Евгений Рякин - Путь

Только через полтора часа, вымокнув до нитки, он, наконец, добрался до квартирки. Открыв дверь, Алекс сразу скинул с себя хлюпающую обувь, похожие на половую тряпку грязные штаны, и мокрющую кофту с рубашкой. В квартирке было холодно: в целях экономии батареи ели грели, оставалось только вскипятить воду и налить её в тазик, чтобы хоть немного согреться.

Хлюпая носками, Доктор вошел в комнату и испуганно вздрогнул — прямо перед ним, на кухне, на шатком табурете сидел Валера Берет и играл коробком спичек. От неожиданности Алекс отбросил вещи и замер в наполовину сползших мокрых носках и трусах. Берет оглушительно расхохотался при виде такого уморительного зрелища, Доктору же было не смешно, поэтому он молча стоял и смотрел на непрошенного гостя. А Валера всё не унимался и только чуть позже, утирая слёзы, успокоился и отдышался.

— Ну и видок у тебя, Саня! Со стороны ты выглядишь, как общипанная курица, — опять хохотнул Берет

— Да я и внутри такой же, — буркнул Док, протопав в ванную. Натянув старые спортивные штаны Оливера и свою полинявшую футболку, вернулся в комнату. — А ты-то здесь что делаешь? — недовольно поинтересовался он.

— В гости вот зашёл, — с ухмылочкой ответил Берет.

— Как-то ты странно, без приглашения, — покосился Доктор.

— Аттал Иванович меня научил, спасибо ему за науку, — похихикал Валера. — Видишь ли, попасть в чью-либо квартиру проще простого, зато на хозяев это всегда производит такое впечатление, что люди, бывает, в штаны накладывают. Неожиданность и напор — вот два моих верных помощника. Я же теперь у Аттала за нападение стал отвечать, так что, как видишь, тренируюсь в таких вот штучках.

— Поздравляю с назначением, — сухо произнёс Алекс, всё ещё недовольный внезапным вторжением. — А как ты меня нашёл-то?

— Так тебя только ленивый не найдёт, Доктор. Уже все, кому нужно, в курсе, так что тут тебе ни от кого не спрятаться, если кто-то надумает подкараулить.

— А что, есть такие? — присел на соседнюю табуретку Док.

— Конечно! — махнул рукой Валера. — Скажи спасибо, что это я ещё как-то держу ситуацию, а то бы тебя давно уже оприходовали.

— Спасибо тебе, — с теплотой в голосе произнёс Алекс.

— Да не за что. Ты же мне денег должен, поэтому я и не даю никому тебя на части рвать. Я, кстати, об этом и пришёл поговорить.

— Давай поговорим, — напрягся Алекс.

— Давай, — дурашливо повторил Берет и вдруг стал серьёзен. — Смотри, какая ситуация вырисовывается. Ты взял у меня взаймы очень много денег, очень много, капец как много. Что ты тогда обещал мне? Что всё будет честь по чести, под твоим контролем, что я инвестирую в строительство и на выходе получу большой куш. Так оно?

— Так, — кивнул Алекс.

— А что у нас сейчас получается? Так или иначе, но контроль за всем перешёл к Кольке Кащею. У него списки всех пайщиков, в том числе и мои подставные. И вот, когда придёт время начинать застройку, то кто будет представлять мои интересы, кто будет голосовать от моего лица и ставить подписи в договорах, а? Несуществующие люди, что ли? А ещё я узнал, что для возвращения хоть каких-то денег из полиса, по закону, нужно, чтобы платёж был удостоверен руководителем кооператива в присутствии главного бухгалтера полиса и самого пайщика. То есть получается, что я рублы в стройку вложить-то вложил, а вот как мне обратно их получить, хрен его знает, правильно?

Доктор промолчал.

— Саня, ты прекрасно представляешь, какой капитал я внёс. Примерно половина всех работ профинансирована за мой счёт, если не больше. И что теперь? Кащей достроит дорогу в этом или следующем году, так? А дальше мои фиктивные человечки должны получить право на землю и на застройку? Но не получат, верно?

Доктор продолжал молчать.

— Кто будет получать и оформлять недвижку? Кто будет подписывать контракты от их лица? Кто будет строить? Кто? — развёл руками Валера. — А никто, Доктор! Потому что этих людей реально не существует! Что ты мне говорил? Что документы будут подписаны, печати поставлены, я через дропов* (несуществующих физических лиц) буду собственником кучи недвижимости и буду иметь с неё горы денег. Говорил?

— Говорил, — односложно произнёс Доктор.

— Так скажи мне тогда, Саня, — раздув ноздри выдохнул Валера, — как я сейчас смогу получить обещанные горы, когда ты больше не контролируешь ситуацию? Как?

— Никак, — хмуро поглядел в окно Алекс.

— Неправильный ответ, Доктор! — со злостью произнес Берет. — Потому что в нашем деле нельзя сказать одно, а сделать другое. Это вон мелкие людишки вокруг могут бросать слова на ветер, а у нас за них нужно отвечать. Молчун умнее болтуна, так у нас говорится, а знаешь почему?

— Почему? — бесцветным тоном спросил Док.

— Потому что молчуну не приходится нести ответ за сказанные слова. Вот ты бы промолчал, глядишь, всё было бы хорошо, а теперь нет, браток. Придётся расплачиваться.

— Как? — перевёл на него взгляд Саша.

— Я не знаю, как. Это ты должен мне сказать, как на моих счетах снова окажутся эти суммы, или как я стану обладателем кучи недвижки.

— Но ведь я теперь не хозяин…

— Да мне насрать, Доктор, кто ты теперь в полисе! — выпучил глаза Берет. — Я же тебе сказал, что за слова нужно отвечать!

— Валера, ты же понимаешь, что я не смогу это сделать, — сгорбился Алекс и уставился в пол.

— А вот это неверный ответ… но ты знаешь, я кое-что придумал, чтобы тебе помочь! — расплылся в широкой улыбке Валера.

— Да? — встрепенулся Доктор, почувствовав надежду. — И что же?

— Ты ведь понимаешь, что лично тебе я не могу причинить вред по нескольким причинам. Ты мне и жизнь спас, и деньги мои так или иначе завязаны на тебе, поэтому я нашёл другой способ мотивировать тебя к действию.

— Какой ещё способ? — напрягся Алекс.

— Я буду, Доктор, убивать твоих близких. Адрес твоего отца у меня есть уже, где живут мать с двумя сестрёнками я тоже разузнаю. Да не дёргайся ты так, Сань, я же не изверг какой. Сначала начну с тех, кто территориально ближе, я думаю, что это будут Лойер и Оливер, может быть, ещё Бо… — Саша вздрогнул. — Ага, точно, не промахнулся, а то я что-то сомневался, как ты к ней относишься. — Валера снова широко улыбнулся. — Эх, с удовольствием бы включил в список Алису, но она, видишь, особа неприкосновенная, да и, признаться, — тут он понизил голос, — я и сам тащусь от этой кобылки. Ох, что мы с ней раньше вытворяли, ты бы знал!

Алекс так сильно сжал кулаки, что ногти впились в кожу. Но Валера продолжал, как будто не замечая.

— А чтобы ещё сильнее тебя мотивировать, я придумал, что перед смертью буду им подробно рассказывать, почему они умирают и кто в этом виноват. Пусть знают ребятушки, что дружба с Александром Церебрауном адски опасна. А с Бо, думаю, я ещё немного развлекусь, девка-то хорошая, что тут говорить…