Джим Томпсон - На хвосте Техас

Между тем преждевременно поседевший мужчина, посмеиваясь, заявил, что готов поставить на тридцать тысяч. Однако в следующий миг, бросив взгляд на Митча, перестал улыбаться и начал действовать: быстро сгреб деньги рукой, в которой держал кости, с трудом втиснул их в уже вздувшийся от прежних выигрышей карман и следующим движением, вынув руку из кармана, выложил кости на стол.

— Передаю кости! — улыбнулся он самым приятным образом Митчу. — Надеюсь, и вам улыбнется моя удача.

— Это никакая не удача, — возразил Митч. — Это фальшивые кости.

— Что? — На лице мужчины появилась растерянная ухмылка. — Мой друг, это не очень хорошая шутка!

Митч кивнул, как бы соглашаясь, и попросил разрешения взглянуть на кости, которыми игрок пользовался.

— Я имею в виду те, что лежат у вас в кармане, те, которые вы подменили, когда запихивали деньги.

Уголком глаза Митч увидел, что Даунинг встал и решительно повел Рыжую к двери. Она с беспокойством оглядывалась через плечо. Конечно, этот явный демарш неприятно поразил Митча — Даунинг как бы давал ему понять, что он свалял большого дурака, но не смог поколебать его решимости.

— Я имею в виду, — продолжал он упорствовать, — что вы выиграли эти деньги с помощью поддельных костей.

— Кто, я? И остальные того же мнения?

Нет, никто из остальных так не думал, и они это ясно дали понять, плотнее придвинувшись к незадачливому игроку и холодно глядя на Митча — этакая группа добропорядочных людей, сплотившаяся против общего врага.

— Можете обыскать меня, если желаете. — Преждевременно поседевший мужчина огляделся вокруг. — Я всегда готов подчиниться требованию друга.

— Не глупи, Джонни! — послышались со всех сторон смущенные возгласы. — Что за чертовщина, Джонни! Мы же здесь все свои!

Поседевшая голова повернулась к Митчу, насмешливые глаза сфокусировались на нем.

— Похоже на то, что вы малость ошиблись, мой друг. Может, чуточку перебрали спиртного?

— Нет здесь никакой ошибки! Сейчас, вот взгляну на кости и...

— За чем же дело стало? Кости на столе.

— Я про те, что лежат в вашем кармане. Хочу взглянуть на них или же забираю обратно свои три тысячи.

— Нет! — твердо возразил тот. — Это вовсе не то, что вы сделаете, вернее, не то, что вам придется сделать!

Митч шагнул к нему. Мужчина отступил назад и принял боевую стойку. Но в этот миг на руке Митча железной хваткой сомкнулись чьи-то пальцы и рывком развернули его в обратную сторону.

Это был тот самый плотный, широкоплечий мужчина, который встретил его и Рыжую на входе в здание клуба. Возможно, метр или старший над прислугой.

— Ну? — спросил он слегка нараспев, с музыкальными интонациями в голосе. — Из-за чего шум?

Митч кратко поведал ему о случившемся. Широкоплечий отрицательно покачал головой.

— Это невозможно, сэр. Да и кто вы такой, чтобы предъявлять подобные обвинения?

— Кто я такой, вам известно, — огрызнулся Митч. — Вы видели мой пригласительный билет.

— Пожалуйста, можно мне взглянуть на него снова?

Митч протянул приглашение. Мужчина пробежал его глазами, разорвал пополам и бросил обрывки на пол.

— Вы здесь нежеланный гость, мистер Корлей! Я настоятельно советую вам незамедлительно покинуть клуб.

— Охотно, только дайте мне еще минуту, — в ярости потребовал Митч. — Что это вообще за место — ваш клуб? Меня здесь надули на целых три тысячи долларов, а вы... Да кто вы такой, чтобы выставлять меня отсюда?

— Никто вас не выставляет, мистер Корлей. Вы сами добились этого, учинив здесь беспорядок.

— Еще посмотрим, что скажет на это управляющий? А сейчас я хочу узнать, как вас зовут!

— Это ваше право. — Широкоплечий согласно кивнул. — Меня зовут Джек Зирсдейл.

Рыжая наконец заснула.

Митч тихо выскользнул из кровати, подоткнул под Рыжую одеяло и вышел в соседнюю комнату, где налил в стакан сразу из нескольких бутылок, сделав крепкую смесь. Затем со стаканом в руке подошел к окну и глянул на город. Терзаемый тревогой, он смотрел на него невидящими глазами и перебирал в памяти события минувшей ночи.

Конечно, ничего другого не оставалось, как потихоньку покинуть клуб. Лишившись трех тысяч долларов — ощутимая потеря при теперешних-то обстоятельствах! — вдобавок ему оставалось надеяться, что этим все и кончится. Хотя, если верить Фрэнку Даунингу, на благополучный исход дела рассчитывать не приходилось. Тот преждевременно поседевший мужик, как он сказал, был давнишним другом и деловым компаньоном Зирсдейла. А Зирсдейл — из тех, кто горой стоит за друзей и безжалостен к врагам.

Рыжая и Даунинг поджидали у входа в клуб, когда выйдет Митч. Делец с неприкрытым цинизмом потешался над тем, что произошло.

— Может, нам стоит стать партнерами, Митч? Будем зашибать большую деньгу, сдавая тебя в наем в качестве олуха, каких еще свет не видывал?

— Сейчас же прекрати издеваться, Фрэнк! — вступилась Рыжая. — Митч все сделал правильно.

— Еще бы! Только почему же тогда о его рожу разбили сырое яйцо? Да так, что и на мою долю хватило!

— Я очень огорчен, Фрэнк, — произнес Митч. — Надеюсь, не все тебе испортил вконец?

Даунинг ответил, что время покажет. Если члены клуба — пусть даже один из них! — пользуются поддельными костями, то он не уверен, стоит ли ему из кожи лезть, чтобы быть туда принятым.

Митч вновь категорически заявил, что тот мужчина пользовался сфабрикованными костями. Пожав плечами, Даунинг кивнул.

— Охотно верю! Он, наверное, прочитал на твоем лбу, что перед ним олух царя небесного, вот и не удержался...

Рыжая ущипнула дельца за руку, а Митч начал оправдываться:

— Все верно, Фрэнк, но что мне оставалось делать? Что ты сделал бы на моем месте?

— Понаблюдал бы за игрой, прежде чем ставить на кон, а первым делом хорошенько подумал бы перед тем, как соваться туда, где посторонним вообще делать нечего.

— Так что же, по-твоему, мне следовало опасаться быть обжуленным людьми с их-то репутацией?

— Ну, возможно, и нет, — вынужден был согласиться Даунинг. — Но следовало помалкивать после того, как тебя нагрели. Неужели ты ожидал, что Джонни Бордвелл покается и покажет сфабрикованные кости? Или надеялся, что друзья Джонни дружно ополчатся на него и примут твою сторону?

На это Митчу ответить было нечего. Конечно, ему следовало сделать вид, будто он ничего не заметил. А так вышло себе дороже! Вместе с тремя тысячами Митч лишился еще и возможности вернуться в клуб, чтобы с лихвой отыграться, а кроме того, возможно, нажил могущественного врага.

— Ладно, твоя взяла — я олух. — Он тяжко вздохнул. — И что же мне теперь делать?

— Застрелиться! Что еще? — Даунинг засмеялся и протянул руку. — Не принимайте все так близко к сердцу, вы оба! И заходите навестить меня в любое время, когда будете в Далласе.