Амос Оз - Черный ящик

"Шатер Ицхака", Иерусалим

Абсолютно личное: только адресату

Иерусалим, 5.7.1976

Уважаемый господин Сомо!

Передо мною лежит Ваше письмо от 13 сивана сего года. Я задержался с ответом, чтобы изучить Ваши предложения. А тем временем нам удалось совместными усилиями провести нашего слона сквозь игольное ушко. Мне и в голову не придет соревноваться с Вами по этой части, но, если память мне не изменяет, то город Кирьят-Арба уже в Библии каким-то образом связан с великанами? То, что вы проделали относительно нашего юного героя, – великолепно. (Я понял так, что его новое дело в полиции закрыто по рекомендации внутренних полицейских инстанций.) Снимаю шляпу. Можно ли будет воспользоваться Вашими волшебными возможностями и в других случаях? Со связями, подобными Вашим, не Вы должны прибегать к моим скромным услугам, – как просите Вы в своем письме, – а, быть может, наоборот?

Засим перехожу прямо к сути Вашего письма и той плодотворной телефонной беседы, что состоялась вчера. Мне не стыдно признаться, что я не испытываю каких-либо особых чувств по отношению к так называемым «территориям» и тому подобным вещам. Возможно, что и я, подобно Вам, был бы склонен с аппетитом проглотить их, если бы не арабы, живущие там. От последних я с готовностью отказываюсь. Итак, я размышлял со всей серьезностью над проспектом Вашей организации, который Вы изволили приложить к своему письму. Ваша программа – выплатить каждому арабу полной мерой за его имущество и землю плюс билет на проезд в один конец за наш счет. Разумеется, это кажется мне достаточно проблематичным: примем за исходную цифру, скажем, двадцать тысяч долларов, помножим их на два миллиона арабов, и как ни крути-верти, получится два-три миллиарда долларов. Для того, чтобы финансировать это переселение народов, нам придется продать всю нашу страну да еще влезть в долги. Стоит ли нам продавать Государство Израиль, чтобы приобрести территории? Ведь вместо этого можно просто поменяться местами: мы поднимемся на святые прохладные горы, а они займут наши места на влажной прибрежной низменности. На это они, быть может, согласятся по доброй воле?

С Вашего позволения, я еще минуту задержусь на идее обмена гор на прибрежную равнину. Выясняется, к сожалению, что наш дорогой доктор Гидон тем временем отказался от намерения продавать свое имущество в Зихроне. Хотя вполне возможно, что вскоре он вновь изменит свое мнение по данному вопросу. В последнее время весьма трудно предугадать его настроение. Господину N из Парижа, стало быть, придется набраться терпения. Теперь Вы видите, мой друг, что длинный нос Закхейма способен разнюхать все: от неких добрых людей мне стало известно, что господин N, который в свое время был Вашим товарищем по молодежному движению Бетар в Париже и который с течением лет создал целую империю женской одежды, – именно он был тем святым духом, в сотрудничестве с которым вы создали «Движение за единство Израиля». Между нами, господин Сомо, мне известен и тот факт, что это наш любезный друг господин N финансировал Вашу полусекретную поездку во Францию нынешней осенью. Более того, мне известна цель этой поездки – от имени Вашего движения вступить в переговоры с определенными кругами некоего христианского ордена, центр которого расположен в Тулузе, по поводу земель этого ордена, лежащих к востоку от Вифлеема. И опять-таки не кто иной, как не знающий усталости господин N, хлопотал о том, чтобы устроить Вам возвращение французского гражданства, и тем самым предоставить Вам законные основания для трансакции, к которой сам господин N, по вполне понятным причинам, не хотел бы формально быть причастным. Видите ли, друг мой, идея этой трансакции захватывает и меня: господа в сутанах из Тулузы не готовы продать вам свою небольшую делянку в Святой Земле, но, похоже, снисходят до того, чтобы обменять вифлеемские поля на большой дом с добрым земельным участком вокруг него где-нибудь в центре страны – в пределах границ перемирия 1949 года. Без сомнения, с миссионерскими целями. Все это выглядит вполне разумно, по-моему. А намерение господина N финансировать подобную сделку я принимаю как факт. До сих пор – все прекрасно, все замечательно. Мы могли бы великолепно завершить построение треугольника "Вифлеем – Тулуза – Зихрон", если бы не переменчивость настроений нашего ученого друга. Я попытаюсь, приложив все свои скромные силы, уговорить его – во имя общего блага всех заинтересованных сторон.

А пока мое предложение таково: исходя как из этических, так и из практических соображений, будет лучше, если я не приму на себя обязанностей, связанных с ведением дел, касающихся Вашего личного имущества, либо интересов Вашего движения. Это освобождает Вас от выплаты мне гонорара за услуги. И, напротив, я буду рад бесплатно оказать Вам помощь советом в любом вопросе, если Вы сочтете необходимым опереться на мои скромные способности. (С Вашего позволения, начну с рекомендации: сшейте себе два-три солидных костюма – ведь отныне Вы владеете значительным состоянием, которое, возможно, станет еще более значительным в силу трагических аспектов, связанных с положением д-ра Гидона. Это – при условии, что Вы прислушаетесь к моим советам и будете действовать с максимальной осторожностью.) Да и Ваше общественное положение таит в себе немало сенсационного, господин Сомо: возможно, недалек день, когда Вы будете призваны в высшие сферы.

Но вопросы одежды, разумеется, второстепенны. Главные свои надежды возлагаю я на встречу, которая должна состояться в понедельник между Вами и моим зятем – промышленником Этгаром Зохаром из Герцлии (Зохар женат на моей единственной дочери Дорит, он – отец двух моих внуков). У меня нет сомнения, Мишель, – позвольте называть Вас по имени, – что Вы найдете в нем молодого человека, который придется Вам по сердцу. В последнее время он, подобно Вам, собирается заняться торговлей земельными участками. Кстати, Зохар в еще большей степени, чем я, склонен делать ставку на то, что менее чем через два года власть преременится. Это приведет к тому, что в Синае, на Западном берегу, в секторе Газа для людей, которые, подобно нам, способны предвидеть будущее, откроются широкие перспективы. Я убежден, что вы оба, мой зять и Вы, принесете со временем неоценимую пользу друг другу – после вышеупомянутых перемен Ваши финансовые возможности и отлаженные связи могут оказаться дороже золота, а энергия Зохара будет направлена в плодотворное русло.

Что касается меня, то я, как уже было сказано, продолжу заниматься делами, связанными с доктором Гидоном. Есть у меня основания надеяться, что вскоре смогу сообщить Вам радостные известия по поводу имущества в Зихроне. Главное – набраться терпения и преисполниться доверия друг к другу.