Грэм Симсион - Проект Рози

Амхад глотнул пива и молча уставился на меня, прежде чем снова заговорил:

— Я подумываю об открытии небольшого коктейль-бара. В нью-йоркском стиле, с элементами флейринга [21] Флейринг — в работе бармена приготовление коктейлей свободным стилем с использованием элементов жонглирования. Популярным флейринг стал после выхода в свет фильма «Коктейль» в 1988 году с участием Тома Круза и Брайана Брауна. — все эти штуки за стойкой, если ты понимаешь, о чем я. Так вот, если тебе это интересно…

Он предлагал мне работу! Предложение было лестным, учитывая мой совсем небольшой опыт. В голове вдруг пронеслась сумасшедшая мысль — я пожалел о том, что Рози не видит момент моего триумфа.

— У меня уже есть работа. Спасибо.

— Я не о работе. Я предлагаю тебе долю в бизнесе.

— И все-таки нет, спасибо, — сказал я. — Мне очень жаль. Но думаю, моя кандидатура не совсем подходит.

— Возможно, но у меня глаз наметанный. Позвони мне, если вдруг передумаешь. Я не тороплюсь.

Назавтра было воскресенье.

Мы с Рози договорились встретиться в лаборатории в пятнадцать ноль-ноль. Она, как всегда, опаздывала. Я не стал ее дожидаться и приступил к работе. Прежде всего я убедился в том, что у нас имеются образцы ДНК всех участников мероприятия. Это означало, что тестирование пройдет каждый, за исключением отсутствовавших одиннадцати европеоидных мужчин.

Рози явилась в обтягивающих голубых джинсах и белой рубашке — и сразу направилась к холодильнику.

— Никакого пива, пока все образцы не будут проверены, — бросил я.

Работа потребовала не только времени, но и дополнительных реактивов из главной лаборатории. В девятнадцать ноль шесть Рози отправилась за пиццей. Вредный для здоровья выбор, но накануне я пропустил ужин и рассчитал, что мой организм сможет переварить лишние килокалории. К тому времени, как она вернулась, оставалось еще четыре образца. Мы только вскрыли коробку с пиццей, когда зазвонил мой мобильник. Я сразу догадался, кто звонит.

— Ты не отвечаешь по домашнему номеру, — услышал я голос матери. — Я забеспокоилась.

Справедливое замечание, если учесть, что воскресный телефонный звонок мамы — один из пунктов моего еженедельного расписания.

— Где ты?

— На работе.

— У тебя все в порядке?

— Все отлично.

Мне было неловко, оттого что Рози оказалась свидетельницей столь личного разговора. Я постарался побыстрее закончить его, отвечая предельно кратко. Рози начала смеяться — к счастью, не так громко, чтобы услышала моя мать, — и корчить рожицы.

— Мама? — спросила она, когда мне наконец удалось нажать отбой.

— Совершенно верно. Как ты догадалась?

— Ты говорил как шестнадцатилетний мальчишка, отчитывающийся перед мамочкой…

Она запнулась. Видимо, мое раздражение бросалось в глаза.

— Или как я, когда разговариваю с Филом.

Надо же, оказывается, и Рози испытывала трудности в общении с родителями. Моя мама — прекрасный человек, но она слишком активно делится личной информацией. Рози схватила кусок пиццы и повернулась к монитору:

— Полагаю, ничего нового.

— Напротив, новостей полно. Исключены еще пятеро, осталось проверить всего четверых. Включая этого.

Результат высветился на экране, пока я говорил по телефону.

— Всё, Анвара Хана тоже можно вычеркивать.

— Слава Аллаху. — Рози потянулась к таблице.

— Это был самый трудный в мире заказ, — напомнил я ей. Доктор Хан заказал пять разных коктейлей, словно наверстывая упущенное за вечер. С мероприятия он уходил в обнимку с доктором Голд.

— Да, и я тоже приложила к этому руку. Плеснула чуток рома в его «Деву Коладу».

— Ты дала ему алкоголь?

Я полагал, что это было против личных или религиозных установок доктора Хана.

— По ходу, теперь ему не светят семьдесят две девственницы, [22] Имеется в виду один из самых популярных за пределами исламского мира сюжетов Корана: мусульманам обещан рай, в котором их ожидают чувственные наслаждения, в том числе — 72 девственницы-гурии. — заметила Рози.

Я был знаком с этой религиозной теорией. Моя позиция, как я уже не раз говорил декану, состоит в том, что к верованиям, пусть даже не обоснованным научно, следует относиться с должным уважением. Но именно сюжет про девственниц мне почему-то кажется абсурдным.

— Довольно странное желание, — сказал я. — Почему нужны именно девственницы? По мне, так женщина с сексуальным опытом куда предпочтительнее.

Рози рассмеялась и откупорила два пива. Потом вдруг пристально посмотрела на меня, чего я никогда себе не позволяю в отношении других:

— Какой ты все-таки… удивительный. Самый удивительный человек из всех, кого мне доводилось встречать. Не знаю, почему ты все это делаешь, но все равно спасибо.

Она чокнулась со мной бутылкой и выпила.

Приятно, что мои усилия оценены. Но это было как раз то, что меня беспокоило, — то, что мы обсуждали с Клодией. Рози наконец заинтересовалась моими мотивами. Она ведь подавала заявку на проект «Жена», и, видимо, у нее были какие-то ожидания на этот счет. Пришло время поговорить начистоту:

— Вероятно, ты думаешь, я делаю это, чтобы начать романтические отношения.

— Признаюсь, такая мысль приходила мне в голову, — сказала Рози.

Что и требовалось доказать.

— Мне очень жаль, если я создал ошибочное впечатление.

— Что ты имеешь в виду? — удивилась Рози.

— Ты меня не интересуешь в качестве партнерши. Мне следовало бы сказать тебе об этом раньше, но ты действительно совсем не подходишь.

Я пытался оценить реакцию Рози, но чтение по лицам — не мой конек.

— Что ж, тебе, наверное, будет приятно узнать, что я это переживу. Кстати, насчет тебя я могу сказать то же самое: офигенно неподходящий.

Какое облегчение. Выходит, я не задел ее чувства. Но между тем мой вопрос так и остался без ответа.

— Тогда почему ты подавала заявку на проект «Жена»?

Про «заявку» я, конечно, загнул, ведь Джин не предлагал Рози заполнить анкету. Но ее ответ вызвал еще больше вопросов, поскольку свидетельствовал о серьезном недопонимании.

— Проект «Жена»? — произнесла она таким тоном, будто впервые слышала об этом.

— Джин прислал тебя ко мне по проекту «Жена».

— Он сделал что?

— Ты не слышала о проекте «Жена»? — спросил я, пытаясь скорректировать исходную позицию.

— Нет, — отчетливо произнесла она, как будто втолковывала что-то ребенку. — Я никогда не слышала о проекте «Жена». Но готова выслушать. В подробностях.

— Конечно, — сказал я. — Но нам придется совместить это с пиццей и пивом.

— Разумеется, — ответила Рози.

Я довольно детально объяснил суть проекта и даже рассказал о своих консультациях с Джином и полевых испытаниях на холостяцких вечеринках. Я закончил свой рассказ вместе с последним куском пиццы. Рози слушала, не перебивая, — разве что иногда восклицала «Блин!» и «Мать!»