Евгений Рякин - Путь

— Погоди, Бо. Так ты на меня осерчала за то, что я с Алисой отдыхать уехал?

— Да ничего я на тебя не осерчала! С чего ты взял? Ты свободный человек и можешь отдыхать хоть с Алисой, хоть с Анфисой, мне по барабану.

— А что ты тогда злишься-то на меня, я не пойму?

— Я злюсь? Да я спокойна, как удав.

— Вот и хорошо. Давай всё обсудим, как взрослые люди.

— Саша, я тебе уже всё сказала. До свидания.

— Да что ты за человек-то такой! Пять минут не можешь уделить?

— Пусть тебе твоя Алиса уделяет время! Всё, пока!

Алекс аж сплюнул с досады.

— Нет у меня никакой Алисы, понятно? Мы с ней разбежались, не сошлись характерами, если хочешь знать. Я последние дни вообще один там жил, а она обратно вернулась, даже неделю вместе не пробыли.

— Бедняга. Значит, она тебя поматросила и бросила, поэтому ты решил вернуться ко мне, да?

— Первый раз вижу, чтобы в одном предложении было столько ошибок, — спокойно ответил Саша.

— То есть? — сбил с толку девушку его ответ.

— Это не она меня бросила, а я её послал куда подальше. И к тебе я не возвращаюсь, потому что от тебя не уходил. У нас разве были какие-то отношения? Нет, не было. Мы дружили, общались и даже один раз пробовали переспать — неудачно, как ты помнишь. То есть никаких таких взаимоотношений между нами не было, разве не так? — развёл руками Алекс и вытаращил глаза.

— Не было и не было, отвали тогда от меня! — психанула Бо и побежала вверх.

— Бляха муха, Бо, да постой же ты! — догнал её Саша, вцепившись в руку. — Куда ты несёшься? Я же просто поговорить хочу, понимаешь? Если между нами случилось какое-то недопонимание, то от него нужно не убегать, а обсудить. Или ты думаешь, конфликты решаются сами собой, с помощью телепатии?

— Я не чего не думаю, отпусти! — вырвала она руку, но, вроде бы, остановилась.

— И на том спасибо, — как можно спокойней ответил он, пытаясь поймать её взгляд. — Расскажи, на что ты конкретно обиделась?

— Ни на что, — глядела Бо куда-то в стену.

— Снова да ладом! — хлопнул он себя по ляжкам. — А чего ты тогда злишься?

— Ничего, — продолжала она рассматривать крашеную поверхность.

— Бо, ну, правда, давай поговорим, как взрослые люди. Я понял, что ты на меня осерчала, потому что я уехал на отдых с Алисой. Признаю, что это была ошибка, и по отношению к себе, и к тебе, да и вообще, дурацкая идея. Честно тебе скажу, что я вообще не хотел с ней никуда ехать…

— Ага, она тебя заставила, нож к горлу приставила, наверное, — буркнула Бо, не поднимая глаз.

— Нож не нож, но это было её решение, а не моё. Вообще, она всё подстроила всё таким образом, что я не смог отказаться.

— Конечно! Взрослого мужика сопливая девчонка запутала, так я тебе и поверила.

— Слушай, Бо, даже пятнадцатилетние малолетки из здоровенных дядек лапти плетут, что уж говорить об Алисе. Она девка прожжённая, любого матёрого интригана за пояс заткнёт. Я тебе клянусь, что не планировал никуда уезжать. Они это всё специально подстроили, понимаешь? Чтобы я из полиса уехал. И когда они за моей спиной свои делишки провернули, то Алиса вернулась назад. Теперь тебе понятно?

— Что провернули? — впервые поглядела на него Бо.

— Как что? А ты не знаешь?

— Нет. Что случилось?

— Меня сняли.

— В кино?

— Не смешно.

— Я не поняла просто.

— Я теперь не хозяин Ганзы.

— Как не хозяин, а кто? — она недоуменно поморгала.

— Я теперь никто и звать меня никак, — Алекс поджал губы и поник. — По всей видимости, Алиса меня отвлекла этой поездкой, выманила на Фракийский Берег, а они воспользовались моим отсутствием и сняли с руководства.

— Кто они-то?

— Не знаю кто. Совет.

— Тебя на Большом Совете сняли?

— Ну да, пацаны так говорят. Три дня назад.

— Ну-ка давай поподробней, что-то я ничего не понимаю.

— Я сам ничего не понимаю, Бо. Я только сегодня вернулся и вот.

— То есть ты хочешь сказать, что Аттал подстроил отъезд. А нахрена ему?

— Говорю же тебе, я вообще не в курсе. Парни рассказали, что три дня назад, ближе к вечеру, к ним в Ганзу приехал Валера Берет и сказал, что утром собирался Большой Совет, и на нём было принято решение снять меня с Ганзы — я же был назначен временно как бы. А раз меня в полисе не было, то голосование произошло без моего участия. Вот. Поэтому Валера приказал пацанам собирать манатки и валить на все четыре стороны. Всё, больше им ничего неизвестно, я думал, может быть, ты что-то знаешь.

— А, так вот ты почему заявился?

— Блин, Бо, хорош уже, а! Я пришёл, потому что ты тоже член команды и, так сказать…

— Никак не надо говорить, Саня. Команды-херанды. Иди вон деду Пападосу расскажи, он поверит, может быть. Хочешь, я тебе свою точку зрения поведаю? — спросила она и, не дожидаясь ответа, продолжила. — Когда всё было отлично, то ты про меня забыл. Вспомни, как перед своим отъездом ты даже ко мне не подошёл ни разу. Подожди, не перебивай, сейчас я говорю! — остановила она жестом его попытку оправдаться. — То есть когда у тебя всё здорово, то ты берёшь под ручку молоденькую каральку и едешь с ней отдыхать на Берег, а когда в твоей жизни происходят неприятности, то ты приходишь ко мне в задрипанный подъезд и просишь, чтобы я помогла. Я правильно тебя поняла? — с вызовом уточнила Бо. — Или я в чём-то ошибаюсь?

Доктор молчал, набычившись и сжав губы. Бо заметила, что цветы в его левой руке заходили ходуном от напряжения, но продолжала:

— То есть я для тебя такая палочка-выручалочка, чтобы решать проблемы, но когда они решены, то тогда можно будет снова цепануть молодую красоточку и…

— Стоп, стоп! Остановись! — выставил правую ладонь впереди себя Доктор и замер в таком положении. — Скажи мне, Бо, что ты видишь?

— Что я вижу? — не поняла она.

— Да. Что ты видишь? — повторил он и поднёс открытую ладонь чуть ближе к её лицу.

— Руку твою вижу, и что?..

— Точно. Ты смотришь на кисть моей руки и видишь подушечки пальцев и линии на ладони, верно? Правильно? Но я-то вижу ногти и костяшки на кулаках, Бо! Ногти и костяшки! То есть мы с тобой глядим на одно и то же, но видим две разные картины. Понимаешь? Просто у тебя свой взгляд, а у меня свой.

Так и эту ситуацию, — он опустил руку, — ты воспринимаешь со своей колокольни, а я со своей. И пока мы не обсудим и не придём к общему знаменателю, то так и будем бодаться, как два барана. Вот ты говоришь, что я припёрся к тебе за помощью. Блин, Бо, скажи на милость, чем ты мне сможешь помочь? Ну чем?! Да ничем! Максимум — это кофе нальёшь и то, вряд ли, судя по твоему настроению. Я вовсе не за этим к тебе пришёл, пойми наконец. И прекрати, пожалуйста, воспринимать меня, как будто я какая-то корыстная мразь, только и ждущая обглодать тебя до косточек и выкинуть на помойку. Ты же меня неплохо уже знаешь. Я ведь не такой, почему я должен тебе доказывать это, а? — завёлся Доктор так, что его голос сорвался на хрип на последних словах. — Я нормальный человек, который хочет нормальных человеческих отношений: дружбы, любви, я не знаю, взаимопонимания, сочувствия, в конце концов! Почему мне приходится доказывать, что я не сволочь? Ну, неужели ты не видишь это сама? Неужели ты действительно считаешь, что я явился к тебе, чтобы воспользоваться твоей помощью, а потом бросить, как использованный кондом? Бо, ну, пожалуйста, включи мозги, я тебя очень прошу. — Тут Алекс выдохнул и уставился на кончики своих туфель. — И ты прости меня, если я в чём-то тебя обидел, это не со зла, я не хотел причинять тебе боль.