Евгений Ходаницкий - Альмарион. Первый шаг

— Значит, ты все же утверждаешь, что мальчишку кто-то выдернул прямо в процессе переноса по векторам созданного портала? — Задумчиво задал риторический вопрос Ректор, не отрывая взгляда от пляшущих в камине языков живого пламени. Тем не менее, его странная гостья механически кивнула и продублировала утверждение приятным звонким голосом, который больше подошел бы юной девочке, чем женщине с ее фигурой и внешностью.

— Совершенно верно, Лу. И что самое странное, я не смогла даже приблизительно проследить, куда он перенаправил его перенос, как и понять принцип, по которому он совершил это действие. Вмешательство было просто невероятно точным и мастерским. Этому магу я даже в подметки не гожусь. — В тоне девушки проскользнули нотки зависти, но на ее неживом лице это никак не отразилось.

— Я всегда думал, что ты уникальна в своем роде. Порталы, мгновенные переносы… Ты видишь их все в зоне своего влияния и, при желании, можешь даже повлиять на чужие перемещения. Сделать мгновенный перенос из одной незнакомой местности, в другую, для тебя не сложнее чем попудрить носик. И тут ты признаешься мне, что столкнулась с работой мастера… Нет, не так, — Мастера, — принцип работы которого тебе не понятен и не достижим. Честно говоря, когда Сандр сказал, что ты подтвердила подозрения портальщиков, я не полностью поверил в его слова. Но сейчас, признаюсь, я слегка растерян. Кто-то ведет свою игру, и я перешел ему дорогу, заинтересовавшись этим Крисом.

— Или наоборот, тебе перешли дорогу… — Произнесла девушка и в ее голосе слышалась задумчивость.

— Или так. — Согласился Магистр. — Еще подлить сафра?

— Спасибо, Лу, но мне пора. Дела сами себя не решат, а…

— …проблемы сами собой не рассосутся. — Закончил за девушку ее любимую присказку Ректор. — Ты же знаешь, что я всегда рад просто пообщаться с тобой, баронесса, но упорно встречаешься со мной только по делу. Я могу решить, что ты избегаешь меня. — Мягко произнес Лурин`н Кор и улыбнулся.

— Прости, Лу, но ты, же знаешь, что я не очень люблю подолгу общаться с людьми, по хорошо известным тебе причинам. И не важно, друзья они или нет. — Спокойно произнесла девушка, однако в глазах Магистра на мгновение промелькнула тень.

— Приступы…

— Не переживай, Лу. Вот уже три с лишним десятка лет как все в одной поре. Не лучше и не хуже. Все Бесцветные так или иначе платят за обретенную силу, и моя плата не столь уж и высока. — С этими словами собеседница мага отставила блюдце с чашкой на маленький столик на уровне подлокотника ее кресла и одним грациозным движением утвердилась на ногах.

Свои мысли маг оставил при себе. Разговор подошел к концу и лицо Магистра Лурин`н Кора, Ректора магической академии Ашем-Ран-Илл, более известной как Школа Магии, снова потеряло те немногие человеческие черты, которые ненадолго проступили сквозь его холодную маску. Они исчезли, растворившись в немногих мимических морщинах легкими тенями, вновь превратив мага в существо, ставящее и добивающееся своих целей любыми способами, невзирая на жертву, которую приходится приносить.

— Магистр. — Присела в легком дамском поклоне девушка уже у самых дверей.

— Ты можешь идти, Шиза. Я свяжусь с тобой, когда возникнет такая необходимость. — Кивнул Лурин и вернулся к своим записям, хаотично разбросанным по всему рабочему столу… Ему было что обдумать и сделать необходимые приготовления. Если за дело взялись игроки такого уровня, значит, затевается что-то очень важное. А все дела таких масштабов, как правило, бьют по всем, кто находится в пределах условной видимости. Пока что ясно было одно, — этот Крис одна из ключевых фигур в чьей-то пьесе, что не меняет того факта, что он лакомый кусок для самого Ректора. Он уже четырежды пересматривал запись, сделанную оперативными группами в Землях Прорыва, и все никак не мог поверить своим глазам. — Слишком много неизвестных переменных. — Пробормотал Лурин`y Кор себе под нос и задумался.

Придя в себя, я по-прежнему ощущал будто одновременно заболел тяжелой формой помеси гриппа и ангины, и, одновременно с этим, попал под грузовик. Попытка пошевелиться результата не принесла, поэтому мне пришлось какое-то время наблюдать потолок, состоящий из плотно подогнанных тонких стволов деревьев, проконопаченных бурым мхом, но затем мне на глаза опустилась детская ладошка Вереска и я снова погрузился в сон. На этот раз это был спокойный черный омут без каких-либо намеков на сновидения.

Я просыпался и снова и снова, с легкой подачи духа, проваливался в забвение еще раз пять, не меньше, прежде чем, в очередной раз, распахнув глаза, почувствовал себя не куском мяса, а нормальным мыслящим существом, способным осмысленно двигаться и общаться.

Усевшись на низком топчане, покрытом какой-то звериной шкурой, я пару секунд боролся с подступившим головокружением, впрочем, прошедшим столь же внезапно, как и возникшим. В теле была приятная легкость и зверский голод, который немного подпортил мне настроение. Я уже догадался, что нахожусь в той самой землянке или хижине, о которой вел речь Вереск, но так же я был уверен, что запасов пищи тут не наблюдается и мне придется изрядно попотеть в поисках пищи, прежде чем я смогу позволить себе насытиться.

Мое мрачное настроение было развеяно внезапно ввалившимся в помещение духом, в руках которого исходил ароматным паром маленький чугунный котелок с определенно съедобным варевом. В пользу съедобности так же говорила грубая деревянная ложка, торчащая из густой массы.

Вереск был чумаз, но откровенно доволен. Он опустил котелок на топчан рядом со мной и, хлопнув меня ладонью по спине, радостно улыбнулся во все имеющиеся белые зубы.

— Поздравляю с третьим днем рождения! — Бодро протараторил дух и выскочил из землянки, бросив на пороге через плечо пару коротких фраз. — Отдыхай. Ешь. У нас скоро будет много дел.

Я не сразу сообразил, что у меня к нему куча вопросов требующих ответов, но бывший бог уже смылся, а еда так манила к себе, что об иных приоритетах и речи идти не могло. Я сглотнул слюну и, взявшись за деревянный столовый прибор, принялся уничтожать ее с максимально возможной скоростью.

После еды на меня снова навалилась сонливость и, сколь бы сильно я с ней не боролся, полагая что отоспался на несколько недель вперед, это не помогло уберечься от погружения в мир грез.

Когда я встал на ноги, потянулись дни, наполненные сначала моим длительным восстановлением, до сего дня так и не вернувшим мне в полной мере мои магические силы, а затем учебой. Вереск вдалбливал мне в голову все, от правил поведения за столом, до теории по магии и практикуму по медитации, с помощью которой я по идее должен был быстрее восстановиться.