Ангелина Мэй - Султан её сердца

— Но ты мне обещала!

— Знаешь, что! Иди ты к черту со своими проблемами. Думаешь, мне своих не хватает. Ты даже не представляешь, что за день был сегодня, — Ангелина стащила туфли и, прижав сильнее к груди бутылки с шампанским, прошла на кухню.

Открыла морозилку, отправила туда шампанское и присела на край стула. Мурад ходил за ней по пятам.

— Что-то случилось? — первым нарушил он тишину.

— А ты как думаешь?

— Как я могу знать, если ты не говоришь ни слова?

— Жизнь — это такая сложная штука. Кажется, знаешь человека давно, полностью ему доверяешь, считая другом, а он оказывается полным дерьмом, — Лина тяжело вздохнула и подняла глаза на султана.

— Тебя кто-то обидел? — гневно спросил тот.

— А если и так? Что ты сделаешь с ним? Посадишь на кол?

Мурад промолчал.

— А знаешь, что? — продолжала девушка. — Давай нажремся.

— Ты хочешь трапезничать?

— Можно и так назвать! — улыбнулась Лина, наверное, первый раз за сегодняшний день.

Она поставила стул ближе к столу, поднялась на него, открыла верхнюю полку кухонного гарнитура, покопалась немного и достала два бокала для шампанского, которые стояли нетронутыми с самого нового года. Лина сдула с них пыль, передала султану:

— Поставь на стол.

Тот так и сделал, затем галантно помог девушке спуститься.

Ангелина достала из морозилки охладевшее «Абрау Дюрсо».

— Сто лет не пила шампанское. А сегодня так захотелось, — призналась она, откупоривая бутылку.

— Аааа! — вдруг отскочил Мурад в сторону вместе с пробкой, вылетевшей с сильным хлопком.

Напиток аристократов зашипел и запенился. Лина поднесла бутылку к бокалам, по очереди заполнила оба до самых краев, взяв двумя пальцами за тонкую высокую ножку, протянула султану, ожидавшему, видимо, еще одного подвоха.

— Больше не будет грохотать? — спросил тот с подозрением.

— Не боись. Больше не будет, — уголки Лининых губ поползли кверху.

— Что это? — поднес он бокал к носу и тут же поморщился — пузыри шампанского брызгали во все стороны. — Кола? — посмотрел он на Лину.

— Погоди! Давай чокнемся! — Лина ударила бокалом о бокал. Раздался звон стекла. — Чтоб у нас все было и за это нам ничего не было!

— Я не понял ни слова из твоих уст, — честно признался Мурад.

— Забей. Ты чего не пьешь?

— Сначала ты отпей из своего кубка.

— Все еще не доверяешь? — обиделась Ангелина и сделала глоток из бокала.

Султан осторожно поднес напиток богов к губам и сначала пригубил.

— Ну как?

— Щекочет нос, — улыбнулся он в ответ. — Но приятно.

— Конечно. «Абрау Дюрсо».

— Лина!

— Да.

— Я хотел, чтобы ты обучила меня грамоте, — выпалил султан на одном дыхании.

— Это зачем?

— Как называется это чудо-изобретение, откуда можно узнать все на свете?

— Ты про интернет?

— Я хочу научиться грамоте и сам все выяснить: что заставило меня перенестись из моего времени. А самое главное узнать, как вернуться обратно. Не могу же я навсегда остаться здесь.

— Идет! — пока Ангелина слушала падишаха, план созрел как-то сам собой. — Только дашь на дашь!

По округляющимся глазам Мурада, девушка поняла, что нужен перевод ее слов.

— Я помогу тебе, а ты поможешь мне, — медленно выговаривая каждое слово, пояснила Лина.

— Чем я могу помочь тебе? — удивился падишах.

— Будешь моим бой френдом! — выпалила та.

— Кем?

— Ну, парнем то есть.

— ???

— Возлюбленным, по-вашему.

Глаза Мурада округлились еще больше:

— Чтооо? Но я… Как ты… — султан сорвался с места и нервно заходил по кухне. — Я не могу…

— Слушай, высочество, да не переживай ты так, — поспешила Ангелина успокоить юношу. — Это же не по-настоящему, а понарошку, — но сердце ее, надо сказать, екнуло, когда Мурад произнес последние слова.

В глубине души она на что-то надеялась. Глупая. Кто он, а кто она? К тому же их разъединяет не одно столетие.

Собравшись с мыслями, Ангелина поведала падишаху о том, что произошло в офисе, о предстоящем ужине в субботу, о кознях Самохина, забыв упомянуть о том, что он ее бывший возлюбленный, о самодурстве президента их компании — обо всем, что её тревожило и заставляло болеть сердце.

— Хорошо, — согласился Мурад. — Я пойду с тобой на этот ужин. Но ты сдержишь свое обещание.

— Да, без базара! Давай еще по шампусику.

— У меня и так голова идет кругом, — султан хотел вырвать свой бокал из Лининых рук, но та держала крепко.

Она опрокинула бутылку и наполнила «кубок» до краев:

— Держи! — протянула Мураду. — Кружится, потому что выпил мало. Еще выпей и увидишь — будет лучше.

Султан повиновался, залпом выпив все шампанское. Он вытер рот рукавом, кривенько улыбнулся и протянул бокал Лине, открывшей рот от удивления.

— Ну, ты, высочество, даешь, — ухмылка показалась на ее лице. Ангелина вновь опрокинула бутылку, и последние капли напитка упали в протянутый бокал. — Пойду за второй, — она поднялась из-за стола, — заодно и бутербродов нарежу, ты ж, наверняка, голодный, — с жалостью в голосе бросила она взгляд на довольное, улыбающееся какой-то неестественной улыбкой лицо правителя могучей державы.

В эту самую минуту зазвонил домашний телефон. Ангелина вышла из кухни. Оказалось, просто ошиблись номером.

— Тебе бутерброды с колбасой резать или с… — не договорила девушка, так как вопрос в эту минуту был неуместен. Падишах спал как младенец, положив голову на стол. Рядом стоял пустой бокал. Улыбка не сходила с его лица даже во сне.

— Да, слабоват, — улыбнулась Лина. — Не наш человек!

Ангелина уснула сразу же, как только голова ее коснулась подушки. Утром же еле открыла глаза. Будильник разрывался, а она досматривала сон. Как обычно бывает, странный и запутанный. Будто она в шелковом нежно-голубого цвета платье в пол, с закрытым полупрозрачной вуалью лицом, обвешенная ожерельями, медленной походкой идет по каменному полу дворца падишаха, по тому коридору, который видела совсем недавно в музее Топкапы в Стамбуле. За ней по обе стороны, опустив головы и осторожно ступая, следуют неизвестные женщины в не менее странной одежде. Куда она направляется, зачем — не известно. Но сердце её сильно бьется, словно в предвкушении важной и долгожданной для неё встречи.

К кому же так спешила Ангелина, она так и не узнала. Как всегда бывает, в самое неподходящее время зазвонил будильник. Лина протянула руку к журнальному столику, нажала заветную кнопку — тишина. Она посмотрела на часы — без четверти семь.

— Да провались все пропадом! — буркнула Ангелина и, накрывшись одеялом, отвернулась в противоположную от будильника сторону и вскоре засопела.

В другой раз разбудил ее телефон. Судя по рингтону, звонила Аллочка. Лина взяла трубку — так и есть. Пару раз кашлянув для убедительности, тихим больным голосом даже не краснея, навешала секретарше лапши на уши, сославшись на высокую температуру. Аллочка, вроде бы, поверила. Пожелала скорейшего выздоровления и обещала сама сообщить Аркадию Яковлевичу об ее вынужденном отсутствии сегодня.