Роман Парисов - Стулик

Ромик решает мучительный, первостепенной для себя важности вопрос… (Между нами говоря, всё он давно уже решил.)

– Так ты представь меня ему!.. Скажи – вот это мой Р-р-раман. А то мне говоришь – я с ним не спала, ему про меня – это мой знакомый… Если б ты сама позвонила и сказала правду… Короче. Ещё раз – и наши отношения потеряют смысл.

Так вот сказал Ромик, просто и искренне. Великодушно. Как гора у него с плеч свалилась.

А Света закивала оживлённо. Прочувствовала, стало быть.

– Представляешь, а я чуть не запла-а-акала, когда мимо Парка культуры проезжала!…

Итак! Прочь извилистые домыслы, досужие сомненья, ночную рефлексию, заумные мистические прения со всякими тёмными перцами! Долой всё, что уводит нас с главной дороги, ступить на которую дано свыше и дано не всякому! Ибо есть ли на свете та мораль, что оправдала бы убийство чувства?! Что заставила бы бросить в провинившиеся – но любимые глаза: «Я умываю руки»?..

Так что за мной, читатель, ибо мы уже на финишной прямой! Мы наткнулись на рифы, мы побывали в шторме, но вот, запасшись опытом и верой, на полных парусах летим вперёд – прямо по солнечной сияющей дорожке. Там, на кипарисовом острове, в тени столетнего кокоса, после первой склянки, три шага прямо, полтора налево ждёт меня мой золотой ключик… Ключик от стулика!

Ибо, как говорится в детской сказке, кто ищет, тот всегда найдёт.

Кстати, о сказках: не пиратских притч, так «Гарри Поттера» сказалась как-то Света большой почитательницей, и, приехав на следующий день забирать её от мамы с папой, я преподнёс ей очередной кирпич с невинно навязчивой подписью: «Моей сказочной принцессе – с верой в чудеса!!»

Мама Анна несказанно обрадовалась разрешению нашего конфликта. Торопясь уже с папой Сан Санычем на поезд куда-то в Туапсе, она улучила-таки секунду и доверительно мне шепнула:

– Она действительно случайно встретилась с этим Пашей. И все встречи, которые были у неё при вас, Роман, – совершенно случайны! Но знаете, сколько всякого такого ещё будет…

…чем ни за что ни про что опять ввергла меня в мою ипохондрию по меньшей мере на полчаса. Что хотела сказать она?! Сколько же было случайных встреч? С кем? И как мама Анна этак может предсказать высокий процент случайности за дочкой?!

Этого дела и вправду Света мастерица. Случайность сама будто за ней гоняется, застаёт по неожиданным местам. Вот и сейчас – выкатывается Света из туалета, покатываясь. (Мы в любимом «Макдоналдсе», что на Ленинском – по пути домой не можем себе отказать.) Кто-то, значит, с неизвестного телефона закидывает её галантными эсэмэсками – может, Рудик проверяет, или подружка Алька из Словении развлекается… а вдруг действительно хочет познакомиться человек?..

– Да что ты, Ромик! Ну я правда не знаю, кто это! Видишь – всё тебе читаю… А хочешь – завтра у нас в «ХУЗ’е» последний кастинг в Милан – ты со мной придёшь, и Рудик тебя увидит?.. Тогда уж в моей жизни точно станет на одного дурачка меньше, – мечтает Света.

Тут же звонит ей из Франции Стас. Минут двадцать что-то выговаривает. Что, что такое?! – Опять Пиздерман! Откуда у него Светины фото?! Опять торгуют Светиком у неё за спиной. Может, сама дала ненароком? Или через «Кодус»?.. Или тогда, ночью, с Маринкой, – не фотографировал он тебя, Света?..

Мы серьёзны, все в догадках. Опять охота на девчонку! Стаса всё это бесит, просто бесит…

Филе-о-фиш Светик запивает кока-колой. Кока-кола опять вошла в нашу жизнь, напоминая, что есть ещё на земле вечные ценности. Двухнедельное воздержание закалило Свету. И теперь, поверив в себя, нужно расслабиться. Правда, всякий раз переспросить с жалобной гримаской: а можно, Роман?..

– Представляешь, какая новость, – говорит Света задумчиво. – Что Фиса с Маринкой в каком-то агентстве блядском, да может, и не в одном… Пожалуйста – за ночь 1000 долларов. Рудик сказал, Рудик знает.

Странно. Новая информация скользнула мимо, не задев толком сердца. Я сидел в этом жёлтом вечернем «Макдоналдсе», ловя себя на странном чувстве, нахлынувшем вдруг: нет, не в том, что она говорила, не в словах её – в наклоне головы, движении губ, в любом её жесте, просто в звуках её голоса была какая-то своя отдельно ото всего живущая истина, маленькая и упрямая, и я прислушивался к этому родничку, я пытался понять, что это. Где-то там было место и мне, особенное и доверительное, и на месте этом я никогда не ощущал себя так уютно, как сейчас. Её противоречивые поступки, её последние обидные выверты… – это всё сдвинулось в сторону, на обочину сознания. Это всё сейчас находилось в другой галактике. Это всё отношения не имело к тому, что чувствую я. Я был весь растворён в ней, я бродил в ней её соками, прислушиваясь к незрелым сбивчивым ритмам. Я был счастлив в эти мгновения, счастлив и благодарен кому-то за осознание того, насколько эта девочка дорога мне – любая. Насколько стала она родной!.. Я взял её руку – она даже улыбнулась непонимающе. Я хотел сказать ей что-то – слова куда-то делись, распались на мелкие бессмысленные осколки… Как вообще об этом говорить, думал я, неисправимый ценитель словесной формы. Думал, что и не надо – пусть оно будет только моим.

И ещё думал – как, в сущности, всё прекрасно, если мне опять послано то, что у иного и вовсе не случится.

Наверно, что-то совсем необычайное было сейчас в моём взгляде, потому что Света улыбнулась странно и сказала шёпотом:

– Ромик, я тебя иногда не понимаю… Но – чувствую !

Нет, всё-таки понесло нас тусоваться… (Как же – на прощанье, в пятницу!) Таки вынесло шебутным припадком да в опасную чёрную «Кабану» – вместо счастливейшего семейного вечера, полного ужастиков под усталые ласки. Всё-таки развернуло да бросило – прямо к Саше в БМВ, ну а дальше завертело по порядку – «Министерство», «Цеппелин», «Микс» – и это всё со стриптизёром Саньком, трезво и верно приседшим на хвост, вздрагивающим на очередной «текиле-бум»: ну, Светка даёт… В «Миксе», конечно, резко стало чего-то недоставать, но, слава богу, Дима нас сегодня миновал. Утра часов в одиннадцать неполнота всё же взыграла, защемила и привела к убеждённости: надо ехать к Саньку – у него водка и колбаса. Приехали, сели. О чём говорили-то? Да различная тематика. (Открылось второе дыхание и много перспектив.) Света выступала по существу. Санёк всё уссывался, как я смотрю на Свету. Как на несмышлёное дитё.

Света сняла косметику, обнажила детскую сущность. Ну прелесть, Светка, восхищался Санёк. Пару раз даже поцеловал – в щёчку.

И разок пониже – в шутку.

Нет, всё же часа в два колоссальным усилием воли поднял я таки нас и потащил на рынок в ЦСКА. Неспавшая девочка моя хныкала от усталости и волочила ножки, но вскоре я понял, что могу делать чудеса. Были уже куплены важные вещи: белый купальник, весь в блёстках; топик с радужным отливом; две набедренные повязки…