Джей Рейнер - Доизвинялся

– Вы группа из ВИПООНа?

– Да, – лаконично ответила Дженни.

Она качнулась на одном каблуке. То же самое она сделала, когда обнаружила, что никакой лимузин в аэропорту нас не встречает: одна нога отставлена назад, покачивание на каблуке, будто, если она ограничит любое движение областью ниже колена, ее раздражения никто не заметит. Мне она пробормотала:

– Прилетевшим первым классом не полагается брать такси. Никогда.

И послала Уилла Мастерса и Сатеша Панджаби стать в хвост очереди на стоянке.

Теперь все повторялось сызнова.

– У вас есть багаж? – спросила секретарь.

– Да.

– Его служба безопасности пропустила?

– Разумеется. Не могли бы вы позвонить в секретариат ВИПООН и сказать, что прибыл Марк Бассет?

– В офисе ВИПООН никого нет, – сказала Нора, точно читала нотацию умственно отсталой. Потом она оттолкнулась вместе с офисным креслом от изгиба стола и рявкнула коллеге, сидевшей в каких-то нескольких дюймах у нее за плечом: – Дорин? Кому нам звонить в ВИПООН? Ларри?

– Ага. Ларри. – Сотрудница даже глаз не подняла, только продолжала стучать по клавишам. – Добавочный двадцать семь шестьдесят четыре семь.

– Я позвоню Ларри Звеглеру.

– Хорошо. Позвоните, пожалуйста.

А потом он сам вдруг оказался перед нами: невысокий человечек в дешевом синем костюме с огромной связкой ключей, свисавшей у него с ремня, и каплями пота, блестевшими на верхней губе.

– Вы, ребята, из ВИПООНа? Ларри Звеглер, Отдел Обслуживания. – Энергичные рукопожатия всем, будто человеческий контакт способен его спасти. – Господи, как же я рад вас видеть! Прошу прощения, если встреча не совсем, ну, сами понимаете, подобающая, но учитывая нынешнюю ситуацию и все такое… У вас багаж есть? Служба безопасности его пропустила? Хорошо. Эй, Тони? Наш Тони позаботится о багаже. Зарегистрируй его, ладно, Тони? Мы оставим чемоданы тут, а сами поднимемся на седьмом лифте. Я вам тут все покажу, а потом, сами понимаете, сможете приступить к работе.

Впятером мы вошли в один лифт и там стояли, стараясь не замечать запаха химчистки и пота от костюма Звеглера.

– Так, значит, дело в том, мисс…

– Сэмпсон. Миссис Сэмпсон.

– Конечно, миссис Сэмпсон. Дело в том, что договоренности были несколько… Да ладно, просто имейте в виду, будет немного шумно.

– Офисы на пятнадцатом этаже?

– На четырнадцатом, пятнадцатом, шестнадцатом… сами выбирайте, – устало ответил он, глядя вверх, точно через потолок лифта видел что-то, невидимое нам, простым смертным.

Двери лифта раздвинулись, и перед нами открылась особая разновидность хаоса, создать которую способна только провалившаяся попытка его упорядочивания, – точь-в-точь руины великолепно накрытого стола после банкета. Люди стояли тесными группками, прислонясь к стенам коридоров, присев на выстеленном старым серым линолеумом полу, кричали в мобильные телефоны, а вокруг валялись россыпи документов. Через двери офиса нам были видны еще и еще люди, тычущие друг друга пальцами в грудь через стол, и другие, орущие в телефоны или друг на друга, или и то, и другое разом. Среди них сновали опрятные молодые женщины в начищенных лодочках и с застывшими улыбками, которые переносили с места на место канцелярские принадлежности, будто такая осмысленная мелочь способна спасти их от кошмарной участи: утонуть в мельтешении тел и гвалте.

– Леди и джентльмены, – бесстрастно сказал Ларри, – Добро пожаловать в Ведомство Извинений и Примирений при Организации Объединенных Наций, сокращенно – В Ипоон.

Мы шагнули в наваристый бульон криков и обвинений. Дженни поморщилась и зажала одной рукой ухо, словно это помогло бы ей сосредоточиться.

– Что, скажите на милость, тут происходит?

Ларри придвинулся к ней ближе.

– Нам пришлось составить план размещения рабочих столов, – практически проревел он, стараясь перекричать гвалт. – Поэтому кто-то…

Не успел он закончить, как смуглый коротышка с такими усами, точно кусок липучки отрезал, стал вдруг дубасить его по плечу.

– Мистер Звеглер, это невыносимо. Нас надо переместить. Мой народ… мы не можем терпеть подобное оскорбление. Мы должны…

– Тпру, тпру, тпру, помедленней. Какая делегация? – Звеглер приложил руку к уху.

– Я из Армении. За соседним столом – турки. Вам известно про учиненный турками геноцид армян? Вам известно про это позорное пятно в мировой истории? Мы не можем выносить соседства этих… людей. – Последнее слово он не произнес, а прямо-таки выплюнул. – А тут еще курды. Они вмешиваются в наши дискуссии с турками и говорят, что их обиды более свежие и потому они имеют право первой очереди. Это невыносимо, гнусно…

– Ладно, – сказал Ларри. – Ладно. Послушайте. Я всего лишь из Обслуживания. Я занимаюсь столами. Я занимаюсь телефонами. Не позорными пятнами мировой истории. – Он помешкал, по всей видимости, подыскивая решение. – Возможно, удастся поставить перегородки. Что, если в качестве временной меры я найду вам ширму, чтобы отделить вас от турок? Как насчет ширмы?

Человечек как будто сменил гнев на милость.

– Вы хороший человек, мистер Звеглер.

– Всегда к вашим услугам, друг мой. Всегда к вашим услугам.

Он повернулся к нам, пожимая плечами и всем своим видом говоря: «Теперь понимаете, о чем я?»

– Так вот какой-то умник расставил столы в географическом порядке. В результате израильтяне у нас сидят бок о бок с палестинцами, австралийцы с аборигенами, восточно-тиморцы с индонезийцами. Гребаное бедствие, с вашего позволения. Прошу прощения за мой французский. Так вот…

– Почему секретариат это не уладит? – спросила, придвигаясь к нему поближе, Дженни.

Ларри Звеглер моргнул и прикусил губу.

– О'кей, дамочка. Кажется, то, что мы тут имеем, зовется срыв коммуникации. Давайте-ка я отведу вас в ваши кабинеты, а там, ну, сами понимаете… тогда поговорим. И старайтесь ступать осторожнее. Как видите, друзья, тут кое-кто сбежал от своих столов и устроил себе лагерь в коридоре. Верховный комиссар при ООН по делам беженцев подумывает, не заглянуть ли сюда для ознакомления. – Он усмехнулся, но ни один из нас не улыбнулся в ответ.

В офисах пятнадцатого этажа, выходивших окнами на Манхэттен, располагались европейские и ближневосточные делегации групп особого интереса, которым предложили собрать материал и зарегистрировать свои подлежащие извинению обиды. Делегациям Среднего и Дальнего Востока, Африки и Австралии отвели этаж выше, прокричал нам Звеглер, со временем к ним присоединится Финансовый Контроль. Отделу Истории и Подтверждения полагалось находиться этажом ниже, вместе с Юридическим отделом, Психологией и вспомогательными службами, как, например, Транспорт и Расселение. Через новенькие двери мы попали в коридор на той стороне здания, которая выходила на Ист-ривер, и уровень шума разом упал.