Дэвид, Вебер - Факел свободы

Проверка этих записей на ежедневной основе была совершенно законной деятельностью, но было всегда возможно, что кто-то мог бы следить за ними. Поэтому Яна использовала каждый день другой метод для поиска данных. Иногда публичную библиотеку, и никогда ту же самую, два раза подряд; иногда офисы торгового судоходства - таких было много в городе; и однажды она даже пошла к самому Внесоларианскому Коммерческому Управлению и использовала их компьютеры.

- "Хали Саул" только что вновь вошел в систему, - сказала она тихо, не желая беспокоить вереницу мыслей Антона. Она не знала Зилвицкого, также как Виктор, но у нее было почти суеверное уважение к легендарной способности этого человека к своей работе через любые проблемы.

Виктор кивнул.

- Еще какие-то слова о том, разрешено ли им длительное пребывание?

Она покачала головой.

- Нет, но это, вероятно, будет в записях к завтрашнему дню. Не позднее, чем на следующий день после этого, наверняка. Скажу так для Мезы. Их бюрократы не лентяйничают.

Виктор усмехнулся.

- А это... похвала?

Услышав легкий шум позади них, Виктор обернулся и увидел, что Антон немного отъехал своим стулом от стола.

- Это не заняло так много времени, как я думал. - Он поднял кофейник. - Свежий кофе?

Зилвицкий протянул чашку.

- Существует не так уж много, чтобы оценивать. Я думаю, что ты прав, Виктор - и я уверен, что МакБрайд выйдет в открытую с ним на нашей следующей встрече. Это будет еще один человек, которого он хочет вынести из гетто с собой, и что человек будет ученым или техником какого-то рода, кто на самом деле обладает знаниями о каких он намекал.

- Ты не думаешь, что он как-то притворяется, другими словами?

- Нет. - Антон медленно покачал своей массивной головой. - Виктор, если я не очень сильно ошибаюсь, Джек МакБрайд начинает отчаиваться и хочет убраться с планеты как можно скорее.

Виктор нахмурился.

- Почему? Он по существу глава службы безопасности здесь. Ну, один из них, так или иначе. Но ты был бы в затруднении, чтобы придумать тех, кто мог скрыть, что он делает, так как может он. Даже если кто-то накрыл его на чем-то сомнительном, он может почти наверняка обеспечить своего рода полу-разумное объяснение. Достаточно хорошее, по крайней мере, чтобы дать ему время организовать его побег.

- Я не думаю, что на него давит его собственное положение, Виктор. Я думаю - и я буду первым, кто признает, что есть много догадок, с моей стороны - что это ситуация того таинственного другого человека, что подгоняет бо?льшую часть расписания здесь.

- Ах. - Виктор сел и отхлебнул своего кофе. Потом обдумывал это в течение нескольких минут, а затем сделал еще один глоток.

- Я не собираюсь критиковать тебя, Антон. Итак, давай все расставим на столе, когда мы встретимся с МакБрайдом через два дня. Скажем ему об увеличении-или-закрытии времени, и предложим очень большой пряник с возможностью того, чтобы его получил он и его Таинственный Другой за пределами планеты практически сразу.

Он кивнул в сторону Яны, которая заняла место за столом с чашкой кофе.

- "Хали Саул" вернулся.

Антон вдохнул.

- Другими словами, ты думаешь, что мы должны сделать наш выход в то же время. После того, как Батри покинут систему, ни одно из наших альтернативных средств спасения не так привлекательно.

- "Не так привлекательно"? - Виктор усмехнулся. - Антон, если я не ошибаюсь, в тот момент мезанские Власть Имущие узнают, что Джек МакБрайд ударил их в спину, и весь ад вырвется на свободу. Существует шанс, не стоит говорить, что любое из этих "альтернативных средств спасения" - которыми я могу также назвать хрупкие лестницы для выхода из горящего небоскреба - будет ничем, кроме смертельной ловушки. Если он идет, мы должны пойти с ним.

- Ну... правда. Кроме того, я не могу представить, что мы могли бы узнать гораздо больше, оставшись.

- О, мы могли бы. Еще до того, как МакБрайд обратился к нам, мы уже обнаружили изрядное количество и начал развивать некоторых перспективных клиентов. Но я согласен, что нет ничего, что мы могли бы узнать, если бы мы оставались, что приближается к тому, что МакБрайд предоставит нам. Кроме того...

Он сделал еще один глоток.

- Я собирался тебе сказать. Инес Клотье только вчера вернулась - и у нее есть конкретное предложение от того, кто является хозяином положения. Наверное, Адриана Лаффа, если мы правы.

- Хорошее предложение?

- Лучше, чем я себе представлял. Там должен быть кто-то, кто знает больше о рабочих Сен-Жюста на местах, нежели я полагал, что это будет. Я думаю, моя, ах, репутация опережает меня.

- Не как Виктора Каша, надеюсь?

- Нет. Ну... наверное, нет. Почти наверняка нет. Всегда теоретически возможно, что они выяснят кто именно я, и заложат хитрую ловушку. Но они работают в тесном контакте с Согласованием, очевидно - поэтому, если они поняли, кто я, почему бы просто не сообщить обо мне и не дать мезанцам прямо здесь сделать мокрую работу? - Он покачал головой. - Нет, они, вероятно, выяснили обо мне, как о еще одном юном устранителе неполадок Сен-Жюста. Я был не единственным, как бы то ни было. Была по крайней мере дюжина других, каких я знал, и, вероятно, в два или три раза больше еще. Кто знает? Теперь, когда Сен-Жюст мертв, наверное, никто. Если был когда-нибудь человек, который соблюдал свой собственный совет, это был Оскар Сен-Жюст.

* * *

- Итак, это нижняя строка. Либо да, либо нет.

Джек МакБрайд вернул плоский взгляд Виктору Каша с, как он надеялся, собственным невозмутимым взглядом.

Тот факт, что Каша сделал то, что составило ультиматум было сигналом самим по себе, Джек знал. Когда их переговоры продвинулись, Зилвицкий и Каша попали в знакомые роли "хороший полицейский / плохой полицейский". МакБрайд признал рутину, конечно - каковое Каша и Зилвицкий прекрасно знали - но это действительно не имело большого значения. Процедура была древней, потому что была настолько эффективной.

Все более эффективной здесь, сдержанно думал Джек, когда в вашем варианте "хорошим полицейским" был Антон Зилвицкий! В рамках любого другого, кроме как в паре с Виктором Каша, Зилвицкий играл бы "плохого полицейского".

Каша был... тревожным. И был бы, даже если бы МакБрайду не была известна его репутация. Были времена, когда эти темные глаза казались черными, как звездная пустота, и столь же холодными.

- Ладно. Вот что я хочу: выход с планеты для меня и моего друга. Друга-мужчины, приблизительно моего возраста, и одного из ведущих физиков Мезы, специализирующегося на силовых установках кораблей. Точнее, он эксперт по новому типу двигателя корабля, который совершенно неизвестен никому во вселенной.

Здесь можно было получить небольшое выражение лица, которые пришло к Зилвицкому в ответ на это заявление. Трудно сказать, по этому массивному лицу. Зато не было никакого выражения вообще у Каша.