Бернард Вербер - Тайна Богов

Я думал, что поднялся с Афродитой на вершину экстаза, но теперь испытываю нечто совершенно новое. Усиливая мое желание, Дельфина заходит гораздо дальше, чем Афродита. Наслаждение усиливается воображением. Вместе с Дельфиной мы создаем новый мир «Царство богов», но ведь можно сказать, что мы вместе создаем мир-дитя.

1 + 1 = 3?

1 + 1 = бесконечность, как говорила девушка в моем сне.

Я восхищаюсь Дельфиной. Она мой учитель в новой жизни. Она преподает мне дельфинью науку о точках.

– Наши отношения будут развиваться согласно этим точкам.

– Что за точки?

– Это нервные узлы, перекрестки энергии в наших телах, расположенные вдоль позвоночника. 1: копчик. Это точка связи с нашей планетой. То, что связывает нас с землей и природой. 2: поясничный позвонок, расположенный на уровне половых органов. Это точка сексуальности. Наша животная составляющая, связь с воспроизводством, с будущим. Ее мы коснемся в последнюю очередь. 3: позвонки, расположенные выше, за пупком. Это точка связи с материальным миром. То, чем двое владеют вместе. Дом, деньги, планы, связанные с имуществом. 4: позвонки, находящиеся за сердцем. Это точка эмоций. То, благодаря чему мы чувствуем себя любимыми, принадлежащими одной семье. Узнавание своего племени. Мы понимаем, что любим, когда одна-единственная мысль о любимом существе заставляет наше сердце биться сильнее. 5: шейные позвонки. Это точка общения. Всегда есть то, чему мы можем научить друг друга, слова, которые говорим друг другу, мысли, которыми обмениваемся. 6: точка на лбу, между бровями. Точка культуры. Возможность разделить общие ценности. Любить ту же музыку, те же фильмы, книги. Иметь общие интересы.

– А 7?

– Эта точка расположена на макушке. Точка духовности. Там находится дверь, ведущая в верхний мир. Это возможность разделить одну веру, одинаково воспринимать мир по ту сторону жизни. – 7 точек… 7 точек соприкосновения двух существ. И они либо работают, либо нет.

– Мы сами должны включить их, создать между ними связи.

Я смотрю на Дельфину. Она совершенно невероятная.

Как она и хотела, наши отношения развиваются постепенно.

Когда я набрал 15 баллов, мы стали спать рядом, в одной постели. Обычно она ложится обнаженной, прижимаясь ко мне, подвергая меня мучениям и восторгам желания.

Наши медитации становятся все более длинными, и она все больше времени проводит у меня.

Роман и игра «Царство богов» идут вперед семимильными шагами. Мы тестируем первые варианты игры, и, к своему изумлению, я вновь переживаю то, что чувствовал на Эдеме. Анкх. Народы, которые появляются в его увеличительном стекле. Сны, которые боги посылают пророкам. Молнии, которые вспыхивают во время сражений.

Я говорю Элиоту, что нужно, чтобы игроки могли строить здания.

– Здания, памятники будут оказывать сильное впечатление на народы противника, вызывая у них желание примкнуть к чужой культуре.

Я предлагаю ограничить количество участников 144 игроками. Наименее успешные будут выбывать по ходу игры.

– В самом конце победитель сможет встретить Царя игры. Это и будет высшей наградой.

– И что это будет за Царь, ты уже придумал? – спрашивает Элиот.

– Это Зевс.

Он непонимающе смотрит на меня. Я все время забываю, что здесь другие реалии.

– Высокий бородатый мужчина в белой тоге и короне. Некто вроде мудрого и могущественного деда. Это очень значительный персонаж, властный, обладающий харизмой.

– Он и будет Великим Богом?

– Нет, всего лишь царем Эдема. Когда игрок, наконец, встретится, с ним, то, к своему удивлению, обнаружит, что вершина, которой он достиг, не последняя, и существует еще одна. Над владыкой Царства богов стоит другое, более могущественное существо.

Они смотрят на меня так, словно я говорю на иностранном языке. Дельфина лихорадочно рисует деда в тоге и ниточки, идущие вверх от его рук: он всего лишь марионетка, которой управляет рука, явившаяся из небытия.

– И кто тогда этот Великий Бог, который стоит над царем Эдема?

– Еще не придумал, но скоро я вам скажу, кто это. Кажется, на этот раз они думают, что я сам зашел в тупик, и обещаю то, чего не смогу сделать.

– Габриель, у тебя усталый вид. У всех есть предел возможностей, а ты слишком высоко поднял себе планку, – говорит Элиот.

– Хочешь, мы можем тебе помочь и придумать, кто стоит над царем Эдема? – спрашивает лысый.

– Может, это большой компьютер? – вторит ему альбинос. – Компьютер, который управляет миром.

– Свет, – предлагает Дельфина. – Существо, которое является чистым светом и не имеет материальной формы.

– А если мы отправим победителя в другую игру? – подсказывает Элиот. – Тогда мы сможем сделать продолжение, если эта хорошо пойдет.

– Нет, – отвечаю я. – Не нужно придумывать, что попало. Я узнаю, кто стоит над царем Эдема, и тогда мы закончим игру.

Альбиноса мой ответ не устраивает.

– Слушай, Элиот, у нас проблемы с движком, который обеспечивает перемещение персонажей Олимпии. Есть проблемы. Персонажи исчезают сами собой. Похоже нужно все переделывать.

– Мы тестировали игру с анкхами, как и было указано в техзадании. Это не очень удобно. Честно говоря, это и выглядит по-дурацки, – жалуется лысый.

– Нам не хватает программистов для того, чтобы написать основной движок.

– А ведь понадобится еще переделать несколько дополнительных, – подхватывает альбинос.

– Да еще эта статья… – напоминает Элиот. Повисает тяжелое молчание.

– Какая статья? – спрашиваю я.

– В газете. После твоего выступления на телевидении Арчибальд Густен разразился огромной статьей. Накинулся с удивительной злобой.

– Ну и пусть, – говорю я.

– Ты ошибаешься. Это плохо для имиджа «нашей» игры.

Я прошу показать мне статью. Она сопровождается фотографией, которую сделали в телестудии. Сама статья – нагромождение клеветы. Густен поносит мою работу, моих читателей, самого меня. Он утверждает, что фантастика – второстепенный литературный жанр, в котором все дозволено и нет ничего достойного. В завершение он издевается над моей манерой одеваться.

– Это все от зависти, – говорю я.

– Проблема в том, что вслед за этой статьей появились другие. Это очень плохо для твоего имиджа.

– Мне наплевать на имидж. Я знаю, что честно работаю и не стараюсь понравиться кучке неудачников.

Ребята из студии «Синей бабочки» качают головами.

– Это помешает продвижению игры, – морщится Элиот.

На моей планете, на Земле-1, Джонатан Свифт говорил: «Рождение нового таланта замечаешь, когда против него возникает заговор глупцов».

– Честно говоря, Габриель, после того, как вышла эта статья, в нашей команде начались разногласия… И даже среди некоторых наших спонсоров. Они не хотят, чтобы их имя было связано с тобой.