Валерий Теоли - Сандэр. Убийца шаманов

В трансе не чувствуешь боли. Поврежденные при атаке на одержимого волокна мышц, повинуясь моей воле, срастались. Еще чуть-чуть – и они будут в полном порядке.

Впервые войдя в боевой транс второго уровня, я потом пробыл седмицу без сознания. Очень энергозатратно для организма и астрального тела, отката не выдерживаю. Второй уровень, конечно, крут. Микроповреждения затягиваются в мгновение ока, используешь предельную для физического тела скорость. Для вхождения надо пробыть на первом уровне самое меньшее полчаса. Переход осуществится автоматически.

Этой технике, по словам Гварда, боевых магов из личного охранного отряда императора обучают. Откуда зверомастер ее выучил, непонятно. Для меня, продвинувшегося в телесности дальше, чем Лилька, и полагающегося на оружие и собственное тело в большей степени, чем на колдовство, боевой транс – самое оно.

Рано для его применения. До перехода минут двадцать. Эх, чую, наша с сэккой дуэль завершится раньше. С шустрой похитительницей шаманов на втором уровне только и сражаться.

Что за?.. Лоа, вселившийся в больных детей, задвигался. К идущей прямиком ко мне сэкке потекла смоляная жидкость от гиганта-миньона. Она змеилась по земле со скоростью бегущего человека. Достигнув ступней, чернота поползла вверх по ногам сплошной массой.

Твою же дивизию! Младшие лоа гибнут от ран, нанесенных оружием древних паладинов. Взбиравшаяся по женщине тьма живее всех живых, ее не берет ни намоленное лунное серебро, ни астральные атаки отшельника. Вывод напрашивается неутешительный. Либо я не смыслю в духах, либо свиту похитительницы составляют старшие духи, малоуязвимые для магического оружия. Не зря ведь убитые мною одержимые вопили при контакте с паладинским копьем.

Подчинение старшего лоа доступно могущественнейшим шаманам и старейшим. Кто ты такая, сэкка?

– Ты причинил боль моим детям, – прошипела она. – Ты убил их!

Так те чернявые – твои детишки? От кого же ты родила таких милашек, стесняюсь спросить? Никак от кого-то из воплощенных духов нагуляла.

Выпад волосяных жгутов просвистел в миллиметрах от моей щеки. Уф, еле увернулся. И опять разорвал мышцу в районе поясницы. Перекатившись влево, я встал на корточки сбоку от похитительницы и прыгнул вперед, бросая ритуальный нож ей в спину. На клинок наложены чары, вредящие духовным сущностям. Нож отлетел, отбитый ожившими волосами.

Ну давай, иди за мной, синька проклятая. Ты хочешь со мной поквитаться. Вот он я!

Она развернулась, сверкая антрацитовыми глазищами от гнева. Добыча не хочет стоять на месте. Плохая добыча! Правильно, злись на меня.

Я ухмыльнулся ей, разведя руки. В правой копье, в левой зажат горячий подарочек. Мы на пустом пространстве, своеобразной площади. Хижин в радиусе десяти метров нет, синекожих мои маневры не зацепят.

Сэкка взмыла в полночное небо, явно намереваясь покончить со мной. Развевающиеся волосы стрельнули в меня дюжиной прядей-шипов. Отскакиваю и швыряю в них глиняный кругляш с сорванной печатью.

Зеленое пламя взрыва поглотило и волосы, и их хозяйку. Разнесшаяся ударная волна сбила меня с ног, повалила на спину, осыпав пылью и землей. Инстинктивно я перевернулся на живот и откатился, откашливаясь и моргая от мелкого мусора. Кроме звона в ушах, никаких звуков. Ох, и шандарахнуло. Переборщили, видать, с дозой гремучего зелья алхимики. Экспериментальный прототип, чтоб их.

Протерев глаза, вижу стоящую в клубах пыли сутулую женскую фигуру. Растрепалась прическа-то, и сама сэкка не в лучшем виде. Черты лица заострились, состарилась лет на десять. Вот ведь терминаторша. На ней ни царапинки, разве что макияж испорчен.

Меня окатило злобой, исходящей от похитительницы. Губы противницы зашевелились, слов из-за гула в ушах я не расслышал. Да и не особо хотелось. Наверное, очередную гадость сказала.

Подобравшись, словно кошка, она прыгнула вновь, на этот раз по низкой дуге. Обгоревшие волосы извивались тонкими короткими обрубками безголовых змей, придавая троллихе сходство с чудовищной горгоной. На ее длинных пальцах выросли черные длинные когти.

Я отскочил, выставив перед собой копье. Сэкка перехватила оружие у наконечника и взмахнула свободной рукой, целя мне в корпус. Ух, близко. Отклоняюсь, чувствуя распарывающие одежду когти, и бью ногой под дых. Будто о камень ударил. Она не покачнулась, копье только выпустила. Упав на спину, перекатываюсь назад и вслепую описываю копьем полукруг на уровне тролльего живота.

Задел все-таки. Отшатнувшаяся сэкка оскалилась и припала к земле. Под грудью у нее образовалась рана, за несколько секунд затянувшаяся в рубец. Чернильная дрянь растеклась пленкой, уподобив женщину одержимым.

Восстановление – лишнее доказательство мощи нашего врага. Не мгновенное, правда, но сравнимо с действием драконьей крови. Лунное серебро бесполезно, и нападать с копьем бессмысленно. По силе старший лоа, причем близок к старейшему. У меня нечего противопоставить противнице из обычных приемов, надежда на имперскую магию.

Я отступал к частоколу, ночная гостья тем временем изменялась. Стопы с хрустом трансформировались, образуя копыта вроде оленьих. Присев, она молниеносно распрямилась, прыгнув аж к воротам на запредельной для человеческого восприятия скорости.

Она сбегала. С ее точки зрения, правильное решение. Думаю, у нее шансов было бы больше, останься она в деревне. Жители сыграли бы роль заложников, и мы не смогли осуществить план.

Сэкка попробует лунный барьер на зуб. Он довольно прочен, чтобы задержать старшего лоа, ей придется с ним повозиться. О, вижу, мои молодцы доставили верховного к дому вождя. Отлично. Пора заканчивать.

– Алисия, – прошептал я, дублируя зов по мыслесвязи.

В следующее мгновение Тюрьма Четырех Ветров перестала существовать. Освободившийся воздух, гудя, заставил принять позу поустойчивее. Из хижины брызнуло ярко-желтыми лучами, вонзившимися в землю за постройками у частокола. Земля задрожала, раздался нарастающий рокот, и ввысь ударили колонны огня, слившиеся в кольцо.

«Печка» в действии.

Представляю, что творится за барьером. От хижин до леса разверзлась пучина ада. Вспомнилось описание Доспехов Алого Серафима. Автор уверял, в огне плавятся зачарованные эльфийские и гномьи панцири. Должно быть, завтра развернется постройка нового частокола. Не беда. Зато разрешится проблема с похищениями и убийствами троллей.

Из пламени послышался неистовый, наполненный болью и ненавистью вопль, перекрывший рев созданной магией стихии. Его не могло исторгнуть ни горло человека, ни горло синекожего. Он продлился совсем недолго и затих.

Я отвернулся от слепящего зрелища. Тело наливалось тяжестью, предшествующей окончанию транса. Почему так быстро? По моим прикидкам, минут пятнадцать в запасе есть.