их попыток замирения с Гитлером. Что скажете на это Вы, товарищ Проскуров?

Начальник тоже бывшего Пятого управления Наркомата обороны, а ныне Главного разведывательного управления, тоже, видать, подготовился как надо к этому совещанию. Формально он подчинялся хозяину кабинета, являвшегося наркомом обороны, но всё-таки фактически более плотно работал с будущим своим начальником товарищем Шапошниковым. Скоро должно была осуществиться полная передача этого управления именно в подчинение Генерального штаба. Товарищ Проскуров тут же постарался более полно дополнить слова товарища Сталина:

— Да, товарищи, это действительно так. Уже сейчас англо-французская авиация сбрасывает на Германию вместо бомб листовки, где немцев призывают незамедлительно замириться с англичанами и французами и отправиться в крестовый поход на восток. Они даже называют Гитлера струсившим рыцарем-крестоносцем, отказавшимся от крестового похода и капитулировавшим перед требованиями Москвы. На самом деле, политика французов и, особенно, англичан двоякая. Шарахаются из стороны в сторону, пытаются обмануть и нас, и фашистов. Вообще, целью руководства этих стран следует считать взаимное ослабление Германии и СССР. Гитлер, возможно, понимает это и поэтому осторожен в своих действиях. Тем не менее, как сказал товарищ Сталин, попытки с их стороны замирения с фашистами возможны в любой момент. Как нам стало известно, в руки англичан и французов уже давно попали немецкие документы о планах развёртывания наступления на Францию. Уже скоро вероятно обострение событий. Тем не менее, союзники, обладая превосходством в силах, ничего не делают для парирования этой угрозы.

— Вот ведь сволочи, стравливать нас хотят! Чтобы мы ослабли в войне с фашистами! А потом сами на всё готовенькое и диктовать нам свою волю? А то и уничтожить полностью? А не пошли бы они куда надо?!

Товарища Будённого можно было понять. Человек военный, он сразу же без обиняков высказал мысль, волновавший тут всех.

После короткой паузы опять слово взял хозяин кабинета:

— Ну, товарищи, ми не допустим такого развития событий. Для этого нам пока надо скорее разгромить финнов. И так, какими сведениями об иностранной военной и прочей помощи Финляндии обладаэте Ви, товарищ Проскуров? Ми думаем, что товарищам будэт интересно знать об этом.

— Согласно самым последним разведданным, товарищи, Финляндия морем и через Швецию и Норвегию уже получила до двухсот самолётов, преимущественно истребителей, столько же танков, прежде всего, из Франции и Англии, частично из самой Швеции. Также поступили, даже по самым скромным подсчётам, более одной тысячи артиллерийских орудий, тысяч пять пулемётов и огромное количество прочего стрелкового вооружения и самого разного снаряжения. Но и это ещё не всё. Финны получили и получают и другие товары, пусть и невоенного предназначения. К тому же, все поставки имеют тенденцию к росту. Растёт и количество ‘добровольцев’. Их уже прибыло в Финляндию до десяти тысяч человек, и из самых разных стран, особенно из скандинавских стран, прежде всего, из Швеции. Можно считать, что тут последняя выступает напрямую в качестве нашего противника, так как и разного вооружения, в том числе и тяжёлого, она поставила финнам довольно много. Отмечено прибытие значительного количества белогвардейцев из Франции и других стран Европы. Количество ‘добровольцев’ только растёт. Даже из САСШ, как ни печально, ожидается до тысячи человек. Бригадой товарища Черняховского пленены несколько немецких артиллеристов и захвачено вооружение, поступившее из Германии. Предположительно, в Финляндию прибыло и до полутысячи немецких ‘добровольцев’. Возможны и другие партии. Хорошо, что пока иностранные ‘добровольцы’ в основном не успели развернуться в боеготовые части. Но это уже скоро. Их подготовка идёт самыми быстрыми темпами.

— Вот ведь сволочи! И фашисты туда же! — Семен Михайлович никак не мог успокоиться. И, естественно, было за что.

— А как же быть с высадкой англо-французского корпуса, товарищ Шапошников? И нападением в Закавказье?

— Конечно, товарищ Калинин, обстановка накаляется. Но, помимо этого, имеются и другие тревожные факторы. Согласно внушающим доверие разведывательным данным из самых разных источников, через месяц-полтора следует ожидать эскалации боевых действий в Западной Европе. Можно говорить о Дании, Норвегии, потом о Бельгии, Люксембурге и Нидерландах. Но, главное, возможно обострение ситуации именно с Францией. Хотя, как уже отметил товарищ Проскуров, союзное командование полностью в курсе этого. По имеющимся данным, немецкое командование планирует ударить через Бельгию и Нидерланды по северу Франции. Вполне возможны прорыв танковыми клиньями обороны англо-французских войск, вплоть до Парижа, отсечение большей части союзных сил где-нибудь в районе побережья Ла-Манша и их полный разгром, с последующей капитуляцией Франции. Это ставит нас в трудное положение.

— Борис Михайлович! Как такое может быть? Ведь французская армия одна из самых сильнейших в мире. Да и англичане подсобят французам.

— Николай Алексеевич, пока это только прогноз. Но, к сожалению, мы в Генеральном штабе проанализировали имевшуюся информацию, и пришли именно к такому выводу.

Конечно, товарищ Вознесенский не совсем военный человек. Он мог и не совсем разбираться в чисто военных вопросах. Да и Лаврентий Павлович помнил о ‘Ленинградском деле’. Что там случилось в реальности, пока трудно было судить. Не хватало информации. Но повод для размышления и некоторых предварительных шагов уже имелся.

Конечно, несмотря на враждебные действия французов, советская сторона совсем не была заинтересована в их таком скором разгроме. Поэтому лично им, товарищем Берия, согласно пожеланию товарища Сталина, были предприняты некоторые шаги по доведению важных сведений, естественно, без ущерба для СССР, до определённых лиц с французской стороны, к примеру, Шарля де Голля, Поля Рейно, некоторых военных, как Жорж Катру, Феликс Эбуэ, Филипп Леклерк и других. Специальный человек отправился к некоему капитану Бийотту, с интересными для него самого, его отца и прочих других господ сведениями. Само собой, предупреждено было и руководство французской компартии. Как знал Лаврентий Павлович, аналогичные шаги осуществлялись, само собой, с согласия и даже по инициативе товарища Сталина, и по линии других ведомств СССР.