Сергей Серобабин - Расходники 1.1

Дальше было проще, все золотые и серебряные изделия переплавили в стандартные слитки. Камни и жемчуг спрятали до лучших времен, некоторые из них были довольно приметные. Здраво рассудив, переплавили еще и часть наличности. Дабы не пришлось объяснять при случае такое большое ее количество, помня как еще недавно в Великих Луках расплачивались мелочью из другого мира. Довершающим штрихом в создании алиби стало уничтожение глиняных форм для слитков. Итого, вся операция по экспроприации средств и их последующей легализации заняла трое суток. С получением гражданства, тоже все вышло в лучшем виде, здесь свою роль сыграло импровизированная стекольная мастерская. Местный градоначальник почуял выгоду и довольно легко согласился, при этом правда не забыв существенно уменьшить их финансовые резервы. И хоть ушлого менеджера такая дыра в бюджете не сильно расстроила, как пришло - так и ушло, но все равно пообещал отплатить чиновнику сторицей.

Оставшись за старшего, хирург столкнулся с еще одной проблемой, к нему повалил народ с целью поплакаться в жилетку, а некоторые с претензиями. Почему их мнение ни кого не интересует? На такие заявления Рябушеву сначала просто хотелось послать этих юристов, экономистов и прочих маркетологов куда по дальше. Тем более, что большинство революционных идей типа железной дороги и казино было уже высказано и со всех сторон обсосано ещё во время пути. Землекопами на стройку народ идти не хотел, таскать бревна как Игорь с Саней и Себастьяном им было западло, бегать по стройке с рейкой было ниже их достоинства. Ну и понятно, что сам тахеометр вызывал у настоящих и будущих клерков не поддельный ужас. Да, в вопросе профессионализма это время предъявляло еще более жесткие требования, но мастеру своего дела или просто человеку решительному, готовому взяться за любую работу, он предоставлял шансов ни чуть не меньше. А может даже и больше, по крайней мере, их мир знал не один подобный пример, которых по мере развития цивилизации становилось все меньше и меньше. Но все же Рябушев придумал, как занять народ и даже нашел подходящее дело в рамках их навыков.

Маркетинговые исследования. Дело не сложное, толика внимания и десять тонн терпения, вот собственно и все. И народ с жаром взялся за дело, старательно выцарапывая на бересте результаты исследований. Когда Рябушев взялся почитать итоговые результаты, оставшиеся волосы на его голове встали дыбом. Вот угораздило попасть в автобус набитый офисным планктоном. Чем они занимались на работе, было решительно не понятно. Как они могли работать в их мире пересыщенного потребителя, если здесь выдавали на гора такие результаты. Хотя, раз с голоду не умирали, значит как-то работали. Чего стоил перл про острую нехватку гвоздей и шурупов, для рынка, где металл был в дефиците и стоил серьезных денег, за горсть гвоздей из дерьмового железа можно было купить живого барана. Даже лошадей подковывали только тяжеловооруженные всадники из княжеской дружины. Попался один раз толковый отчет с примерными расчетами. Производство мебели, в принципе могло и сработать. Милан, по местным меркам человек состоятельный, а из мебели столы, лавки, да многочисленные сундуки с добром. Кровать в доме была только одна, для хозяина и его супруги, остальные спали на лавках, печи или специальных лежаках над печью.

Время шло, народ дурковал и требовал денег все больше, а здравых идей становилось все меньше. После выходов в город, начали приходить на веселе. Наконец, Рябушева все это конкретно достало и пришлось прибегнуть к старому и проверенному жизнью методу. Во время традиционной шахматной партии после ужина, попросил Милана замордовать народ на работах и в средствах для достижения поставленной цели не стесняться. Новгород был на подъеме и работы на верфи всегда хватало. Да и хозяин их был человек опытный, сразу понял, что к чему. Понимающе хмыкнул и пообещал помочь.

Следующим вечером, самый горластый гражданин, вернулся с ухом фиолетового цвета, ладони у кораблестроителя по твердости были как дубовая доска, из которой он строил свои корабли. Утром бузотер попытался устроить забастовку, лучше бы он этого не делал. Ведь прекрасно знал, как здесь решаются трудовые споры. В общем, Милану для завершения переговоров в свою пользу, потребовалась одна пощечина, и один направляющий пинок, когда борец за права рабочего класса очнулся. Народ продержался три дня, а потом в полном составе выразил желание внести вклад в общее дело, а именно, пополнить ряды строителей на загородном объекте. Вот и славненько и от городских соблазнов дальше, и Олегу дармовые землекопы.

А через две недели после отъезда Алексея, они стали рабовладельцами. Было это так. В ночь с субботы на воскресенье неожиданно появился Олег. В городе он бывал практически каждый день, но не заезжал, все мотался по мастерским ремесленников, размещая многочисленные заказы. Посмотрев на его состояние, Рябушев немедленно отправил его спать. Подлетел соскучившийся по приятелю Вторак, предложил отправиться сразу к девочкам в веселую слободку, но разглядев красные от недосыпа глаза менеджера предложил перенести визит на завтра.

Утром, уже заметно отдохнувший строитель поделился проблемой. Дела на стройке как в городе, так и в лесу, шли успешно. Плотницкие артели и народ подряженный на земляные работы, совершенно спокойно работали весь световой день. Плохо было одно, они работали в рамках уже заключенного договора и все возникающие по ходу строительства доработки, требовалось оплачивать отдельно. Прижимистый менеджер попытался нанять народ на постоянную работу с фиксированной зарплатой, но потерпел неудачу. Разнорабочего на сезон - пожалуйста, уже толпой следом ходили. А толкового кузнеца и плотника было не уговорить. Разовый заказ - пожалуйста, а за зарплату ни в какую.

За советом пошли к Милану, вникнув в суть проблемы он очень удивился. Типа, а вы что хотели. Новые люди, новое дело, не понятно как и куда пойдет, может только под откос. Да и не любил народ на чужого дядю спину гнуть. Плотники предпочитали работать артелями, кузнецы по одиночке. Собственный труд продавал как правило неквалифицированный персонал. Феодализм - туды его. Но выход был, приобрести подходящего раба. Судя по кислой роже управленца, перспектива стать рабовладельцем его ни капли не радовала. Но видимо необходимость и впрямь была серьезная, после минутного колебания, Олег махнул рукой на неизбежное зло, согласился.

Милан с супругой как раз собирались на променад и любезно согласились помочь в столь не легком деле. Знакомый работорговец жил на торговой стороне, так что пришлось прогуляться. По прибытию, Рябушев ожидал увидеть классического работорговца из старых имперских фильмов, но действительность разочаровала. У него было спокойное лицо уверенного в себе человека, без печати порока, которая так часто присутствует у всяческих подонков. Врач мысленно одернул себя, здесь работорговля не считается чем-то отвратительным, обычный бизнес, ни чем не хуже чем у девчушки с их улицы торгующей пирогами. Взять к примеру Милана, для своего времени человек просвещенный. Владелец библиотеки аж из пяти книг, одна из которых на греческом. А туда же, держит двух рабынь и трех холопов, которые не рабы, но очень близко. Конечно, для них нет субботней порки, и мозолистая ладонь корабельщика отпускала им лещей ни чуть не чаще чем собственному сыну. И ели они за одним столом с хозяином, были практически как члены семьи, но все-таки...