Михаил Веллер - Самовар

А Ленинград люто ненавидел своих партийных боссов. Со ждановских времен говорили о жадности, подлости и жестокости хозяев Смольного. И рожи их внушали отвращение. И злая, негативная энергия миллионов телезрителей складывалась из капель – так струя гидромонитора под огромным давлением рубит гранитную скалу. Телевизор – кабель – антенна – эфир – антенна телевышки -усилитель – кабель – пульт – кабель – монитор – кабель – камера – выступающий!

И когда оператор наводил перекрестие визира камеры в глаза боссу – это равносильно наведению оптического прицела, гарпунной пушки, телеуправляемого ПТУРСа.

Вот после этого были в спешном порядке форсированы работы по внедрению на ТВ видеомагнитофонов, а эпоха передач в прямом эфире кончилась надолго. А в качестве административных мер сменили руководство и поставили председателем Госкомтелерадио прожженного комитетчика, железного и бессменного Лапина.

Никто, разумеется, не обратил внимания в потоке официозной информации, что Ленинскую премию за 1969 год в области техники получила группа сотрудников ЦНИИ Связи за внедрение в эксплуатацию оригинальных технологий нового поколения.

И никто не задавался вопросом, почему никогда Первый секретарь Ленинградского обкома КПСС, член Политбюро ЦК товарищ Романов не выступал по телевидению в прямом эфире.

Так что все было давно известно кому надо, учитывалось и использовалось.

19. Надпись на храме Аполлона в Дельфах.

20. Именно этому учил Конфуций.

21. Амаркорд. Лежа в темноте, я вспоминаю… Вот – моя жизнь.

22. Ни одна фраза, ни одно промежуточное утверждение в такого рода размышлениях не являются абсолютно верными и исчерпывающими. Добросовестность обстоятельного ума требует их развернутого обоснования, выдвижения против себя всех возможных возражений и ответов на них, введения уточнений и ограничений.

Но такая обстоятельная и педантичная добросовестность настолько дробит и разветвляет главную линию, основную мысль, что нить рассуждений теряется и исчезает в густом кружеве уточнений и дополнений; и поступательное вперед движение мысли замедляется и виляет настолько, что делается малозаметным, очень долгим, сложным, невнятным. Конечный итог, вывод, отходит так далеко, что не предварив десятком трудночитаемых монографий его и не достичь.

Поэтому открыватели чего-то нового в науке – часто параноидального склада умы. Они гнут свое, стремясь к выводу-цели прямым и кратчайшим путем. Уточнять и увязывать все мелочи, делать дополнения – работа последователей. Держи на маяк!

Это напоминает выполнение задачи танковым клином при прорыве фронта: вперед! А обеспечением флангов и подтягиванием тылов займется потом следом пехота. Иначе – завязнешь без толку.

23. Примечание для умных: Иногда мне кажется, что я пишу банальности для дураков. Иногда мне кажется, что я сам дурак. Не будем торопиться. Еще Герберт Спенсер учил, что банальные вещи заслуживают пристального и добросовестного рассмотрения: раз большинство людей долго полагало это истиной, не исключено, что в них что-то есть. Ясные истины не вредят. А только прочно базируясь на верных предпосылках, можно прийти к чему-то толковому. Гений, говорите, это последовательность? Простой человек предпочитает танцевать от печки.

24. Памятник крысе Нэнси во дворе Балтиморского Госпиталя – мемориал эпохи. Тысячи монографий посвящены ей, посмертно ставшей одной из величайших фигур в науке XX века.

25. А киник – это скорее Генри Торо: простота, аскетизм, ближе к природе. Назад в леса. Для того обезьяны вышли из леса, чтоб мы в него вернулись?

26. Трудно удержаться, чтоб не проиллюстрировать это все еще одним анекдотом, показательным, как вообще почти все анекдоты.

Рокфеллер как-то купил для отдыха необитаемый остров, и вот решил наконец выбраться туда на денек отдохнуть. Тут же накануне туда вылетает команда обслуги все подготовить, бунгало, бар. Менеджер по отдыхательным мероприятиям видит остров и хватается за голову: Боже мой, босс завтра прибывает! Это что – песок? это песок, я вас спрашиваю?! какой-то грязный гравий!!! Песок, самый лучший, с Золотого Берега, сто тонн, три самолета – из Ниццы, немедленно!!! А вода… что за мерзкая жижа! Фильтры, самые мощные, Дженерал Моторс, и голубую краску для бассейнов, тонн пять, звоните в Майами, мигом! А что это в воде… а если акулы?! Сетку от акул, огородить, но незаметно! А это что за поганые колючки?! Босс любит голубые ели. Сотню елей, из Швейцарских Альп, самолет в Цюрих, по любой цене… и садовников с розами!!!

И сутки кипит бешеная работа. Бульдозеры рычат, водоочистители булькают, рабочие бегают. К утру еле успели замести следы, угнали за бугор технику и сами попрятались.

И вот садится белоснежный лайнер. Сходит по трапу Рокфеллер. Вдыхает воздух, смотрит по сторонам… сдирает костюм, бросается в море, плещется, потом растягивается на песочке под елью, нюхает розу и задумчиво, печально произносит:

– Господи, хорошо-то как… Вот так забудешь все, посмотришь на мир, и невольно думаешь: и на хрена мне, в общем, все эти миллиарды…

27. Победе разума над сарсапариллой посвящен отдельный труд У. С. Портера.

28. Боги, боги мои… Ведь даже Будда, стремясь к полному уходу от жизни – проповедовал, вступал в диспуты, собирал учеников. Зачем?… Что ему эта суета земная? прах, тлен. А – действовал, стремился к победе мнения своего. Даже он самоутверждался.

29. Ну если же вякнет сейчас какой-нибудь долбоклюй о морали и русской философской мысли начала XX века – ну дам же балде по башке при первой встрече. Ничего не понимаешь – ну брось, не читай, работай на компутере, торгуй тампаксом. Мы не о морали, мы об истине. Про мораль будет отдельная, глава в следующем томе.

30. Особенно Энгельс впадал в исторический энтузиазм при мысли об обезьяне, взявшей в руку палку – и ставшей человеком. Возьми мою, попросил Уленшпигель.

31. Поскольку текст дается в авторской редакции, мы сохраняем эту фразу, но считаем необходимым предостеречь легковерного читателя от того, чтобы принимать ее за чистую монету. Подобная точка зрения в научной литературе в виде столь цельном и законченном нам пока не встречалась, и может быть сочтена самостоятельной и оригинальной – по меньшей мере. Так что сей риторический вопрос правильнее отнести на счет авторского кокетства. (Прим. научн. ред.)

32. Иду в четверг по проспекту Вернадского в угловую булочную, а навстречу Владимир Иванович с портфелем. Раскланиваемся.