Бернхард Шлинк - Три дня
- Название:Три дня
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Азбука-классика
- Год:2010
- Город:СПб
- ISBN:978-5-9985-1094-6
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Бернхард Шлинк - Три дня краткое содержание
Новый роман Бернхарда Шлинка — автора знаменитого «Чтеца» — рассказывает о трех первых днях на свободе пожизненно осужденного, но помилованного после двадцати четырех лет заключения немецкого террориста, одного из лидеров ультралевой экстремистской организации «Фракция Красной армии» (РАФ), которая на протяжении почти трех десятилетий вела против государства «городскую партизанскую войну». Первые дни на свободе оказываются нелегким испытанием для Йорга и его старых друзей — бывших единомышленников, а ныне вполне благополучных и благонадежных граждан, искренне желающих помочь ему адаптироваться в новой, свободной жизни. Однако, не разобравшись с прошлым, невозможно строить будущее. А в прошлом у Йорга — дерзкие похищения и убийства, ультиматумы правительству, постоянный риск, фанатичная вера в идею и почти четверть века в тюремной камере. Но может, это и была настоящая жизнь и впереди только жалкое прозябание? Или прошлое было чудовищной ошибкой, и значит, все жертвы, вся кровь напрасны?.. Но если будущее все-таки возможно, в чем тогда его смысл? В чем смысл жизни?
Три дня - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— А Марко Хан?
— Кто?
— Сама знаешь кто. Долгое время мы с ним только переписывались, а четыре года назад приехал ко мне на свидание и с тех пор навещал постоянно. Не считая тебя, он…
— Ты о том ненормальном, из-за которого тебе едва не отказали в помиловании? [3] …из-за которого тебе едва не отказали в помиловании? — В 1985 году Кристиан Клар был признан виновным и приговорен к шести пожизненным срокам заключения и дополнительно к пятнадцати годам тюрьмы. В 1995 году суд постановил, что с учетом тяжести совершенных им преступлений минимальный срок заключения должен составить 26 лет (до начала 2009 года). По истечении 24 лет Клар обратился к федеральному президенту с прошением о помиловании. Президент Германии Хорст Кёлер лично встретился с Кларом, но 7 мая 2007 года, ввиду того что бывший лидер РАФ так и не раскаялся в содеянном, отклонил его прошение. Однако год спустя штутгартский суд вынес решение об условно-досрочном освобождении Кристиана Клара, и 19 декабря 2008 года Клар вышел из тюрьмы. Сам Бернхард Шлинк на вопрос, как он относится к освобождению Клара, ответил, что он бы, наверное, не стал его освобождать.
— Он сделал всего лишь то, о чем я сам его просил. Я написал приветственное обращение; адресаты и повод были мне известны. Тебе не в чем его обвинить.
— Но ты не мог знать, во что это выльется! Зато он знал и не остановил тебя вовремя, а, наоборот, еще и подначивал. Он использует тебя.
Она опять разозлилась, как в то утро, когда прочитала в газете, что он публично обратился с приветствием к какому-то там конгрессу [4] …он публично обратился с приветствием к какому-то там конгрессу… Это было расценено как нежелание пересмотреть свои взгляды и полное отсутствие раскаяния, из чего делался вывод, что такой человек не заслуживает помилования. — В январе 2007 года Кристиан Клар направил приветственное послание участникам ежегодной конференции памяти Розы Люксембург. Многие увидели в его поступке свидетельство того, что за 24 года заключения бывший террорист так и не отказался от своих лево-экстремистских взглядов, что выразилось в негативной реакции большей части немецкого общества на поданное им в том же году прошение о помиловании (см. прим. 3). Роза Люксембург (1871–1919) возглавляла леворадикальную оппозицию в Коммунистической партии Германии; убита (вместе с Карлом Либкнехтом) конвойными по дороге в тюрьму Моабит 15 января 1919 года.
против насилия. Это было расценено как нежелание пересмотреть свои взгляды и полное отсутствие раскаяния, из чего делался вывод, что такой человек не заслуживает помилования.
— Я позвоню ему и приглашу приехать.
Он встал, порылся в кармане в поисках мелочи и направился к телефонному аппарату. Она тоже встала, чтобы броситься за ним и остановить, пока не поздно, но заставила себя сесть. Увидев, что у него в разговоре возникла заминка, она снова встала, подошла к нему, сама взяла трубку и объяснила, как добраться до ее дома. Он обнял ее за плечи, и ей стало так хорошо, что она перестала сердиться.
Дальше она сама села за руль. Через некоторое время он спросил:
— Почему ты не позвала моего сына?
— Я звонила ему, но он просто положил трубку. Тогда я написала ему письмо. — Она пожала плечами. — Я знала, что тебе хочется его повидать. Но понимала, что он не приедет. Он давно уже сделал выбор и настроен против тебя.
— Он не сам, это они его настроили.
— Да какая разница! Он стал таким, каким они его воспитали.
2
Хеннер сам не знал, как отнестись к предстоящей встрече и чего ему ожидать от этих выходных: от встречи с Йоргом, встречи с Кристианой и остальными старыми друзьями. Когда ему позвонила Кристиана, он не задумываясь ответил согласием. Потому ли, что в ее голосе ему послышались умоляющие нотки? Или потому, что старая дружба обязывает к пожизненной верности? Или из любопытства?
Хеннер приехал пораньше. По карте он обнаружил, что дом Кристианы расположен на границе природоохранной зоны, и хотел перед встречей хорошенько пройтись пешком, перевести дух, отключиться от всего постороннего. Он только в среду вернулся после конференции в Нью-Йорке к заваленному бумагами письменному столу и расписанному по минутам ежедневнику, чтобы снова впрячься в привычную лямку.
Он удивился, увидев солидную усадьбу: каменную ограду, чугунные ворота, высокий дуб у крыльца, позади — обширный парк и барский дом, простоявший не одну сотню лет. Сейчас все это пришло в запустение. Кровля была покрыта гофрированным железным листом, стены стояли облупленные и местами покрылись плесенью, а лужайка перед террасой позади дома заросла кустами и деревьями. Однако окна были новенькие, перед входом насыпан свежий гравий, на террасе приготовлены для гостей деревянные столы и стулья, один столик и четыре стула были уже расставлены, еще несколько дожидались в сложенном виде, дорожки от дома к парку были расчищены от лишней поросли.
Хеннер вступил на одну из аллей и окунулся в зеленое царство леса; над головой, закрывая небесный свод, смыкалась просвеченная солнцем листва, а древесные стволы и кусты по обе стороны заросшей травой дорожки создавали видимость непроходимой чащи. Некоторое время впереди по дорожке скакала какая-то птичка, она исчезла так внезапно, что Хеннер даже не заметил, куда и как она скрылась — ускакала в кусты или вспорхнула и улетела. Хеннер понимал, что дорожка нарочно то и дело петляет, потому что архитектор хотел создать впечатление обширного парка. И все равно он чувствовал себя так, словно попал в зачарованный лес, словно он заколдован и никогда не выберется из волшебных дебрей. Но едва он успел подумать, что вовсе и не хочет никуда выбираться, как лесное царство закончилось, и он очутился на берегу широкого ручья. За ним расстилались поля, а вдалеке виднелась деревня с церковной колокольней и элеваторами. Вокруг стояла тишина.
Затем он заметил ниже по течению сидящую на скамейке женщину. Только что она что-то писала в тетрадке, а сейчас опустила тетрадь и ручку на колени и глядела на Хеннера. Он направился к ней. «Серая мышка, — подумал Хеннер. — Невзрачная, неловкая, застенчивая». Она встретила его взгляд:
— Ты меня не узнал?
— Ильза!
С ним частенько случалось, что при встрече с хорошо знакомым человеком он никак не мог вспомнить его имени, поэтому он даже обрадовался, когда при виде с трудом угаданного лица в памяти тотчас же всплыло нужное имя. В последний раз они виделись с Ильзой где-то в семидесятые годы, и тогда она была хорошенькой девушкой. Носик и подбородок были, пожалуй, несколько островаты, слишком сурова складка губ, плечи она сутулила, чтобы не так заметна была ее высокая грудь, но вся она, голубоглазая, светлокожая, белокурая, словно излучала светоносное сияние. Сейчас Хеннер уже не встретил в ней былой светозарности, хотя она и отозвалась на радость встречи и узнавания приветливой улыбкой. Он смутился, словно испытывая неловкость за то, что она уже не та, какая была и какой обещала остаться.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: