Галина Гончарова - Первые уроки

Рабство вообще-то в Уэльстере не процветало. А вот в Даркоме или Варийском Ханганате — за милую душу. Поэтому всегда находились лихие парни, которые ходили вдоль берегов или по рекам, покупали людей — или захватывали в плен, кто там в Даркоме будет разбираться — и продавали живой товар.

Конечно, шли на риск, но прибыль обычно окупала все.

Фарни был как раз одним из таких людей. Ходил в Уэльстер, в Ативерну, в Ивернею… цену платил хорошую и не обманывал. Двое не первый раз продавали ему людей — и знали, что с Фарни можно иметь дело.

— Фарни здесь?

— Ну да. Скоро отплывать будет. Подержит этого в трюме… он молодой, здоровый, симпатичный, ученый, опять же… монеты три за него точно дадут?

Три золотых на дороге не валялись. Поэтому товарищ подумал — и кивнул.

— а давай. Все равно от Фарни не вырвешься и сюда не вернешься…

Сложно сказать — повезло Лонсу или нет. С одной стороны его должны были убить. С другой стороны — разве оказаться в трюме работорговца многим лучше?

С другой же…

Золото на дороге не валялось. У одного из мужчин дочка должна была скоро выходить замуж. и позарез нужно было приданное. А второй, по своей молодости, работал на шута совсем недавно. И не знал, как тот расправляется с нерадивыми или неисполнительными подчиненными. Один поддался жадности, второй решил, что все обойдется — и приказом пренебрегли.

Впрочем, если бы все прошло как надо — им все сошло бы с рук. Но Мальдоная любит такие ситуации. и никогда не упускает шанса дернуть за веревочки.

* * *

Дарий краснел.

Бледнел.

Зеленел.

А была бы возможность — вообще бы залез под пол.

Обычно все шалости сходили ему с рук (справедливости ради — эти шалости касались только крестьян и простолюдинов из ремесленников) но сегодня отец разошелся не на шутку.

— Альдонай, за какие грехи ты послал мне этого недоумка!? Чем я так провинился пред тобой!? Ты что смотришь, недопесок!? Ты хоть понимаешь, что ты наделал?!

Дарий только глазами хлопал. Его вообще выдернули прямо из постели!

А кто виноват, что эти вирмане появились на причале только ближе к рассвету!? Дарию уже надоело их там ждать, но жажда мести была сильнее. А без него стражники точно хватать бы никого не стали. И так одного вирманина упустили, козлы…

Отправив оставшихся пятерых в тюрьму (подвал под ратушей) Дарий вернулся домой и лег спать. И спал, пока стража не выдернула его из постели.

Ему дали справить нужду и одеться. А потом запихнули в карету и отвезли в ратушу. Где отец — барон Торий Авермаль и устроил ему разнос.

И спрашивается — за что?!

За вирман!!!

Хотя это могло и подождать! Посидели бы! Могли бы и дать ему выспаться. А тут!

Отец весь красный, злой — и орет так, что стены трясутся.

— Да ты хоть понимаешь, что наделал?!!

— Да что я такого наделал?! — искренне возмутился Дарий. — Это же вирмане! Разбойники!! Пираты!!! Их и надо арестовать! Судно отобрать в казну, а их самих продать на рудники!!!! Почему нет?!

Барон схватился за голову.

— Альдонай!!!

— Отец, да в чем дело?!

Дарий искренне не понимал, в чем он неправ. Это же вирмане!!!

— Да в том, что за ними — Вирма!!! Именно, что вирмане!!!

Барон, видимо устав орать, уселся в кресло и выдохнул. Посмотрел на стоящего посередине комнаты сыночка.

— Ты понимаешь, что слухи не остановить?! Кто-то что-то скажет, кто-то подхватит — и слух о том, как мы поступили с вирманами, дойдет до их острова?!

— И что?!

— Они живы, потому что они за своих горой. Они пираты, разбойники, негодяи, но ни один вирманин не нарушит слова. И если обидят одного вирманина — за него горой встанет весь остров. Если все по справедливости — суд, следствие, вина — это одно. Но тут!!! Ты же просто велел страже арестовать их! Просто так!!!

— Ты же сам сказал — они пираты!

— а на них кто-то пожаловался?!

— Можно найти…

— Ага… ты лучше подумай, что ты скажешь, когда сюда нагрянет флотилия островитян, и поинтересуются — кто обидел их родных?

— Родных?

— Они там все на Вирме друг другу родные!

— Но отец…

Барон прошипел что-то невнятное сквозь зубы и чуть остывая, поинтересовался:

— Если их отпустить… ты больше ничего не успел натворить?

— Отец!!!

— С другой стороны — вирмане…

Неизвестно, до чего бы додумался мэр, но дверь комнаты распахнулась. И с такой силой треснулась об стену, что поднялась каменная пыль.

В проеме двери стоял тот самый вирманин.

Дарий побледнел от злости, но сказать ничего не успел.

Вирманин сделал шаг вперед, отвесил придворный поклон и произнес:

— Графиня Лилиан Элизабетта Мариэла Иртон!

И в комнату вплыла вчерашняя толстуха. В более богато расшитом и чистом платье. Покачивались в ушах дорогие серьги, сверкал изумрудами браслет… никто бы не усомнился, что это — графиня. Одна осанка чего стоила.

Дарий зажмурился, надеясь, что это — кошмар. Но отвратительное видение в розовом улыбнулось гадючьей улыбкой.

— Добрый день. Я вижу перед собой мэра города Альтвер?

Барон Авермаль встал из-за стола и отвесил вежливый поклон.

— Барон Торий Авермаль. К вашим услугам, госпожа.

— Я рада нашему знакомству, барон. Жаль, что оно произошло по весьма печальному поводу, — пропело видение.

Взгляд зеленых глаз, брошенный на Дария, был определенно издевательским. Но взгляды — недоказуемы. И неуловимы.

— Печальному поводу? Госпожа, прошу вас присесть, я сейчас прикажу подать вина — и мы обсудим, что произошло…

Барон слегка взволновался.

С одной стороны графиня. Женщина.

С другой стороны — графа Иртон он знал. Джес Иртон был далеко не последним человеком при дворе. И то, что там не видели его жену, еще ничего не значило. Может быть, она домоседка?

В любом случае, неприятностей Джес Иртон мог ему устроить столько, что и на телеге не увезешь. Король его любит, ценит, прислушивается…

Лучше уж не конфликтовать с его супругой.

Туша насколько могла изящно опустилась в кресло, придвинутое вирманином. Попутно Лейф слегка задел креслом Дария — несильно, но парня аж скрючило — попал в нужную точку.

Лилиан холодно улыбнулась.

— Достопочтенный Торий, скажите пожалуйста, по какому обвинению вчера задержали моих людей?

— Ваших людей, графиня!?

Торий даже хлопнул глазами.

В подвале сидели только вирмане. Но ведь…

Графиня улыбнулась еще холоднее.

— Людей из моей вирманской дружины. У вас сейчас находятся пятеро моих вирман. И я хотела бы знать, в чем их обвиняют.

* * *

Трехэтажный каменный домик, на входе два стражника, и вроде даже загажено чуть поменьше. Выглядит очень солидно. Черепичная крыша (явно дорого!!! Она пока еще нигде черепицу толком не видела, кстати, взять на заметку…) увенчана флюгером. И флагами. Подробнее не разглядеть. Что-то синее, золотое, алое…