Екатерина Флат - Академия попаданцев

Подойдя к двери, я только было собралась постучать, как услышала за ней приглушенные голоса. Не стала бы подслушивать, да только собеседник эльфа явно был кем-то знакомым. Но я никак не могла понять, кто это. Притом разговор оказался прелюбопытным.

– Меня совершенно не волнует судьба академии и всего этого сброда, который здесь ошивается, – презрительно говорил Раэль. – Но и подставлять себя я не собираюсь.

– Так никто ведь и не узнает, что это именно ты, – вкрадчиво возразил неизвестный. – Да и условия, согласись, весьма привлекательные. Ты не отвечай пока, подумай. Я смотрю, ты сейчас немного не в настроении, так что поговорим об этом чуть позже.

Послышались шаги. Видимо, говоривший собрался уходить. Добежать до лестницы я уже никак не успевала, но и быть застуканной тоже не хотелось. Испуганно заметавшись, я дернула ручку следующей двери. Та, к счастью, оказалась не заперта. Едва я успела проскользнуть внутрь, как из комнаты эльфа кто-то вышел. Уже собралась незаметно выглянуть, чтобы посмотреть на собеседника Раэля, когда позади меня вдруг раздался мрачный голос:

– Что ты здесь делаешь?

Чуть не подпрыгнув от неожиданности, я резко обернулась. И ничего не увидела. В комнате было слишком темно. Практически непроглядно. Впрочем, мне и голоса хватило, чтобы понять, к кому я попала. Пусть я его и не видела, но, как известно, ночью все кошки серы. Точнее, в темноте все темные властелины темные.

– Ты поверишь, если скажу, что я вовсе тебя не преследую, а просто случайно ошиблась дверью? – у меня вырвался нервный смешок.

– Нет, – все так же мрачно раздалось из темноты.

А вдруг Савельхей был сейчас без плаща? А вдруг это не в комнате темно, а это сам темный властелин вокруг? А что если он и вправду просто мыслящая тьма? А я вот топчусь здесь по этой тьме! Мало ли, вдруг я сейчас ему на ухо наступила?! Ну или чем там темные тучки слушают.

– Будем считать, что я просто заглянула к тебе в гости, – я лихорадочно пыталась нашарить в темноте злополучную ручку двери. – Но раз ты такой негостеприимный, то уже ухожу. Извини за беспокойство.

– Ты странная, – кажется, он усмехнулся.

Ага, это я-то странная. А он, растекшийся по комнате болтливый кусок темноты, значит, нормальный.

К счастью, ручка все-таки нашлась. Я тут же распахнула дверь. В слабом свете коридорных факелов смутно обрисовались очертания комнаты. И сам темный властелин. Нет, он оказался не тучкой. И даже не трехглавым чудищем. Я успела заметить мужской силуэт, но толком разглядеть не получилось. Дверь захлопнулась, едва не стукнув меня по любопытному носу.

– Грубиян негостеприимный, – фыркнула я тихо.

Зато теперь было не страшно идти к Раэлю. Окончательно набравшись храбрости, я чуть ли не с пинка открыла дверь в его комнату. Я не специально, просто споткнулась немного, но зато появление вышло эффектным. Принц даже вином подавился, которое задумчиво попивал из высокого бокала, расположившись в шикарном кресле.

– Анжелика? – прокашлялся он.

– Нет, конечно, – мрачно буркнула я, проходя в комнату, – это единорог-оборотень пришел откручивать твои уши вместе с головой.

Раэль закашлялся еще сильнее. Я даже по доброте душевной хотела его по спине похлопать. Каминной кочергой, к примеру. Но решила все же сдержать свое милосердие.

Похоже, в распоряжении принца была не одна комната. Сейчас мы находились в подобии прихожей-гостиной, из которой вели еще три двери. Ну и где вот справедливость? Четыре комнаты на одного эльфа, а мне приходится тесниться в одной вместе с нимфой и единорогом.

Я села в кресло напротив Раэля и решила сразу переходить к делу:

– У меня к тебе важный разговор.

Он ничего не ответил. Налил себе еще вина и смотрел на меня так снисходительно, словно я к нему сдаваться пришла.

– Предлагаю договориться по-хорошему, – продолжила я холодно, – ты никому ничего не расскажешь про единорога, а взамен я не расскажу, что из-за тебя в академии оказалась не настоящая избранная.

– Ты и так никому ничего не расскажешь, – Раэль самодовольно хмыкнул. – Наверняка прекрасно знаешь, что тебя в таком случае просто-напросто убьют. А мне никто ничего не сделает. Я – принц, Лика. Передо мной все руководство академии на цыпочках ходит.

Так, ладно, план «А» не сработал. Переходим к плану «Б».

– Ну допустим, – я старательно сохраняла невозмутимость. – А что, если за твою болтливость тебя кое-кто на тот свет отправит?

– Кое-кто – это кто? Ты, что ли? Или единорог твой? – он расхохотался. – Нашла, кем пугать!

– Кое-кто – это темный властелин, – я мило улыбнулась. – Мы, видишь ли, с ним хорошие друзья. Даже больше чем друзья. А он как раз мне тут на днях говорил, что ему не хватает эльфийского скальпа. Для коллекции.

Раэль даже на мгновение в лице изменился. Видимо, его белобрысый скальп был уж очень ему дорог. Но, увы, эльф быстро с собой совладал.

– Савельхей ним Шагрех? Ты блефуешь. Неужели ты думаешь, я поверю, что тот, кого здесь до ужаса все боятся, обратил внимание на такую мелкую букашку, как ты? – он усмехнулся. – Да если бы ты посмела ему хоть слово сказать, тебя бы уже давно в живых не было.

Учитывая, сколько я слов Савельхею уже сказала, я – просто-напросто ходячий труп. Спасибо Раэлю за просвещение, сама бы ни за что не догадалась.

– Ты его боишься, – я не удержалась от злорадства.

– Так ты пришла говорить о темном властелине или о своем дражайшем единороге? – сухо парировал эльф.

Ладно, куда деваться, переходим к плану «В».

– Не говори никому про Бонифация, – попросила я. – Он, в конце концов, ничего плохого не сделал.

Отставив бокал на круглый столик, Раэль встал, подошел к креслу, в котором я сидела, и, опершись о подлокотники, наклонился к моему лицу.

– Раз уж тебе так дорог этот единорог, я буду молчать. Но только если ты пойдешь на уступки.

Как же мне хотелось сейчас чем-нибудь врезать по его физиономии, чтобы стереть эту самодовольную улыбку!

– Это, интересно, на какие? – мрачно поинтересовалась я.

– Ты ведь понимаешь, чего я хочу. Так давай не будем ходить вокруг да около. Я тебя притащил в академию не для того, чтобы бегать за тобой с уговорами.

– Не бойся, – прошептала я с милой улыбкой, – бегать не придется. Больше никогда.

И со всей дури пнула его, куда придется. Пусть мои кровожадные надежды на перелом какой-нибудь эльфийской конечности не оправдались, но удар наверняка получился весьма чувствительным. Витиевато выругавшийся эльф согнулся в три погибели. Я не стала дожидаться, пока он очухается, и выбежала из комнаты.

Понимая, что хуже все равно уже не будет, я решила осуществить план «Г».

– Уважаемый Августис! – с порога выпалила я, залетев в кабинет ректора. – У меня в комнате живет единорог!