Харуки Мураками - Подземка

На работе стал поклонником Кореи и сейчас с увлечением изучает корейский язык. Когда речь заходит о корейском языке, его лицо расплывается в улыбке. Видимо, он все еще молод душой.

Окончив Киотоский университет, я сразу поступил в свою нынешнюю фирму — это крупный производитель текстиля. Я технический специалист, поэтому не связан с главной конторой. После годичной стажировки меня направили на завод в городе Токусима. Университет я окончил в 1959 году, когда была очень благоприятная конъюнктура для текстильной промышленности, которая чуть ли не стала основной отраслью промышленности Японии. В университете я специализировался в производстве тканей химическим путем, то есть — искусственных, а как раз в то время появились тетрон, нейлон и другие ткани. На заводе в Токусима я занимался научными разработками, и это было очень интересно. Про дела фирмы я не могу вам подробно рассказывать, но могу сказать, что многие научные разработки мы превращали в товар.

В Токусима я провел половину жизни. Жену там же «принял на службу» (смеется). Наша семья состоит из четырех человек, и все, кроме меня, родились там. Затем все уехали в Токио, только дочь вышла замуж за мужчину из Токусима и вернулась. Токусима — действительно хорошее место, люди там тепло относятся друг к другу. Хотя, с другой стороны, — слишком спокойные. Совсем не как в столице. Когда я жил там, построили шоссе № 11, и если по нему проедет одна машина, вторую можно увидеть только минут через десять. Настолько там неторопливый ритм жизни. Я был молод и не чувствовал, что мне грустно от такой деревенской жизни. Когда приезжал из столицы, первое время испытывал своего рода несовместимость со здешним укладом, но я могу легко приспосабливаться и быстро привыкаю к местным условиям и нервозности не испытываю. Женился я в 25 лет на девушке, которая родилась в год Токийской олимпиады [86]. Сейчас у меня уже два внука.

Судя по вам, ни за что не подумаешь, что у вас уже могут быть внуки.

Да, это так. Я выгляжу примерно на пять лет моложе. Что ни говори, а заем, который я сделал для покупки квартиры, еще не выплачен, поэтому я не могу быстро стареть (смеется). Недавно я купил квартиру в кондоминиуме, в местечке под названием Санкё в префектуре Сайтама. Это просто ужас.

В Токио меня перевели на работу в главном офисе фирмы в 1985 году. Через три года после моего приезда в Токио скончался император [87]. В Токусима в общей сложности я проработал 26 лет. Мой сын живет сейчас в городе Итикава и работает инженером по компьютерным системам. Там у меня тоже есть внук. Однако сын очень занят на своей работе, домой каждый вечер возвращается в 10-11 часов. Он еще молод, потому и загружен так работой, однако…

Я без сожаления уехал из Токусима — засиделся на одном месте. К тому же мои научные разработки запустили в производство, поэтому я чувствовал, что уже настало время уезжать. Двое моих детей к этому времени уже переехали в Токио. Дочь стала стюардессой, а сын учился в университете. Они сняли квартиру и жили вместе. Поэтому я не сопротивлялся своему переводу в Токио. Квартиру купил шесть лет назад, вскоре после того, как лопнул «мыльный пузырь». Тогда цены немного упали, и квартира стоила примерно 20 миллионов иен. Это уже могли себе как-то позволить обычные служащие вроде меня.

На работу я выезжаю со станции Канэмати линии Тиёда, на Кита-Сэндзю делаю пересадку на линию Хибия. Из дома выхожу в двадцать минут восьмого и в двадцать минут девятого прихожу на фирму, которая находится около Нингётё. Рабочий день начинается в половине девятого. В поезде никогда не удается занять сидячее место. Может, один раз в год повезет, но это можно рассматривать как чудо. Я особенно не страдаю от того, что не могу сесть. Хотя, откровенно говоря, в последнее время стало возникать такое желание. Вот сейчас, сказав это, я впервые осознал, что это действительно так. Еще хочется считать себя молодым, но годы берут свое. Но все-таки не могу сказать, что я только и думаю о том, чтобы сесть.

Когда я жил в Токусима, поездки на работу как таковой просто не было. Завод находился в десяти минутах ходьбы от дома. И хотя меня неожиданно бросили в этот бурлящий ад поездок на работу, я сразу привык к нему. Как я говорил раньше, у меня хорошая приспособляемость, и я могу ко всему быстро привыкнуть. К тому же в студенческие годы мне случалось ездить на учебу в часы пик, поэтому я не могу сказать, что мне это в новинку, и никогда не думал, что это мне противно. Я быстро привыкаю и к городу, и к деревне.

День инцидента начался с одного события, которое я отчетливо помню. Как всегда, жена отвозила меня на машине на станцию, куда ведет узкая дорога с крутыми поворотами. По ней запрещено ездить крупногабаритным автомашинам, но в это утро ее почему-то перегородил большой грузовик. Мы оказались в трудном положении — никак не могли его объехать и с раздражением ждали, что будет. За нами выстроилась очередь в 10-20 автомашин. Из-за этого я минут на пять опоздал на свой поезд. Если бы не эта задержка, я, вероятно, сел бы в поезд, куда подбросили пакет с зарином. Это мне повезло, подумал я. Хоть я и пострадал, но избежал непосредственного соприкосновения с источником заражения. Можно сказать, не было бы счастья, да несчастье помогло.

Поезд остановился между станциями Акихабара и Кодэмматё, после чего по внутреннему радио сообщили: на станции Цукидзи произошел взрыв. Через некоторое время состав тронулся и подошел к платформе Кодэмматё, где всех пассажиров высадили. Ничего не поделаешь, подумал я и вышел. Я ехал во втором вагоне, и чтобы выйти со станции через билетный контроль, мне надо было пройти назад по всей платформе. Неожиданно, в 4-5 метрах от меня, упали два человека — мужчина и женщина. Я не из тех, кто проходит мимо такого, и потому бросился к женщине, чтобы помочь ей. К упавшим подбежали еще три пассажира, но служащих станции нигде не было видно. Один мужчина сказал: это припадок эпилепсии, — и приложил платок ко рту женщины. Оба упавших уже не могли сами передвигаться и лежали обмякшие на полу.

Позже многие спрашивали меня, видел ли я пакет с зарином, поскольку в этом месте кто-то ногой выкинул его на платформу. Однако сам пакет я не видел, но смутно помню, что была разлита какая-то жидкость. Помню ощущение, что пол был немного скользким… Нет, никакого запаха я не чувствовал.

Я простоял там 3-4 минуты. Неожиданно пришла мысль, что нужно позвать служащего. Когда я шел к выходу, мне навстречу попался один работник метро, которому я сказал, что там упали два человека. Он быстро направился туда, а я пошел к выходу. И тут мне стало хуже, но я решил все-таки выбраться на поверхность. Поднявшись по лестнице и выйдя на улицу, я увидел, что на траве и на дороге лежат несколько человек. Войдя в телефонную будку, я позвонил в фирму и сообщил, что из-за какой-то аварии в метро, вероятно, опоздаю. В тот момент я еще думал как-то добраться до фирмы, но когда вышел из будки, почувствовал себя совсем плохо, и мне стало ужасно холодно.