Анатолий Патман - Человек с танком

Советские танки сходу стали выбираться на дорогу. Финские солдаты под прицелом пушек и пулемётов стали поднимать свои руки ещё выше.

— Стрелковому взводу остановиться и разоружить пленных. Всем остальным без остановки на Лапинъярви, вперёд.

‘Полуторки’ начали останавливаться. Из них на дорогу посыпались уже красноармейцы. Они тут же стали брать финнов под прицел. Остальная колонна, не останавливаясь, прошла вперёд.

Танк Василия тоже ненадолго притормозил. Командиру группы любопытно было посмотреть на очередных пленных. Он осторожно выглянул из люка. Правда, что-то настораживало в этих финских солдатах.

Тут же к танку, пусть и опасливо, стремглав подбежал и обратился к высунувшемуся танкисту один из, видать, финских командиров:

— Sovjetiska soldater! Skjut inte, sn?lla! Vi ?r Svenskar! Vi har hj?lpt en finska flyktingar! Skjut inte! Vi ?r inte att k?mpa. Vi bara f?r att hj?lpa finska flyktingar! (Шведск., ‘Советские солдаты! Не стреляйте, пожалуйста! Мы шведы! Мы оказывали помощь финским беженцам! Не стреляйте! Мы не воевали. Мы только помогали финским беженцам!’)

Ба, так ведь солдаты-то не совсем в финской форме. Знаки-то на форме различаются. Так, и что же там лопочет ихний командир на непонятном, явно похожем на немецкий, языке?

— Товарьищ! Ми швьеды! Ми посланы командьованием для помочи финским бежьенцам! Женщьинам и детьям!

Нашелся, тоже подбежавший вслед за своим командиром, один смелый финн. Он вдруг что-то залопотал на плохом русском. Вот теперь хоть немного, но понятно!

Так, интересно. Ну и что тут делают шведы, да ещё с оружием в руках? Наверное, ещё ‘добровольцы’?

— ‘Добровольцы’? Борцы с коммунистами? Решили повоевать с советскими оккупантами?

— Ньет, товарьищ! Никак ньет!

Добровольный переводчик тут же стал шустро объяснять что-то, получается, уже шведскому офицеру. А тот сразу взял да энергично залопотал, да ещё энергично размахивая руками. А вот лицо так и осталось высокомерным. Надо же, даже бояться не хочет.

— Nej! Nej! Vanliga svenska arm?n! Vi har skickat ett kommando f?r att hj?lpa finska flyktingar. Humanit?ra insatser! Inte att k?mpa! (Шведск., ‘Нет! Нет! Регулярная шведская армия! Мы посланы командованием для помощи финским беженцам. Гуманитарная акция! Не воевать!’)

Что-то слишком нагло ведёт себя этот офицер. Хочет показать свой гонор? Так, и что он забыл на советско-финской войне?

— Нет, товарьищ! Не добровольно! Шведская регульярная армия! Ми посланы командьованием для помочи финским бежьенцам! Не воевать! добровольно! Командьование!

— Так, что, теперь и шведская армия решила повоевать с Красной Армией? Ну, ничего, сейчас разберёмся! Лейтенант Леонтьев, разоружите всех этих шведов, рассадите по машинам, и поедем дальше.

Но дальше стало ещё интереснее.

— Командир, похоже, в остальных машинах гражданские. Военных не наблюдается. Тут и женщины, и дети. Мужчин тоже хватает, но без оружия. Что делать?

Вот на этот раз доклад боевого охранения действительно застал командира рейдовой группы врасплох. Ведь всё-таки ожидались отступающие финны, а никак не гражданские.

— Митяй, вы там поосторожней. Неужели беженцы?

— Точно, командир, беженцы. Оружия не видать. Десяток грузовых автомашин и примерно столько же легковушек. Пара тракторов. Что делать?

Василию никак не хотелось иметь дел с финскими беженцами. Да и время поджимало. Главное при прорыве для него что — как можно быстрее выдвинуться вперёд и занять узел дорог там, можно и населённый пункт, чтобы воспрепятствовать отходу противника к Хельсинки и не дать вражеским резервам где-либо закрепиться на выгодной позиции.

— Конечно, тормозить. Пусть останавливаются и ждут наши части из второго эшелона. Там разберутся.

При виде советской механизированной колонны финские беженцы, в большинстве своём, как оказалось, действительно женщины и дети, хотя, и мужчин в гражданской одежде хватало, частью сами начали спрыгивать с машин и разбегаться в лес. Правда, большая часть, похоже, не успела очухаться. Выехавший на дорогу советский бронетранспортёр ещё добавил паники. Но несколько очередей поверх голов, и смельчаки тут же торопливо попадали в снег. Все, финская колонна встала полностью и теперь только ждала милостей от советских оккупантов.

— Лейтенант Леонтьев! Команда отменяется. Возьмите пару отделений и отведите и шведов, и всех гражданских в лесок, откуда мы выехали. Вместе с вами остается бронетранспортер. Задача — дождаться наших и сдать всех их советскому командованию. Там разберутся. А потом или догнать группу, или как решит командование.

Конечно, было жаль лишиться лишних пару отделений бойцов. И оставлять бронетранспортёр жалко. А что делать?

— Ель-один! Докладывает сосна-один. В квадрате тридцать три взяли в плен до взвода шведов, кажется, даже во главе с офицером. Дополнительно там же остановили автоколонну финских беженцев численностью до двухсот человек. Для их охраны оставляю два отделения во главе с лейтенантом Леонтьевым. Продолжаю выполнение боевой задачи.

— Молодцы, сосна-один! Опять ‘добровольцы’?

— Нет, говорят, что регулярная армии. Мол, помогали беженцам.

— Даже так? Надо же, помощнички! Ладно, сосна-один, командование разберётся. Пусть твои пока поохраняют их там. Батальон уже начал движение. Часов через четыре-пять выйдем в нужный квадрат. Продолжайте движение. Скоро к этому Лапинъярви подойдут самолёты и начнут высаживать десант. Так что, будьте повнимательнее. Василий, поаккуратнее там. Поддержи ‘крылатых’.

— Есть, ель-один!

Танк Василия быстро догнал основную группу, уже начавшую разворачиваться в некоторое подобие боевого порядка. Вперёд выдвинулись три трала, и за ними в три колонны собрались танки с бронетранспортёрами. Остальные силы остались на дороге.

Батарея САУ на всякий случай произвела короткий артиллерийский налёт фугасными и осколочными снарядами по окраине уже отчётливо видневшегося финского населенного пункта. Там явно наблюдалось что-то типа наспех оборудованной оборонительной позиции. Было и сплыло! Мощные снаряды быстро сравняли это с землёй. Похоже, некому стало сопротивляться. Удалось заметить только несколько шустро утекших в тыл, вглубь деревеньки, фигурок из войска противника.

— Сосна-один! Докладывает Воздух-один! Приближаются наши самолёты. На юго-западной окраине населенного пункта будет высажен воздушный десант. Воздух-два просит ускорить атаку.

Сразу же после этого радостного сообщения авиационного корректировщика командир группы скомандовал начать атаку.

Вид грозных танков мог напугать кого угодно. Со стороны Лапинъярви раздались только редкие выстрелы, и то они скоро затихли. Помогли смельчакам и самоходки, мгновенно пославшие в обнаружившие себя огневые точки фугасные снаряды.